Колин Фолкнер - Сладостный обман

Щеки Эллен порозовели. Она застенчиво отвернулась. Давно зная моряка, она понимала, что Юлиус делает ей комплимент.

– Так что же мне все-таки делать? – пожав плечами, спросила она. Затем, помолчав, осторожно прибавила: – Может быть, он ждет, пока я уеду?

– Обратно в Англию? – Юлиус сдвинул брови. – Да ты что, с ума сошла?! В Англию тебе возвращаться ни в коем случае нельзя! – решительно заявил он. – Не забывай, что этот альбинос, будь он неладен, тебя там сразу отыщет. Нет, сиди здесь и жди возвращения Кэвина. Он придет, долго он скитаться не сможет. Да и ты здорово его к себе привязала. Ишь, какая ты у нас ладная, – он рассмеялся и подмигнул Эллен. – А когда Кэвин появится, ты с ним опять поговори. Скажи, что он – подлец и поступил с тобой нечестно. Я думаю, он поймет, что был не прав. Да, и расскажи ему всю правду про его братца.

Она согласно кивнула.

– Я не хочу обижать Кэвина, я и так принесла ему столько горя… Нет, про Уолдрона я ему ничего говорить не буду. Какой смысл теперь ворошить прошлое… Уолдрон мертв.

– Все равно расскажи. Ты не успокоишься, пока не выложишь ему все, я это чувствую. Так уж лучше сразу облегчить душу, – Юлиус взял со стола свою шапочку и нацепил ее на голову. – Кэвин – не мальчик, он должен знать всю правду, а не часть ее.

Эллен в нерешительности замялась.

– Не знаю, Юлиус. Ничего не понимаю. Ты советуешь мне все сказать Кэвину? Ладно, я подумаю, – ответила Эллен, и глаза ее загорелись решимостью.

– Держи нос выше! А я пока сгоняю в одно местечко. Мне кажется, я начинаю догадываться, где скрывается Кэвин.

Лицо Эллен просветлело.

– Правда? – с надеждой воскликнула она. – Где он? Скажи, Юлиус. Я сама пойду к нему… Я расскажу ему…

Юлиус поднял руки, прерывая ее.

– Пока ничего говорить тебе не буду. Жди. Никуда тебе ходить не следует. Подумай о ребенке, ты же скоро родишь, – заулыбался он.

Лицо Эллен тоже осветилось радостной улыбкой.

– Спасибо тебе, Юлиус, – сказала Эллен, и он вышел.

С мешком на плече, насвистывая, старый моряк продирался сквозь густую чащобу. Он шел уже с рассвета и скоро, по его прикидкам, должен был приблизиться к селению индейцев племени шауни. Это было последнее место, где мог скрываться Кэвин, и если бы его там не оказалось, Юлиусу пришлось бы изрядно поломать голову, размышляя о местонахождении своего друга.

Юлиус услышал стук и вскинул голову – недалеко от него стоял гордый воин племени шауни. Пытаясь не выказать ни удивления, ни страха, Юлиус остановился и, склонив голову, произнес:

– Приветствую тебя, смелый воин! – он поднял руку в приветствии. – Я ищу своего друга Кэвина из поместья «Рука судьбы».

Ни один мускул не дрогнул на лице воина. Не сводя глаз с Юлиуса, он сложил на бронзовой груди сильные руки и молча продолжал смотреть на него.

Юлиус прокашлялся.

– Не видел ли ты моего друга Кэвина, он часто ходит к твоему народу. Нет ли его сейчас в вашем селении? – Юлиус предполагал, что индеец может и не понимать по-английски. Так оно и оказалось, индеец понял лишь одно – незнакомцу нужен Кэвин.

– Кэвин? – переспросил он и пронзительно свистнул. В ту же секунду на тропинке появились еще двое воинов. Они перебросились между собой несколькими фразами и посмотрели на Юлиуса.

