Карен Смит - Вальсы и счастливая свадьба

Как только между ними возникало хоть какое-то подобие сближения, Купер тотчас шел на попятный. Ей тоже следует быть умнее и держать дистанцию.

Полосатый котенок кончил сосать перчатку и свернулся калачиком рядом со своим братом, закрыв глаза. Мередит приложила к нему палец и ощутила его дыхание. Скоро второй котенок тоже насытился, и оба быстро заснули.

Найдя грелку, Купер схватил будильник, стоявший далеко в глубине полки, и два полотенца. На кухне он увидел Мередит, нежно ласкавшую котят, как будто ее поглаживание могло вселить в них волю к жизни. Материнский инстинкт у нее был развит явно сильнее, чем у Тины. Мать, которая может оставить своего ребенка…

— Они такие маленькие, — проговорила Мередит, подняв на него глаза.

— Ничего, сейчас мы им поможем, — заверил ее Купер. Он вдруг со страхом подумал, что она может пережить еще одну потерю. Наполнив грелку, Купер завернул ее в полотенце и положил около котят. Потом завел будильник, тоже обернул его полотенцем и поставил рядом.

— Плохая, конечно, замена, но это им напомнит биение сердца их матери.

— Где же мы их будем держать? — спросила Мередит хриплым голосом. — Их надо кормить каждые два часа и следить, чтобы коробка была чистой. Может, поставим ее в моей комнате?

— Холли наверняка будет возражать, но мысль отличная. — Купер уже собрался поднять коробку, когда Мередит сжала ему руку:

— Спасибо вам.

Он невольно вздрогнул от ее прикосновения и выпрямился.

— Не стоит. — Купер старался справиться с охватившим его волнением. Она женственная, восхитительная и слишком соблазнительная…

— Вы хороший человек, Купер.

Тогда почему его оставила жена? Почему у него было ощущение, что ему не дано стать мужем, кормильцем, человеком, который способен удержать около себя женщину?

— Вы меня не знаете, — ответил он, вспомнив о разводе. — Люк говорит, что вы хороший друг. Я вижу, что вы любите Холли. Я знаю, что чувствую себя здесь в полной безопасности.

— Вам не следует чувствовать себя в полной безопасности, — проворчал Купер, изучая ее губы.

— Купер…

— Чего вы хотите, Мередит? Удовлетворить свое любопытство? Тогда давайте покончим с этим и забудем.

Купер собирался поцеловать ее быстро, но когда их губы соприкоснулись, Купера сотрясло желание. Его язык впился в рот Мередит, и ее губы разошлись без сопротивления. Он дрожал от возбуждения и чувствовал, как дрожит она, когда снова и снова целовал ее. В его поцелуях было больше страсти, чем искусности. Он не мог припомнить, чтобы когда— нибудь желал женщину так, как сейчас, с такой страстной настойчивостью. Он женился на Тине, потому что ему была нужна семья, потому что думал, что любовь появится потом, ждал семейной жизни без ссор и горечи, которые испытывал ребенком…

Все это было важно, пока Купер не коснулся шелковистых волос Мередит, ее спины… Она была стройной, сильной, горячей…

Внезапно руки Мередит уперлись ему в грудь, и он почувствовал легкий толчок.

Этот жест отрезвил Купера.

Резко отступив, он поднял руки, будто обжегшись.

— Теперь ваше любопытство удовлетворено? — спросил он.

— Я никогда не говорила, что это любопытство, — пробормотала Мередит. — Это вы сказали.

— Но вы этого ожидали?

— Купер…

Он взмахнул рукой, как бы отметая все ее возможные возражения, и быстро поднял коробку.

— Я отнесу ее в вашу комнату. О ланче не беспокойтесь, я буду работать до тех пор, пока не поеду за Холли.

Он вышел из кухни, намереваясь выкинуть, навсегда мысли о Мередит Престон из головы.

Мередит сидела по-турецки на ковре в своей комнате и наблюдала, как Холли кормит полосатого котенка. По дороге домой Холли и Купер купили специальную коробку и подстилку, две бутылочки и рисовые хлопья.

Купер съел две порции мясного хлеба, приготовленного Мередит, а потом исчез в мастерской.

— Я позвоню маме и расскажу ей про котят, — решительно проговорила Холли, вылезая из-за стола. — Только не говорите папе, ладно?

— А почему ты не хочешь, чтобы папа знал об этом? — Мередит не сомневалась, что Купер все равно увидит номер Тины на бланке счета за телефон.

— Он сердится, когда я разговариваю с мамой.

— А ты не хочешь его сердить.

Холли кивнула.

— Иди позвони, а я пока приготовлю тебе ванну.

Холли говорила по телефону в общей комнате, и ее тонкий взволнованный голосок летел вверх по лестнице. Видно, хотя Купер и сердился на свою бывшую жену, у Холли были с ней хорошие отношения. Интересно, эта вражда появилась у него после аварии или уже тогда, когда Купер и Тина жили вместе?

После ванны Холли сидела в комнате Мередит с котятами на коленях. Она задумчиво поглаживала их, а потом взглянула на Мередит:

— У них больше нет мамы. Как вы думаете, могу я быть их мамой?

Мередит услышала на лестнице шаги Купера, и сердце у нее забилось быстрее.

— Думаю, да.

— А можно я возьму их в свою комнату?

Мередит взглянула на стоявшего в дверях Купера.

— Нам лучше спросить об этом у твоего папы.

— Пожалуйста, пап, можно? Я хочу кормить их и все остальное…

— Холли, тебе пора спать, — сказал Купер твердо.

— Пап, ну пожалуйста! Зато я больше буду спать днем. Пожалуйста!

Купер явно смягчился, когда дочь начала просить. Он совсем не был таким жестким человеком, каким притворялся.

Он остановился у постели Мередит.

— Ладно, держи их у себя. Но учти, если ты не проснешься, когда их надо будет кормить, ни я, ни Мередит тебя будить не станем.

— Здорово! Я обязательно проснусь.

Мередит увидела, что Купер нахмурился, и предложила:

— По-моему, и тебе, и котятам пора спать.

Она осторожно взяла котят и положила их в коробку.

Купер сказал, что почитает Холли сказку, и Мередит пожелала им доброй ночи.

Минут через пятнадцать, стоя у комода перед зеркалом и причесываясь, она услышала стук в дверь. Мередит открыла и увидела бесстрастное лицо и холодные глаза Купера.

— Завтра я хочу провести день с Холли, так что вы можете отдохнуть, — сказал он.

— Очень хорошо. Я поеду в Манчестер или Нэшуа. Может быть, посмотрю достопримечательности.

— А я около полуночи покормлю котят, а потом лягу спать, — добавил он.

— Я поставлю будильник на три часа.

Казалось, Купера успокоило то, что Мередит с ним не спорила.

— Утром не беспокойтесь о завтраке, уезжайте так рано, как вам захочется.

Было похоже, что ему не терпелось избавиться от нее.

— А вам не кажется, что нам стоит поговорить?

Купер взъерошил рукой волосы и нахмурился.