Муж бывшим не бывает. Предыстория - Инна Инфинити

хотел этого ребенка. Но раз он у меня есть и раз у него умерла мать, то я заберу его к нам.

— Почему сразу к нам!? Пускай живет у двоюродной сестры твоей бывшей, которая звонила.

— Ей материальные условия не позволяют содержать мальчика.

— Мы будем платить ей деньги. В конце концов, пусть живет у твоих родителей. Они давно хотят внука. Вот им готовый внук!

Вова категорично закачал головой.

— Нет, Яна. Мой ребенок будет жить со мной.

Я была уверена: Вова издевается надо мной. Ему мало изводить меня своим безразличием, он решил добить меня ребенком от бывшей.

Муж подошел ко мне, снова обнял.

— Яна, я прошу тебя, — зашептал. — Ты так нужна мне сейчас.

— Сейчас? — воскликнула. — Значит, четыре года не была нужна тебе, а сейчас нужна.

— Ты всегда была мне нужна. Ты моя жена, и я тебя люблю. Но сейчас у нас непростое время, и я говорю, что ты очень мне нужна.

Слезы жгли глаза, обида не давала дышать.

— Ты тоже был мне нужен, когда я потеряла наших детей. Но тебя не было рядом.

Вова виновато молчал. Уткнулся мне в шею и молчал.

— Прости меня.

— Мне не нужно твое «прости». Мне был нужен ты. А тебя не было. Ты работал. Так что ты хочешь от меня сейчас?

— Я хочу, чтобы ты отнеслась с пониманием к тому, что у меня есть ребенок, и я не могу его бросить.

Вова выпустил меня из объятий, отошел на пару шагов. Я не могла поверить, что он всерьёз притащит к нам ребенка от бывшей. А еще мне было до слез, до глубины души обидно.

— У нас могло бы быть двое своих детей. Но я их потеряла, и тебе не было до этого никакого дела.

Укор сорвался с губ, и с ресницы капнула первая слеза.

— Не правда, Яна. Я тоже переживал.

— Ты не переживал. Ты работал.

— Если я не рыдал сутками напролет, как ты, это не значит, что я не горевал. Я тоже хотел этих детей, и мне тоже было плохо, когда ты их потеряла.

— Наглая гнусная ложь. Я не желаю слушать ее.

Вова вздохнул и больше не произнес ни слова. Да и нечего было говорить. Наш спор был бессмысленен. Мы находились в тупике. Я не хотела его ребенка от предыдущих отношений. Во-первых, сам факт того, что у Вовы был ребенок от другой, убивал меня. От меня у него детей нет, а от кого-то есть. Во-вторых, я не представляла, что делать с этим мальчиком. Я должна заменить ему умершую мать? В-третьих, меня оскорбляло, что к потере наших детей Вова отнесся безразлично, а тут вдруг воспылал отцовскими чувствами к внезапно свалившемуся сыну от бывшей.

Вова направился в прихожую. Я побежала следом за ним.

— Ты куда? — спросила, глядя, как муж обувается.

— За ребенком.

— Ты привезешь его сюда!?

— Да.

— Нет, Вова, ты не посмеешь.

Муж посмотрел на меня с вызовом:

— Посмею.

Он произнес это слово стальным тоном начальника. Так Вова разговаривал со своими подчиненными. Я слышала.

Муж вышел за дверь, оставив меня в квартире одну. Я упала на диван и уставилась в одну точку. До последнего не верила, что Вова всерьез приведет в наш дом ребенка от бывшей. Все происходящее казалось мне до ужаса абсурдным. Какой-то бред. Разве можно скрывать от мужчины ребенка? Неужели такие дуры реально существуют? Что у них вообще в голове, когда они из-за личной обиды на мужчину утаивают беременность?

Когда входная дверь хлопнула, я дернулась.

— Проходи, — послышался голос Вовы, обращенный к кому-то.

Сердце сжалось, в крови произошел резкий выброс адреналина. Встав на ноги, просеменила в прихожую. И увидела его — мальчика с чертами лица, как у моего мужа. Он глядел на меня исподлобья Вовиным злым взглядом. И губы сжал так же, как сжимает мой муж, когда бывает чем-то очень недоволен. Мальчик был чернее тучи. От него буквально исходили волны ненависти, презрения и негодования. Причем не только в мой адрес. В адрес Вовы тоже.

Мне стало дурно, я ухватилась за дверной косяк. Колени задрожали. Значит, это правда. Не розыгрыш и не мошенничество. У моего мужа есть ребенок от другой.

— Егор, это моя жена Яна, — представил меня Вова.

— Привет, — выдавила из себя и даже постаралась улыбнуться.

Ответ от мальчика не заставил себя долго ждать:

— Иди на ***, Яна.

Глава 9. Мне это все не нужно

В прихожей повисла тишина, прерываемая исключительно тяжелым свистящим дыханием мальчика. Я онемела от услышанного и приросла к одной точке. Первым в себя пришел Вова:

— Егор, это что за слова! — возмутился муж.

— И ты тоже иди! — взорвался мальчик. — Все вы идите! Кто вы вообще такие? Я вас не знаю! Почему я должен с вами жить? Я не хочу! Откуда я знаю, что ты правда мой отец? Тебя не было никогда! Верни меня обратно домой! Я хочу к маме!

На последней фразе мальчик всхлипнул и начал плакать. Вова быстро стянул с себя шарф, который, видимо, слишком передавил горло.

— Егор… — опустил ребенку руку на плечо.

— Не трогай меня! — брезгливо ее сбросил и отошел на шаг. — Я тебя не знаю! У меня нет папы! Никогда не было! У меня только мама! Я хочу к своей маме!

Мальчик ревел и трясся в дрожи. Вова растерялся, опешил. А у меня глядя на рыдающего по умершей матери ребенка, зацарапали кошки в груди.

— Егор… — подала я голос.

— Заткнись! Ты какая-то чужая тетка! Я тебя не знаю! Я никого вас не знаю! Я не буду с вами жить! — топнул ногой. — Не буду! Я хочу жить со своей мамой! Где моя мама!?

Вова тяжело сглотнул, осунулся, растерянно глянул на меня. В его взгляде читалась мольба о помощи и поддержке. А как я могла ему помочь? Меня только что послал и заткнул восьмилетний ребенок, колотящийся в истерике по умершей матери. Что я могла сделать? Поняв, что от меня поддержки ждать не стоит, Вова набрал в грудь побольше воздуха и произнес тоном начальника:

— Егор, вот твоя комната, проходи туда, — указал на