Тот подбросил на плече мешок, придавая ему более удобное положение, и снова заговорил:

– Ребята, я так понимаю, что вы не собираетесь поджаривать мне пятки. Вот и хорошо, – он улыбнулся. – Отведите-ка меня лучше к Кэвину.

Воин, который стоял ближе к нему, повернул голову и подозрительно посмотрел на Юлиуса. Двое других встали по бокам. Затем первый воин сделал знак, и эти двое подошли к Юлиусу и подтолкнули его вперед.

В молчании они прошли около мили. Послышались голоса. Еще немного, и, пробравшись через стену густого леса, Юлиус очутился на полянке, где располагалась деревушка индейцев-шауни. Он увидел воинов с бронзовой сверкающей кожей, женщин, торопливо снующих по своим делам, и зажженные костры. Пахло пищей. Повсюду слышались голоса и смех. Стайка ребятишек весело кружилась вокруг вигвамов. Другие, усевшись на песке, во что-то играли. Неподалеку молодой воин кормил жеребят.

Увидев входящего в окружении воинов Юлиуса, индейцы посмотрели на него, но лица их выражали лишь любопытство. Казалось, появление незнакомца никого не взволновало. Из одного вигвама выбежал голенький малыш с черными глазенками-бусинками и удивленно остановился, заметив белого человека. Вслед за малышом выскочила его молодая мать и, нежно подняв сына на руки, унесла в вигвам.

Воины подвели Юлиуса к высокому вигваму, расположенному в стороне от других. Один из воинов знаком приказал Юлиусу оставаться на месте, а сам, нагнувшись, вошел в вигвам. Послышались отрывистые голоса, среди которых Юлиус различил голос Кэвина, он очень удивился, услышав, что тот говорит на языке индейцев. «А, черт подери, нашел я тебя все-таки», – обрадованно подумал старый моряк.

Не прошло и минуты, как из вигвама вышел улыбающийся Кэвин. Он обнял Юлиуса и похлопал по спине. Повернувшись к стоящим рядом двум воинам, он поблагодарил их. Индейцы вежливо поклонились и ушли, скрывшись между вигвамами.

Юлиус сбросил на землю мешок и потер руки.

– Ну и похудел же ты, дружок! Что, плоховато тебя кормят индейцы?

Кэвин добродушно рассмеялся.

– Ты не представляешь, как приятно услышать родной язык! Хотя бы и от тебя, старый морской волк. Кое-кто из индейцев говорит по-английски, но очень слабо. Я с трудом их понимаю. Поэтому мне и пришлось выучить язык шауни. Индейцы удивляются, – он усмехнулся. – Считают свой язык очень трудным.

Они стояли и улыбаясь смотрели друг на друга. Постепенно улыбки исчезли, радость встречи прошла. Кэвин заговорил первым:

– Так что привело тебя сюда? Выкладывай.

– И ты еще спрашиваешь, зачем я сюда пришел?!

Кэвин помрачнел:

– Тебе не следовало бы совать свой нос в дела, которые тебя не касаются. Это занятие ничего не принесет тебе, кроме неприятностей.

– Не дури! – укоризненно произнес Юлиус.

Кэвин резко повернулся и с вызовом посмотрел на своего друга.

– Не знаю, что она тебе там наболтала, но…

– Она сказала мне всю правду. И я думаю, что ты должен был бы благодарить ее за честность. А что ты сделал вместо этого? Убежал, как мальчишка!

Кэвин отступил. Слова Юлиуса были горькими, но справедливыми.

– Но она же убила моего брата!

– Она никого не убивала, – Юлиус погрозил Кэвину пальцем. – Если бы ты выслушал ее, то все бы понял.

Кэвин скрестил руки на груди.

– Она обманывала меня с самого начала.

– Разве? Вспомни, когда ты приехал в Лондон, ты же никому не сказал, что ты брат Уолдрона? Это ты обманывал ее, называя себя Мерриком!