Сара Крейвен - Как влюбить в себя жену

Она вспомнила все свои безрассудные слова, и у нее от страха сдавило горло. Мурашки пробежали по коже, она вздрогнула, а он мгновенно это заметил.

– Тебе холодно, мой ангел? Прости. – И ногой захлопнул входную дверь. – Итак, Эмилия, ты довольна коттеджем?

– Была довольна… минуту назад, – с трудом проговорила Эмили. – Зачем, черт возьми, ты приехал?

– Поговорить с тобой, – мягко ответил Раф. – Обсудить твой ультиматум… и еще кое-что. Я же тебе написал, и ты, разумеется, получила мое письмо. А иначе почему ты здесь?

– Потому что я не захотела тебя видеть… и что-либо обсуждать. – Эмили старалась придать голосу твердость, а мысли беспорядочно путались.

Он пожал плечами, расстегнул молнию на парке и бросил ее на спинку дивана. На нем был черный свитер-водолазка, синие джинсы… и зимние ботинки. Значит, он рассчитывает задержаться здесь надолго!

– Я достаточно ясно выразил свои желания, Эмилия, и тебе следовало к ним прислушаться.

– Понятно. Опять все тот же спорный вопрос о послушании.

– У нас много спорных вопросов, и мы разрешим их… каждый в свое время.

– Ничего подобного, – сердито ответила она. – Я приехала сюда, чтобы избежать встречи с тобой, так что либо ты уедешь, либо я.

Он подошел к двери и снова ее отворил. В шквале ветра закружился снег, пахнуло ледяным холодом.

– Пожалуйста, mia cara. Надеюсь, тебе есть куда уйти.

Эмили, обхватив себя руками, отвернулась от двери.

– Мудрое решение, – сказал он и захлопнул дверь.

– Откуда тебе стало известно, где я? – спросила она.

– Полагаю, что ты уже знаешь ответ.

– Ты, наверное, заставил Саймона проговориться? – в ярости выкрикнула Эмили.

– Мне не пришлось его заставлять. Я давно знаю про этот домик. Мои друзья предлагали мне провести в нем наш медовый месяц. Теперь я жалею, что не согласился. Здесь очень мило, идеальное место, где можно уединиться.

Эмили казалось, что она катится в пропасть.

– Друзья? Какие друзья? – Она покачнулась, сделала шаг к дивану и села.

– Марчелло и Фиона Альберо. Ты встречалась с ним в Лондоне, когда он работал в посольстве.

– Значит, Саймон тоже их знал?

– Синьор Обри, – с неприятной улыбкой произнес Раф, – знал только то, что я велел ему говорить и делать. Я догадался, что ты станешь избегать меня, и поэтому он, действуя по моим указаниям, обеспечил тебя этим убежищем… и отослал тебя сюда.

– Нет! Он этого не делал. Мы с Саймоном вновь обрели друг друга. У нас были планы… Ты, вероятно, его обманул.

– Конечно. – В голосе Рафа звучала насмешка. – Я обманом заплатил его долги, а они были весьма значительные.

– Откуда тебе известно про его долги?

– Я обещал твоему отцу оберегать тебя. Поэтому, когда синьор Обри снова появился на твоем горизонте, я счел необходимым узнать, чем он занимается.

Эмили задохнулась от возмущения.

– Ты хочешь сказать… ты следил за ним?

– А ты как думала? Мне приходилось надолго отлучаться, а каким образом я мог получить необходимую информацию? В сообщениях о нем постоянно фигурировали суммы, которые он был должен.

– Это неправда, – у Эмили задрожал голос. – Саймон… у него собственный бизнес… и весьма успешный.

– Нет у него никакого бизнеса. Он просто пытается выкрутиться и придумывает различные комбинации. И я не допущу, чтобы ты стала для него очередной палочкой-выручалочкой.

– Ты соображаешь, что говоришь? – прошептала она. – Ты говоришь, что человек, которого я люблю, видит во мне исключительно наследницу?

– Да, Эмилия, именно это я и хочу сказать.

– А я? За мной тоже следили в твое отсутствие?

– Естественно.

– В этом нет ничего естественного! – гневно выкрикнула она. – Как ты осмелился шпионить за мной?

– Я богатый человек, Эмилия, а ты – моя жена. Этот факт делает тебя мишенью кое для кого.

– И действовал ты, конечно, из самых альтруистических побуждений, – презрительно заметила Эмили.

– Я дал слово твоему отцу и не мог допустить, чтобы ты совершила глупость из-за Саймона Обри. Мне жаль тебя огорчать, но пора узнать правду.

– Я тебе не верю. – Она схватила сумку и вытащила мобильный телефон. – Я сейчас же позвоню Саймону и докажу, что ты лжешь.

– Ради бога. – Раф поднял с пола свой баул. – Но сначала скажи, где я буду спать.

– Ты здесь не останешься. – Она смотрела на него горящими глазами. – Неужели ты думаешь, что я смогу находиться с тобой под одной крышей?

– Ну не в первый же раз, – спокойно ответил он. – И каким образом ты мне помешаешь? – Он огляделся. – Фиона говорила, что в доме две спальни. Какая для меня: слева или справа по коридору?

Их взгляды встретились, и Эмили первая отвела глаза.

– Справа, – ледяным голосом произнесла она. – К сожалению, у меня не хватит сил, чтобы вышвырнуть тебя, но у Саймона хватит. Он приедет сюда завтра.

– Твоя вера в него достойна восхищения. Звони, если хочешь, но сперва спроси себя: если я лжец, то каким образом так легко тебя нашел? – И он стал подниматься по лестнице.

Мысли у Эмили путались, и она едва понимала, что он говорит. Это чудовищно. Она не могла этому поверить. Но… в памяти всплыла сцена в «Хай Гейблз»: Саймон нервничает и как-то странно себя ведет, словно чувствует вину или… стыд.

Когда Раф спустился вниз, она продолжала сидеть на диване, а телефон покачивался на шнурке у нее на пальце.

– Ну? – спросил он.

– Связи нет. Должно быть, из-за гор. Но здесь, наверное, есть обычный телефон.

– Только в деревне. Марчелло и Фиона предпочитают, чтобы их не тревожили звонками, когда они здесь одни.

Слово «одни» вызвало у Эмили дрожь. Впервые они с Рафом находятся совсем одни в небольшом помещении. А Раф ходил по комнате и разглядывал мебель, книги и безделушки на каминной полке. Посмотрев на остывший суп, он спросил:

– И это называется ужином?

– Моим ужином. Я не голодна.

– А я голоден. Что-нибудь еще из еды здесь есть?

– Ты что, полагаешь, я буду готовить тебе ужин?

– Ты все еще моя жена, mia cara, и до сих пор твои супружеские обязанности не были очень обременительными, а большинство жен готовят еду для мужей. Но, возможно, ты не обладаешь кулинарными способностями?

– В школе всех учили готовить. Монахини считали это необходимым.

– Значит, ты могла бы приготовить обычный омлет?

– Могла бы. Но зачем?

– Потому что переговоры на голодный желудок не ведутся, – мягко заметил Раф. – У нас ведь будут переговоры, не так ли?

Эмили взяла нетронутый суп, пошла на кухню и вылила его в раковину. Найдя сковородку, она положила на нее кусок масла и поставила на плиту. Когда появился Раф, она разбивала в миску яйца.