Белл Робинс - Мужское обаяние

Взяв ручку, Вирджиния начала писать:

«Дорогой мистер Икс! Надеюсь, вы ничего не имеете против этого имени, поскольку я так и не знаю, как вас зовут. Возможно, вы сообщите мне свое имя, когда мы встретимся? Да, я подумала над вашим предложением и решила, что нам пора встретиться».

Вирджиния принялась размышлять о времени и месте встречи. Ей надо еще раз увидеться с Фрэнсисом Маллори, к тому же поиски его отца отнимают у нее практически все время, и всю следующую неделю она будет занята.

«Если я не получу от вас письма, то давайте встретимся в следующую субботу. В пять вечера я буду прогуливаться у фонтана напротив яхт-клуба. На мне будет красный шелковый шарф — чтобы вы узнали меня».

Боясь передумать, Вирджиния с бешено бьющимся сердцем быстро запечатала письмо и наклеила марку. Пришло время покончить с прошлым. Она познала науку выживания. Научилась неплохо зарабатывать. Она одна из лучших в своей профессии. Теперь ей нужно признать, что в этом мире существует любовь и она ждет ее. В этом Вирджинию почти убедило волшебное приключение с найденным в бутылке посланием. Чего только не случается на свете!

Вирджинии оставалось лишь надеяться, что она сможет открыть свое сердце загадочному незнакомцу.

3

— Изменила ли ты уже свое мнение о Маллори? — спросил Фрэнсис, прогуливаясь с Вирджинией по саду в перерыве между обедом и десертом.

— Я пришла сюда наблюдать, а не делать заключения.

— Клинический случай. Я чувствую себя лабораторной крысой.

— Тебе может не понравиться, что я скажу, но ты недалек от истины, Маллори. — Котлеты из замороженных полуфабрикатов и покупной салат, поданные Ванессой на обед, слегка умерили подозрения Вирджинии, однако ее тон сочился ядом, когда она добавила: — А помимо всего прочего твой образ жизни лишь усилил мою подозрительность.

— Мой образ жизни?

Он позволил себе хмыкнуть, но пристальный взгляд его глаз, веселья в которых не наблюдалось, еще раз напомнил Вирджинии, что Фрэнсис, возможно, пригласил ее с определенным умыслом — сблизиться с ней и таким образом быть в курсе проводимого ею расследования.

— Не означает ли это, что наш более чем скромный дом вызывает у тебя подозрения, Вирджиния?

— Скромный дом! — буркнула она. — Это настоящий особняк, Маллори. — Она с укором посмотрела на него. — И взгляни на свой костюм.

— Мне его помогала выбирать бывшая подружка, — оправдываясь, пояснил он.

— У нее хороший вкус.

— Благодарю.

— Бывшая подружка? — Вирджинии не удалось справиться с одолевающим ее любопытством.

— Они бывают у большинства мужчин.

— Она разбила тебе сердце?

— С каких это пор ты решила, что у меня есть сердце, Вирджиния?

— Я говорю серьезно.

— Мы долго встречались, но… — Фрэнк едва заметно пожал плечами так, словно старался сказать, что давно забыл об этих отношениях.

— Подвели черту, — подсказала Вирджиния.

— Огонь любви угас. А ты? Есть ли у тебя кто-нибудь?

— Нет и не было, — отрубила Вирджиния, уговаривая себя, что ей вовсе не хочется задумываться над тем, какой смысл Фрэнсис вкладывает в понятие «огонь любви».

Заметив сомнение в его взгляде, она вдруг поймала себя на том, что ей больно дышать. Вирджиния знала, что красива. Мужчины всегда увивались за ней, кое-кто из них не хотел слышать в качестве ответа слово «нет», и большинство считали, что у Вирджинии огромный опыт в сердечных делах, которого на самом деле у нее вовсе не было.

На мгновение ей захотелось, чтобы Фрэнсис оказался немного проницательнее и смог заглянуть за тщательно возведенный ею фасад.

Где-то в глубине я всегда хотела этого, с болью в сердце признала Вирджиния, чтобы кто-то разрушил созданные мною защитные барьеры и научил меня любить. Бесплодные мечты!

Прищурившись, Фрэнк смотрел на нее.

— Не было?

Вирджиния постаралась не обращать внимания на вспыхнувшие веселые огоньки в его глазах, обычно серьезных и смотрящих с подозрением, и на заигравшую улыбку на обычно плотно сжатых губах — во всяком случае, при встречах с ней Фрэнсис всегда был серьезен.

— Под подозрением находишься ты, а не я, Маллори.

— И что тебе удалось сегодня выяснить?

— Что дома ты выглядишь добрее, — честно ответила она.

— Правда?

Вирджиния утвердительно кивнула.

— Ты похож на медвежонка. Но, — добавила она, — внешность обманчива. К тому же на твое жалованье всего этого не купишь.

Фрэнк посмотрел на нее с притворным разочарованием.

— Выходит, у тебя чисто деловой интерес к моей бывшей подружке?

— А какой же еще? Не забывай, что я хочу упрятать твоего отца туда, где нет солнца.

— Тебе этого никогда не сделать. Я больше не стану повторять, что он не виновен. Твердя одно и то же, я начинаю напоминать заигранную пластинку.

— Твоей уверенности можно позавидовать. А не приходилось ли тебе слышать выражение: «Гордыня предшествует краху»?

— Гордыня здесь ни при чем, я просто уверен. И крах не постигнет меня, Вирджиния.

— Никогда? — спросила она.

— Никогда.

Уверенности ему не занимать. Впрочем, Фрэнсис всегда выглядел уверенным в себе, подумала Вирджиния.

— Если тебе интересно мое мнение, то сегодня ты выгладишь слишком самодовольным. Слишком самоуверенным. Что ты от меня скрываешь?

Он удивленно посмотрел на нее и пожал плечами.

— Я недавно узнал, что мне предстоит кое с кем встретиться… — Фрэнк отвел глаза. — С женщиной, с которой я контактировал, но ни разу не встречался.

— Контактировал по работе?

— Нет, в личном плане.

Не желая создавать у Фрэнка впечатления, будто ее интересует его личная жизнь, Вирджиния решила не продолжать расспросы, но внезапно охватившее ее теплое чувство застало Вирджинию врасплох. В конце концов, она сама оказалась в точно таком же положении. Она получила письмо от мужчины, с которым переписывалась, и теперь в памяти всплыли его слова: «Не могу поверить, что вы выбрали местом нашей встречи фонтан напротив яхт-клуба. Детьми мы — я имею в виду себя и своих братьев — всегда покупали там пончики. Хотите верьте, хотите нет: когда мне не по себе, я до сих пор хожу туда просто поразмышлять. Это место было и остается для меня особым…»

Вирджинией владели сходные чувства, но по совершенно иным причинам. Давным-давно, когда она только приехала в Лондон, она во время прогулки увидела этот фонтан и приняла твердое решение относительно своего будущего. Она бросила в воду несколько монеток — почти все имевшиеся у нее деньги — и загадала желание, ставшее для нее с тех пор путеводной звездой: следовать за людьми, ведущими борьбу за соблюдение законности.