Пегги Морленд - Лучшее в мире лекарство

Но в кухне тоже было пусто.

Услышав лай, женщина вышла на улицу. Между домиком и хижиной она увидела обоих. Люк занес руку назад и бросил палку. Бадди на трех лапах понесся за ней, поймал в воздухе и принес Люку.

Улыбаясь, он наклонился, чтобы потрепать собаку по уху.

— Бадди, ты хороший мальчик, — сказал он.

Бадди громко гавкнул и уставился на него в ожидании.

— Ты еще не устал? — спросил Люк, затем засмеялся, когда Бадди снова залаял. — Хорошо. Я все понял. — Он снова приготовился бросить палку. — На этот раз я брошу подальше.

Палка, вертясь, полетела. С громким лаем Бадди сорвался с места и понесся за ней.

— Он не навредит себе, если будет так бегать? — неловко спросила Лорен.

Люк оглянулся. Увидев, что она в халате и ночной рубашке, он покраснел и быстро отвернулся.

— Нет. Зарядка пойдет ему на пользу.

Позабавленная его смущением Лорен спустилась вниз и прислонилась к перилам крыльца.

— Ты хорошо спал?

— Отлично, — ответил он, стоя спиной к ней.

— Будешь завтракать?

— Я уже выпил кофе.

— Это не еда. Пойдем, я что-нибудь тебе приготовлю.

Не оборачиваясь, Люк взял у Бадди палку и снова бросил ее.

— Не спеши. Сначала оденься.

Его неловкость доставила ей удовольствие, и она с трудом удержалась от улыбки.

— Но я одета.

Люк почувствовал, как у него горят кончики ушей, но промолчал.

Смеясь, Лорен вошла в дом, затем оделась и снова вышла на крыльцо.

— Теперь для тебя нет никакой опасности. Можешь заходить. Я в приличном виде.

Он снова бросил палку.

— Я правда не очень голоден.

— Ради бога, Люк, тебе нужно поесть.

— Я не хочу причинять тебе хлопоты.

Она взяла его за руку.

— Уверяю тебя, никаких хлопот. Давай, заходи. Можешь принять душ, пока я буду готовить завтрак. Мочалки и полотенца в тумбочке под раковиной, — сказала Лорен, указывая Люку на дверь ванной. — Можешь смело пользоваться всем, что тебе понадобится.

Пока Люк принимал душ, она жарила бекон и яичницу, испытывая облегчение от того, что дали электричество и ей не пришлось готовить над очагом камина.

Когда Лорен вынимала из духовки бисквиты, в кухню вошел Люк. Его рубашка была аккуратно заправлена в джинсы, мокрые волосы зачесаны назад.

Лорен приподняла бровь.

— Отлично выглядишь.

Он неловко провел по щетине на щеке.

— Надо бы побриться.

С трудом удержавшись от улыбки, Лорен подошла к столу.

— Ты правда хорошо выглядишь. Все готово.

Люк подождал, пока она сядет, затем сел напротив и, подражая ей, положил на колени салфетку.

— Если ты закажешь стекло, я могу его вставить, — услужливо предложил он.

Подумав о цене, Лорен снова едва удержалась от улыбки.

— Я включу это в свой заказ, который доставят на следующей неделе.

— Нельзя так долго ждать. Стекло нужно заменить сегодня же.

— Мы ведь заделали окно пластиком.

— Но…

— Это очень дорого, — перебила она Люка, подав ему тарелку с яичницей. — Я ценю твою заботу, но со стеклом придется подождать.

Хотя ей показалось, что Люк хотел возразить, он молча взял тарелку.

— Думаю, нам нужно проверить, в каком состоянии находятся крыши всех построек, — сказала Лорен.

Он кивнул:

— Вчерашняя буря покажет, понадобится ли еще что-то ремонтировать.

— Господи, только не это, — пробормотала Лорен.

— Что?

Она махнула рукой, как бы говоря, что это неважно.

Люк как-то странно посмотрел на нее, но она отказалась от всяких объяснений. Ему не нужно ничего знать о ее финансовом положении. Материальные проблемы касаются ее и только ее. Если она поделится ими с ним или с кем-то другим, о них будет судачить весь город.

Несколько минут они ели молча, и Лорен была уверена, что он больше не вернется к этой теме. К ее разочарованию, Люк внезапно положил вилку и уставился на нее.

— Я знаю, это не мое дело, но у тебя проблемы с деньгами, ведь так?

— Ты прав. Это не твое дело, — ответила Лорен, намазывая бисквит маслом.

— Извини, — разочарованно сказал он. — Но я могу купить стекло, а ты вернешь мне деньги, когда сможешь.

— Я в состоянии сама купить стекло, — холодно заявила она. — Я просто хочу, чтобы его доставили вместе с остальными материалами.

— Но…

Лорен подняла руку.

— Я ценю твою заботу, Люк, но здесь я босс, и мне решать, когда нужно заменять стекло и нужно ли вообще. Ты меня понял?

Он пристально посмотрел на нее, стиснув зубы, и снова взял вилку.

— Да, мэм.

— Лорен!

Услышав голос Рены, Лорен подняла голову.

— Я на кухне.

— Здесь грузовичок Люка, — послышалось из прихожей, — но его самого нигде не видно. И бегает приблудная собака. Фу, отойди! — прокричала Рена. — Тебе нельзя в дом.

Послышались какие-то странные звуки, затем в кухню ворвался Бадди, а следом за ним разъяренная Рена.

Глаза Рены расширились от удивления, когда она увидела Люка.

— Что вы здесь делаете?

Люк встал с виноватым видом.

— Лорен пригласила меня позавтракать, мэм.

Радуясь его смущению, Лорен посмотрела на него поверх чашки.

— Это было самое малое, что я могла сделать после того, как он провел здесь ночь.

Рена ошеломленно уставилась на Лорен.

— Он провел здесь ночь?

Люк покраснел до корней волос.

— Буря, — объяснил он. — Увидев, что надвигается гроза, я приехал сюда, чтобы положить на крышу пластик. Я насквозь промок, и, пока моя одежда сохла, кто-то бросил камнем в окно. Я пытался убедить Лорен поехать к ее кузенам, но она отказалась. Я не мог бросить ее здесь одну и остался. Я спал на диване, — поспешно добавил он.

— Кто-то разбил окно? — испуганно переспросила Рена.

Лорен попыталась ее успокоить.

— Может, это был вовсе не человек, а ветер.

Люк фыркнул:

— Это каким же сильным должен быть ветер, чтобы поднять такой большой камень и швырнуть его в окно?

Рена начала каяться:

— Я знала, мне не следовало поддаваться на уговоры Мод и оставаться в городе.

— А что бы ты сделала, если бы была здесь? — с вызовом спросила Лорен.

— Не знаю, — растерянно ответила Рена, — но по крайней мере ты была бы не одна.

— Я не была одна. Со мной был Люк.

Люк тихо застонал, жалея о том, что она напомнила об этом Рене.

— Ты должна была позволить ему отвезти тебя к Тэннерам, — нравоучительным тоном сказала Рена.

— Это последнее место, куда я согласилась бы поехать, — отрезала Лорен.

— Но это же безумие. Тэннеры — твоя семья.

Люк откашлялся, напоминая женщинам о своем присутствии: