Кэрол Финч - Сердце дикарки

– Клинт хочет видеть меня. Немедленно. Я вернусь, как только освобожусь.

Он вышел, а Алекса облегченно вздохнула – ей в высшей степени повезло. Но что теперь делать? Когда Кин вернется, он, вне всякого сомнения, снова задаст ей тот же вопрос. Алекса не могла бы сказать, что с нетерпением ожидает следующей встречи. Лучше сбежать из дома и не возвращаться до позднего вечера. Но, к несчастью, она даже подумать не могла ни о чем, кроме того, чтобы дать своему несчастному телу возможность оправиться от чудовищных последствий выпитых бокальчиков. Никогда больше, поклялась себе Алекса. Она накрыла подушкой раскалывающуюся голову и пожелала, чтобы весь мир провалился в тартарары, пока она не придет в себя.

Алексе удалось избегать встречи с Кином больше двух дней. Когда бы он ни возвращался домой, она всегда куда-то направлялась. Так что они успевали только поздороваться – и одновременно попрощаться. Она готова была поспорить на все свои деньги, что Кин встречается с Джессикой каждую ночь, когда якобы отправляется в казино. Несмотря на эти подозрения, Алекса молчала. Прежние споры и ссоры не принесли никакого результата, так что вряд ли это произойдет теперь. Это просто способ разрядить напряжение и излить досаду. Она должна научиться терпеть и надеяться, что Кин в конце концов поймет тщетность и опасность своих тайных встреч с невесткой.

Но на третий день Алекса не успела удрать. Кин поймал ее в спальне и решительно направился к ней. Она глянула на него с опаской. Он был мрачным, мрачнее, чем когда бы то ни было.

Алекса моргнула и встретила его испытующий взгляд.

– Что случилось, Кин? Неприятности? – неуверенно спросила она.

Он внимательно вгляделся в ее свежее лицо, отметил румянец, выступивший на щеках после бешеной скачки на подаренном Клинтом жеребце. Кин стоял у окна и видел, как она перепрыгнула живую изгородь, окружавшую особняк. Его до сих пор удивляло, как такая изящная маленькая женщина могла решиться на подобное. Он провел несколько дней, приводя мысли и планы в порядок, и в конце концов определил свои дальнейшие намерения и действия в отношении Алексы. Решение было непростым, но он был готов к последствиям.

– Алекса, я должен кое в чем признаться тебе. – Кин опустил голову, внимательно разглядывая ковер под ногами, откашлялся и, наконец, встретился с ней глазами. – Мне нелегко это говорить. Я уже пытался несколько раз объяснить, но так и не сумел найти правильных слов, или нас прерывали. Алекса, я…

Резкий скрип двери заставил Кина вскинуть голову и гневно оглянуться. Вечно кто-то врывался в комнату и мешал их беседе, но сегодняшний незваный гость был особенно некстати. Вот уж кого Кину совсем не хотелось видеть…

– Ну-ну, неужели вы до сих пор еще живете в одной комнате? – насмешливо проговорила Джессика Родано, прислонилась к стене и скрестила на груди руки.

Но Алекса была рада тому, что их разговор прервали, хотя Кин зарычал, как потревоженный лев. У нее было дурное предчувствие, что он хотел мягко подвести ее к известию о том, что любит другую, но не мог выбрать слов, стремясь пощадить ее чувства.

– Проклятие, Джессика! – Кин впился в нее таким ледяным взглядом, что нежные цветы на ее бледно-желтом платье завяли, а по спине пополз холодок. – Если хочешь поговорить со мной, проси Генри вызвать меня в кабинет. Я не в восторге от твоей манеры залетать в мою спальню, когда тебе вздумается! – Голос постепенно набирал силу до тех пор, пока он чуть не начал кричать прямо ей в лицо.

– Ты сказал ей? – резко спросила Джессика, игнорируя не только его слова, но и Алексу, будто та была всего лишь еще одним цветком на обоях.

– Она знает, – бросил Кин, – А теперь уходи отсюда, пока мое терпение еще не лопнуло!

Алекса непонимающе переводила глаза с одного на другую и раздумывая, что же такое Кин собирался сказать ей и что именно она уже знала, что Джессика считала столь важным. Черт, а ведь считается, что между мужем и женой не должно быть никаких секретов, горько подумала она. Но в ее случае были сплошные секреты… секреты между ее мужем и его любовницей…

– Чанлер прислал тебе сообщение. – Джессика собралась уходить и бросила на Кина свирепый взгляд через плечо. Она с трудом удерживалась, чтобы не заорать на него. – Он настаивает, чтобы остаток товаров с кильбота был доставлен сегодня Днем. Он планирует, что шхуна выйдет в море завтра на рассвете… с твоими товарами или без них.

Услышав это, Кин насупился. Чанлер заметно беспокоился последние пару дней, особенно когда Кин отправлялся в порт обследовать состояние судна и проверить опись товаров, которые его брат приобрел у торговцев Нового Орлеана. И вот теперь он внезапно пожелал, чтобы все товары были погружены, а судно отправилось в путь через один день.

– А что за спешка? Я и не знал, что у нас такое строгое расписание, – ядовито заметил Кин.

Джессика безмятежно пожала плечами, но было что-то дьявольски неприятное в ее облике, кроющееся за ее невыразительным тоном. Какой-то отдаленный намек, заставивший Кина подозрительно нахмуриться.

– Часть товара может испортиться, если его не доставить вовремя. – Бледно-голубые глаза Джессики скользнули по Алексе с едва скрытым презрением, но потом она выдавила приторную улыбку. – Я очень надеюсь увидеть вас сегодня вечером на бале, Алана.

– Алекса, – поправила та, прекрасно зная, что единственной целью этой гадины было вывести ее из себя.

Джессика неторопливо выплыла из комнаты, шурша шелковым платьем. Кин посмотрел ей вслед с нескрываемым отвращением. Джессике удалось испортить момент и посеять в нем сомнения. Что это Чанлер затевает у него за спиной? Он схватил пиджак и бросился к двери, не обращая внимания, что Алексу просто раздирает от любопытства.

– Я должен заняться перевозкой товаров на шхуну. Скорее всего не смогу сопровождать тебя сегодня. Я пришлю Клинта, он проводит тебя на вечер к Чанлеру.

– Но, Кин, я…

– Мы продолжим разговор, когда нам не смогут помешать. Может, удастся пристроиться в банковском хранилище, – едко пробормотал он. – Пожалуй, это единственное место в Новом Орлеане, где мы сможем побыть наедине. – Он приостановился у двери, посмотрел на разочарованную Алексу и улыбнулся, улыбнулся так, что она едва не разрыдалась. – Мне будет намного проще сказать тебе то, что я должен сказать, когда нам не будут все время мешать. До свидания, Алекса.

Что это такое она заметила в его прощальном взгляде – неужели симпатию, смешанную с жалостью? Алекса совсем поникла. Она знала, что именно Джессика хотела довести до ее сведения – что они с Кином любовники. Господи, ну почему она позволила себе стать такой зависимой от этого синеглазого разбойника? Неужели она так прикипела к нему, что не к кому больше было обратиться за помощью? Да, ей пора уходить, поняла Алекса. Она не может больше принимать участие в этих играх. Если ей удастся вытерпеть этот бал, который дается в честь их женитьбы, то она соберет свои вещи и утром отправится домой, на старую семейную ферму. Теперь, когда у нее появились собственные деньги, она сможет нанять помощников…