Рецепт моего (не)счастья - Ева Ночь

— никуда не спешить. Ну, в самом-то деле? Всего в моей жизни хватало с лихвой. Вон, пальцами щёлкну — почти любая помчится за мной. И тем интереснее приручить эту забавную чебурашку с хвостиками.

Я со спокойствием толстошкурого слона воспринял её колебания по поводу оплаты такси. Точно такие не существуют. Стоически выдержал её желание не доверять мне. С улыбкой встретил появление Илонкиной подруги.

Подумаешь. Напугала. Я всё равно ничего не собирался делать. Отвезти её, куда скажет, телефонами обменяться, а дальше будет видно. Может, при свете дня всё по-другому увидится, спадёт с глаз этот какой-то немного наивный флер очарования.

Чем больше она сопротивлялась, тем больше я хотел её поймать и присвоить. Не исключал, что это всего лишь игра, но мне пока очень нравилось играть по её правилам и покорять неприступную крепость по имени Илона.

— Куда едем, девчонки? — спросил я, как только машина зарулила во двор.

— В общежитие! — у Илоны подруга немного шумноватая и явно привыкла лидировать и командовать. От неё хотелось поморщиться. Вот эта своего точно никогда и ни за что не упустит. Цепкая, ушлая девица. Её издалека видно. Илонка на её фоне — неоперившийся птенец.

— Да хоть на Северный полюс, — ответил браво и подумал, что до Северного полюса на такси у меня, наверное, денег не хватит доехать, а поэтому оптимистично позволил себе думать, что их общежитие гораздо ближе, чем зона вечной мерзлоты.

В общем, через пять минут я уже скрипел зубами и жалел, что великодушно позволил взять с собой эту рыбу-прилипалу.

Разговор с Илоной не вязался, потому что её подруга Люда отвечала за всех и сразу. Вела разговор, как великий полководец ведёт войска на приступ крепости неприятеля.

Я даже позавидовал, ей-богу. Вот у кого нужно поучиться целеустремлённости, наглости и умению везде чувствовать себя свободно и без комплексов. Илона по сравнению с ней казалась забитой затюканной мышкой с двумя хвостиками. Благо, я знал, что это далеко не так.

Общежитие находилось неподалёку от университета.

— Надо же, мы в одном ВУЗе учились, — сказал я, вглядываясь в тёмные стены альма-матер, — и не пересеклись.

— Разные факультеты, разные курсы, разница в возрасте! — компетентно заявила Люда, снова не дав Илонке рот открыть.

Особенно разница в возрасте царапнула нешуточно. Почувствуй себя старпёром, называется, когда тебе всего двадцать пять. На миг. Так-то у меня всё нормально с самооценкой.

— Что ты несёшь, Люд? — закатила Илонка глаза, кинула на меня весёло-виноватый взгляд и развела руками.

— Да, видимо, ты права, Людмила, девушка, что людям мила, — съязвил я. — Таким пенсионерам, как я, пора отдыхать. И вам бы не мешало. Давайте прощаться?

— Пока-пока! — машет ладонью деловая Людка, а Илона кивает и готова мчаться по направлению к входной двери.

— Илон, — окликаю я её. — А телефончик?

— Зачем? — снова выпрыгивает вперёд, как мяч-попрыгунчик её подруга.

— Чтобы общаться, — тяну я старательно улыбку, стараясь не взорваться и не послать её куда подальше. Я могу. Но терплю исключительно потому, чтобы в грязь лицом перед понравившейся девушкой не упасть. Вряд ли она оценит, если я кровно обижу её подругу, которая, кстати, ей деньги на такси зажала — я слышал, между прочим. И за нами рванула, я уверен, чтобы сэкономить, а так бы продолжила обжиматься по углам со своим молодым человеком.

— Люд, — наконец-то одёрнула подругу Илона, — давай я сама буду отвечать Богдану и решать, нужно мне с ним общаться или нет.

Людка открыла и закрыла возмущённо рот. Вся её поза говорила о том, что девица оскорбилась не на шутку

— Ну, как знаешь! — гордо вздёрнула она подбородком, передёрнула плечами, будто затвором автомата и величественно прошествовала ко входу в общагу.

Дверь за ней захлопнулась оглушительно громко.

— Ты прости, ладно? — извинилась за Людку добрая Бояркина. — Люда не плохая, а заботливая. Она считает своим долгом заботиться обо мне и думает, что всегда знает, что для меня лучше.

Ага. Как же. Что-то она не спешила на помощь, когда та действительно была нужна. Я в такую заботу не очень верил, и поэтому решил немного открыть глаза на происходящее, хотя, безусловно, это не моё дело.

— Как считаешь, я хуже Виталика? — задал главный вопрос, который, по сути, был моим козырем.

Илона хлопала растерянно глазами, ещё не понимая, к чему я веду.

— Нет, конечно. Хоть я тебя и плохо знаю ещё, — добавила поспешно, наверное, посчитав, что нечего корону на голове носить незаслуженно.

— А подруга твоя знает про ваши непримиримые разногласия с Виталиком?

— Да о них, наверное, все знают, кому не лень было вникать в наши высокие отношения. К слову, у него не только со мной не заладилось. Как-то ему с девушками не везёт. Подозреваю, из-за его очень хороших душевных качеств, но Виталик предпочитает думать, что это мы плохие. Прости, — спохватывается она, понимая, что наговорила лишнего. Но мне как раз это и на руку — её горячность и правдивый ответ.

— А раз знала, то почему не защитила, когда он к тебе приставать начал? Я, видите ли, опасный тип, чуть ли не рецидивист, которому номер телефона давать опасно, а Виталик — просто шутник с вечеринки?

Вижу, Бояркина моя задумалась. Снова носик сморщила забавно. Правда, в этот раз — напряжённо. У неё и брови на переносице сошлись, а губы сжались упрямо.

— Да, наверное, это так и выглядит. Возможно, она могла бы и заступиться. Но, видишь ли, Люда не лезет туда, где я могу самостоятельно справиться, и пытается оградить меня от потенциальной опасности, которая — неизвестный на нашей планете зверь. С Виталиком и так всё давно понятно.

— А со мной, значит, нет? — я вдруг почувствовал, что начинаю заводиться невольно, потому что не хотел даже близко стоять рядом с Виталиком.

— Ну, почему же? — улыбается она и я заворожённо наблюдаю, как на щеках у неё появляются крохотные ямочки. — Ты добрый, немножечко перфекционист, готовый побыть жилеткой на вечер. Не для всех, естественно. Ты довёз нас домой, терпел слишком шумную Людку и даже не нахамил ей ни разу, хотя мог — я точно знаю. Спасибо за всё, Богдан.

Она произносит благодарность так, что мне хочется её съесть. И «спасибо», и Бояркину. Искренне звучат