Сабрина Джеффрис - Загадочный виконт

«Черт возьми, Маркус, ты хочешь меня вернуть или нет?!»

— И чем ты тут занимался, вместо того чтобы мчаться в Лондон с извинениями? Сидел и пил день и ночь, растравляя себя, да? — Регина решительно протопала мимо мужа. И тут увидела картину, с которой он не сводил глаз.

Господи Боже! Свет свечей падал как будто только на нее. Это было не совсем то, чего ожидала Регина, не какое-то сказочное чудовище с длинным, как у рептилии, хвостом. Нет, перед ней был человек, которому кисть художника лишь придала сходство с драконом… на ее взгляд, он очень смахивал на самого дьявола. Да, надо признаться, Маркус выбрал прекрасный пример для подражания!

— Я так понимаю, именно ее ты разглядываешь все время! — с саркастической усмешкой бросила Регина. — Твой дворецкий прав — от такого зрелища и впрямь кидает в дрожь!

Маркус отсалютовал ей бутылкой виски.

— Она чудовищно прекрасна… по-моему, именно это когда-то сказала ты сама…

В горле у нее запершило.

— Готова поклясться, ты вбил себе в голову, что это своего рода портрет тебя самого.

— А разве нет? — Хмыкнув, Маркус сделал большой глоток из бутылки, потом отер рот рукавом.

— Нет. — Остановившись перед картиной, Регина сосредоточенно рассматривала ее. В глаза ей бросилась фигурка белокурой женщины, распростертой у ног дракона. Чуть ниже, на раме, красовалась табличка с какой-то надписью. Торопливо пробежав по ней пальцами, Регина прочитала надпись. — А эта «женщина в солнечных лучах», наверное, я?

— А разве она на тебя не похожа? — Вдруг Маркус осекся и заморгал. — Постой… а как ты догадалась?..

— Просто прочитала. Покаты тут растравлял свои раны, я решила провести время с большей пользой. Благодаря Кэтрин и Сайсели мне удалось кое-чего добиться. — Регина с неуверенной улыбкой подняла на мужа глаза. — Да вот хотя бы сегодня… я прочитала целое предложение! Причем сама!

— Так это же здорово! — с искренней радостью воскликнул Маркус. Но лицо его тут же потемнело. — Однако… это доказывает, какой из меня никчемный муж! Ведь мне-то так и не удалось научить тебя читать.

Боль в его голосе разрывала ей сердце.

— Может быть, учитель из тебя никакой. Но если бы не ты, я никогда не поверила бы, что смогу научиться. Ты верил в меня — а без этого я даже не стала бы и пытаться.

Регине пришлось еще раз напомнить себе, что она должна держать себя в руках. Маркусу нужна хорошая встряска, а не сентиментальная чепуха.

— Но дело не в этом, — отмахнулась она. — Знаешь, в чем твоя проблема?

— Думаю, ты мне скажешь, — криво усмехнулся он.

— Черт возьми, конечно, скажу! — Не привыкший к тому, чтобы его жена выражалась в подобной манере, Маркус слегка растерялся. Воспользовавшись этим, Регина продолжала: — Беда в том, мой дорогой, что твоя чокнутая мамаша воспитывала тебя так, чтобы со временем ты тоже привык прыгать на задних лапах перед его высочеством, как это делала она. А когда ты отказался, она попыталась заставить тебя так себя вести.

Регина с трудом проглотила слезы, готовые хлынуть у нее из глаз, снова напомнив себе, что должна быть твердой — ради него.

— И тогда, чтобы устоять, ты попытался превратиться в дракона. Быть драконом все-таки лучше, чем комнатной собачкой, верно? Не нужно лизать кому-то пятки или вымаливать подачку, как это годами делала твоя мать.

Регина расправила плечи:

— Но ты не дракон, дорогой! Так же как и я не сирена и не Прекрасная, но жестокая дама! Просто в твоем характере есть что-то от дракона. Так же как в моем — от сирены. — Маркус поднялся, и Регина заторопилась. — Но это еще не все. Ты благороден, поскольку стремишься защитить невинных. Ты умен — я сама видела, сколько книг ты прочел. — Горло у нее сдавила судорога. — И ты чудесный любовник — даже несмотря на все твои дурацкие разговоры о том, чтобы приковывать женщин на цепь и держать их в донжоне. А раз так, не пора ли бросить попытки вести себя как дракон, покаты еще не испортил себе жизнь?» — Приподнявшись на цыпочках, Регина осторожно провела кончиком пальца по шраму на его щеке. — Не пора ли указать дракону его место?

С губ Маркуса сорвался долгий стон.

— А как?

— Неужели ты не догадываешься? Лично я поняла это еще в тот день, когда впервые встретила тебя… но окончательно убедилась, когда увидела тебя в «Олмаке» во всем твоем великолепии. Ты виконт Дрейкер, аристократ и настоящий мужчина, в жилах которого течет кровь английских королей! Ты принц, пусть не по имени, зато у тебя душа принца. И если бы я не видела этого, если бы не угадала, что в шкуре дракона прячется принц, разве я когда-нибудь позволила бы тебе поцеловать меня? И вышла бы за тебя замуж? — Слезы потоком хлынули у нее из глаз и потекли по щекам. — Разве полюбила бы тебя?!

В глазах Маркуса вспыхнула безумная надежда. И тут же погасла. Он упрямо покачал головой:

— Ты клянешься, что любишь меня, но… надолго ли? Даже моя собственная мать не сумела полюбить меня! Как же тогда сможешь ты?

В голосе его было столько боли, что Регина похолодела. Нет, она не позволит ему снова спрятаться в свою скорлупу!

Она обхватила его лицо ладонями и заглянула в потемневшие от муки глаза.

— Твоя мать по-своему тоже любила тебя, я уверена в этом. Просто не знала, что с тобой делать. Ты рос, и она самонадеянно решила, что сможет удержать за хвост такого огромного, великолепного зверя, и… и вдруг обнаружила, что это свыше ее сил.

Почувствовав, как слезы вновь застилают ей глаза, Регина обхватила его за шею.

— Но я — я смогу удержать тебя, любовь моя. И я сделаю это! Что бы ты ни сказал, что бы ни сделал, ты не сможешь оттолкнуть меня. Я никогда не позволю тебе захлопнуть дверь перед моим носом, ты слышишь? Потому что я такая же Прекрасная, но жестокая дама, как ты дракон. И не жди от меня милосердия! Если понадобится, я за хвост вытащу тебя из твоего логова, ты меня понял?!

В нем вдруг как будто что-то надломилось. С хриплым стоном Маркус схватил Регину и с такой силой прижал к себе, что она жалобно пискнула. Его губы смяли ее рот, но она нисколько не возражала. От него пахло виски, и дымом свечей, и Маркусом… ее Маркусом!

Он целовал ее — нетерпеливо, исступленно, как будто пытаясь растворить ее в себе. Потом с трудом заставил себя оторваться и заглянул жене в глаза.

— Прости меня, дорогая, прости за все. Господи, знала бы ты, как я жалею о том, что натворил! — Маркус принялся осыпать поцелуями ее щеки, ее заплаканные глаза, слегка покрасневший нос. — Я сделаю все, что ты хочешь! Вернусь в Лондон… или останусь тут. Клянусь, я выполню любое твое желание, лишь бы ты осталась со мной!

— Я никогда не покину тебя, — улыбнулась она. «До тех пор, пока ты меня любишь».