Отличница для шеф-повара (СИ) - Котлярова Екатерина

— Поверить не могу, — выдохнул он, поглаживая мою поясницу рукой.

— Чему? — прохныкала я, изнывая от нетерпения почувствовать его губы на своих.

Беркут не ответил. Мягко коснулся моих губ поцелуем. Таким невинным и нежным, что в носу защипало от чувств. Положила руки на шею, пытаясь притянуть его голову ближе.

Я углубила поцелуй, руками исследуя плечи, шею и затылок мужчины. Беркут с глухим стоном ответил на мой поцелуй, пальцами поглаживая мой затылок. Я тянулась к нему, как мотылёк к свету. Наслаждалась его несдержанной страстью, которая граничила с нежностью. Руками провела по плоскому животу с чёткими кубиками пресса. Пальцы замерли у самой кромки мужских шорт. Беркут перехватил мою ладошку и немного сжал, не давая возможности исследовать его тело дальше.

— Остановись, Искорка, — разрывая поцелуй, прошептал он.

Мужчина приподнял меня над полом так, чтобы наши лица оказались на одном уровне, и, чмокнув в кончик носа, опустил на кровать. Не успела я ничего осмыслить, как Беркут исчез из поля моего зрения. Послышался шум воды.

Я подтянула колени к груди и тихо заплакала. Слёзы стекали на подушку, оставляя влажные пятна на наволочке.

Занятая самобичеванием, не услышала, что вода в ванной отключилась. Прохладное после душа тело прижалось к моей спине.

— Искорка… посмотри на меня… ты что, плачешь? — мужчина навис надо мной, пытаясь заглянуть в моё лицо. — Малышка, — ласково протянул он, убирая мои руки и заглядывая в моё лицо.

— Ты меня не хочешь, — обвинительно выпалила я. — Я тебе не нравлюсь!

Беркут вдруг тихо рассмеялся и упал на спину, притягивая меня к себе на грудь.

— Завтра, когда ты проснёшься, ты будешь жалеть о том, что сегодня делала и говорила. Я не хочу пользоваться твоим невменяемым состоянием. Я даже имени твоего не знаю, Рыжуля.

— Юля, — я ухом прижалась к груди мужчины, слушая стук его сердца.

— Андрей.

— А почему тот гопник называл тебя Беркутом?

— Фамилия у меня такая. Беркутов. Спи, Искорка.

Беркутова Юлия. Красиво звучит. Ещё немного повозившись и устроившись поудобнее, уснула под размеренный стук сердца мужчины.

Глава 19

Юля

Проснулась я из-за того, что очень сильно хотелось пить. Сев на постели, сонно потерла глаза, оглянулась и немного оторопела. Я находилась в незнакомой комнате. Воспоминания одно за другим всплыли в голове, заставляя краснеть и хвататься за голову. Подскочила с кровати и стала осматриваться в поисках своей одежды. Та лежала ровной стопкой на стуле, который заменял в этой квартире шкаф. Быстро натянув платье и колготки, аккуратно сложила футболку и положила её на стул. Открыла дверь и выскользнула в коридор. Хотела бежать к входной двери и убегать из этой квартиры сломя голову, чтобы забыть собственное поведение, вычеркнуть из жизни этого мужчину… Но голова против воли повернулась направо, когда я услышала шуршание со стороны кухни. Увидела, что Андрей стоит у окна в одних спортивных штанах и пьёт, предположительно, кофе.

В голове возникли картинки вчерашней ночи. Эта спина под моими ладошками, эти руки в моих волосах. Вздохнула, успокаивая колотящееся сердце, и пошла на кухню. Надо извиниться за вчерашнее.

— Андрей, — тихо позвала мужчину, сцепляя мелко дрожащие от волнения руки за спиной. — Спасибо тебе, что спас вчера. И за то, что приютил у себя… за всё спасибо…

Мужчина повернулся ко мне лицом и сейчас сверлил меня испытывающим взглядом. Я засмущалась, а потом вспомнила, что меня учили всегда ходить с гордо поднятой головой. Вскинула подбородок, смело встречаясь с серыми, как оказалось, глазами мужчины. Беркут волшебным образом достал из-за спины букет цветов и протянул мне:

— С днём рождения, Искорка. Будь счастлива.

Дрожащими руками приняла подарок из его рук. Застыла, не зная, что делать. А потом решительно шагнула вперёд и заключила Андрея в объятия.

— Спасибо, — прошептала тихо, щекой прижимаясь к его горячей груди. — Мне очень приятно.

Услышала, что Беркут отставил чашку в сторону. Одна его ладонь привычно скользнула на поясницу, другая зарылась в волосы. Мужчина запрокинул мою голову назад и поцеловал меня так, как я мечтала об этом вчера. Страстно, несдержанно. Подчиняя меня себе. Забирая мою волю. Заставляя колени подкоситься и впиться пальцами в его плечи. Царапать его обнажённую короткими ноготками и слышать довольный рык в ответ.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Думал об этом со вчерашнего вечера, — оторвавшись от моих припухших губ, прошептал он.

— Спасибо, что не воспользовался ситуацией, — поблагодарила сбивчивым шепотом его.

Беркут улыбнулся, как мальчишка и прошептал на ухо, цепляя губами мочку:

— Наш первый раз ты запомнишь в мельчайших подробностях.

Я вспыхнула. Стало жарко и стыдно от этих слов. Попыталась отодвинуть мужчину от себя, но он снова меня поцеловал. Снова лишил способности думать. Неизвестно сколько бы времени я таяла в его руках, если бы не раздался звонок моего мобильного.

Глава 20

Юля

Схватила мобильный телефон и, прижимая пальцы к опухшим от поцелуев губам, ответила.

— Тебя где носит? — раздался грозный голос матери на том конце провода.

— Я… я ночую у Насти, — соврала я.

— Не ври матери! Настя звонила мне. Я знаю, что ты не у неё. Где ты? — голос матери сорвался на истеричный визг.

Огненная волна страха прокатилась по телу. Сглотнув ком в горле, начала невнятно мямлить:

— Ну… я… так получилось…

— Здравствуйте, — Андрей выхватил телефон из моих рук, осторожно прижимая меня рукой к своему боку и поглаживая по плечу. — С вами говорит Андрей Беркутов. С вашей дочерью всё хорошо, ни в какую беду она не попала. Вчера вечером маршрутки не ходили, и я предложил Юле переночевать у меня, — в ответ на эту реплику мать что-то закричала. — Нет… нет… не совращал я вашу дочь. Я дал ей вещи, и она легла спать. Да. Нет. Да. До свидания.

Мужчина сбросил вызов. Я с ужасом в глазах смотрела на него, не замечая, что по щекам текут слёзы от отчаяния и страха. Я выпуталась из его рук и с отчаянным стоном села на кровать. Мне конец. За враньё меня посадят на домашний арест. А если отец узнает… Знаю, что простым наказанием я не отделаюсь.

— Всё хорошо, — Андрей встал на колени у моих ног, стирая слёзы со щёк. — Я всё объяснил твоей матери.

— Она меня прибьет, — всхлипнула я. — А если она скажет отцу, — я взвыла, хватаясь руками за голову.

Мужчина поднялся с пола и усадил меня к себе на колени, мягко поглаживая по спине. Только я начинала успокаиваться, как снова вспоминала о том, что меня ждёт дома. И слёзы новым потоком катились из глаз.

— Я не понимаю. Не понимаю, почему Настя так со мной поступила. Мы договаривались, что скажем моим родителям, что я ночую у неё. Я бы в жизни не пошла на эту вечеринку, — всхлипывая, стала рассказывать я. — Я пошла только из-за неё. Из-за того, что она влюбилась в парня. А этот козёл ко мне стал приставать. Она увидела и решила, что увожу его у неё. А он потом пытался меня в машину запихать. А она… я думала, что она мне подруга…

Я снова горько заплакала. Андрей молчал, позволяя мне выплеснуть свою обиду и страх.

— Я вызову такси и отвезу тебя домой, — через двадцать минут сказал он. — Твоя мать сказала, что у вас сегодня гости. Тебя уже ждёт какой-то Жан.

Я вяло кивнула, понимая, что не хочу ничего. Не хочу этого праздника, где отец будет хвастаться моими достижениями, а его обрюзгшие партнёры будут окидывать меня сальными взглядами. Не хочу слушать наставления матери о том, с каким из этих толстопузых нужно заигрывать и флиртовать. Мне просто хотелось остаться в этой обшарпанной квартире. Рядом с этим суровым мужчиной. Потому что только он мог защитить меня от всего того мира, в котором я жила восемнадцать лет. Только он мог меня защитить от самой себя. Но мои желания никогда не брались в расчёт.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})