Фрэнсин Паскаль - Будь моей навсегда

— Прошу прощения за свою задержку, — сказал он. — Я тут разговорился с Брюсом Пэтменом.

— С Брюсом? А я и не знала, что здесь есть кто-то из старшего класса, — сказала Джессика. — Я-то думала, что этот прием для предпоследнего класса.

— Ну, поскольку он наш ближайший сосед, Регина сочла, что ей следует пригласить его. Парень он неплохой. Он видел, как я разговаривал с тобой. Говорит, что ты — одна из самых интересных девушек в городе.

— О, в самом деле? — оживилась Джессика. Они с Брюсом были теперь не в самых лучших отношениях. Она надеялась, что он проявил себя джентльменом и не наговорил Николасу о ней никаких гадостей. — Он и сам — просто очаровательный парень, — дипломатично сказала она.

Николас улыбнулся, демонстрируя свою впадинку на подбородке в наивыгоднейшем свете.

— Тебе, я полагаю, хочется знать, что он сказал. Дай-ка мне подумать, смогу ли я точно вспомнить его слова... «Уж с Джессикой скучать никогда не придется». У тебя с ним было что-то?

— Давным-давно, — ответила Джессика, отмахиваясь от своей былой лирической жизни. — Скажи-ка, а вы с ним не планируете устроить гонки?

— Гонки? Какие, на чем?

— Да на ваших автомобилях, конечно. Разве это не твой «феррари» припаркован у дома? «308/GT», так? Я никогда на таком не ездила, но понимаю, как они могут летать.

— Могут-то могут, только я это знаю лишь в качестве пассажира.

—Так это не твоя машина?

Николас покачал головой:

— Моего отца. Я не люблю этаких показных автомобилей. Я вожу приличный старенький джип, он вполне надежен. Но, может быть, мне следует свести Брюса с Peгиной? Ей бы понравилось посостязаться с ним в скорости.

— Значит, Регина у вас в семье самая боевая?

— Ну, вообще-то ей не позволено водить машину, но папа все-таки ее научил. Он позволяет ей покататься по пустынным дорогам. Мама моя от этого просто сходит с ума. Но уж если Регина чего-то захочет, то... — Николас замолчал посередине фразы, поскольку к ним подошел высокий темноволосый паренек и легонько похлопал Джессику по плечу.

Та с раздражением повернулась, готовая поставить на место навязчивого нахала.

Это был Тодд Уилкинз, приятель Элизабет. Бывали случаи, когда Джессика и он более или менее уживались, но она терпела его только ради своей сестры. Она не могла представить, какое же теперь-то стряслось ужасное бедствие, чтобы заставить Тодда потревожить ее.

Сам Тодд тоже без особой радости вмешивался в беседу Джессики. Но он понимал, что никакого выбора у него нет. Последние полчаса он провел, прочесывая все, что можно, в поисках Элизабет, но так и не смог отыскать ее нигде. Он знал, что она и Джессика должны были приехать на этот вечер вместе. В обычной ситуации он бы сам захватил Элизабет, но при ее плотном расписании она решила, что будет проще, если он простовстретится сней уже прямо на этом вечере.

— Джессика, ты извини, что я тебя беспокою, но...

Смерив его ледяным взглядом, Джессика отрезала:

— Не сейчас, Тодд. Что бы это ни было, вполне можно подождать. Разве нет?

— Нет, Джес, нельзя, — твердо ответил Тодд.

Он схватил ее за руку, но не успела еще Джессика достойно ответить ему, как Николас резко отдернул его руку и рассерженно спросил:

— Что это ты себе позволяешь? Она не хочет с тобой разговаривать.

Не обращая внимания на свирепый угрожающий взгляд Николаса, Тодд снова повернулся к Джессике.

—Ты не знаешь, где Лиз? Я очень беспокоюсь.

По безупречным чертам лица Джессики прошла тень озабоченности, и она снова почувствовала, что по ее телу расползается эта странная легкая дрожь. Может быть, ей следовало попытаться выяснить, что же задержало сестру? Но тут уголком глаза она заметила, что крупная и хорошенькая Лила Фаулер внимательно смотрит на Николаса и нее. С самого своего приезда Лила выслеживала его, словно собака-ищейка, выискивающая добычу, и Джессика понимала, что стоит ей только шагнуть в сторонку, как Лила в тот же миг набросится на Николаса. И к тому же ее сестра в эту самую минуту, по всей вероятности, принимала дома душ. Только из-за того, что Тодд бестолку беспокоится по поводу каких-то глупостей, она совсем не обязана тоже устраивать всеобщую суматоху. Важно было другое — постараться отогнать Тодда подальше. Если сказать ему правду, что она точно сама не знает, где находится ее сестра, Тодд, возможно, будет продолжать давить на нее и мешать ей разговаривать с Николасом. Нет уж, правдой тут не поможешь.

—Извини, Тодд, — сказала она нежным ласковым голоском. — Я-то считала, что Лиз сказала тебе, но, думаю, она не смогла вовремя с тобой связаться. Дело в том, что прямо перед тем, как она отправилась в больницу, позвонил мистер Коллинз. Что-то случилось, у него там в последний момент возникло какое-то важное дело в школе, которым ему нужно было срочно заняться. Вот он и попросил ее посидеть со своим Тедди часок-другой, ну и... ты же знаешь Лиз, она не могла ему отказать. Скоро она должна быть здесь.

— Ты уверена в этом, Джес?

Джессика, вздернув голову, метнула в Тодда пылкий негодующий взгляд.

—Ас чего это я стала бы лгать о подобных вещах?

Тодд покачал головой:

— Извини, что побеспокоил тебя.

И он двинулся к лучшей подружке Элизабет, Инид Роллинз, однако мысли его были далеко-далеко от этого званого вечера. Его стычка с Джессикой отнюдь не облегчила этих мыслей. Что-то в ее рассказе было бессмысленным, хотя у него и не было никакой конкретной причины не верить ей. Не в духе Джессики было лгать, когда дело касалось Элизабет. Несмотря на его разногласия с ней, у Тодда с Джессикой было нечто общее — любовь к Элизабет. Если бы с ней что-то стряслось, то Джессика ни под каким видом не стала бы, так сказать, пировать во время чумы.