Кэтрин Харт - Зачарованные

— Да, — сказал Сэм, — неподалеку от фермы есть одна неплохая старая дорога. А то ведь взрослый человек в наши дни, да без водительских прав… Как-то не солидно. А здесь я неприметно поднатаскаю его, и все будет о'кей.

Затем Джек передал Торну небольшую книжицу.

— А это твой фальшивый паспорт, дорогой зятек. В нем перечислены разные страны, в которых ты работал. Список взят, можно сказать, с потолка, так что при выезде за границу пользоваться этим паспортом не советую. Он нужен скорее для демонстрации, на тот случай, если начнет тявкать какая-нибудь шавка — вроде нашего влюбленного репортера, к примеру. Чисто визуально, без специальной экспертизы, практически невозможно определить, что он поддельный. Но рисковать, демонстрируя его в каком-нибудь международном порту, я бы, повторяю, не стал. — Он взял со столика еще один документ и вручил его Никки. — А это тебе, сестренка.

В свидетельстве о браке сообщалось, что некая Николь Анита Сван и некий Торн Сильвер 6 июня 1996 года сочетались браком, каковое событие имело место в небольшом мексиканском городке с совершенно непроизносимым названием, состоящим из двадцати букв. Равно и регистратор — или это был священник? — Ну, в общем, кто бы он ни был, тот человек, официально зарегистрировавший брак, имел полных восемь имен и дико неразборчивый почерк.

Никки, взглянув на братьев, рассмеялась:

— Это сокровище я сохраню на память о незабвенном мексиканском бракосочетании. С годами событие начнет, очевидно, обрастать колоритными подробностями, так что я и сама поверю в него забыв, как оно все было на самом деле.

Затем Джек взял со столика несколько страниц и передал их Торну:

— В качестве развлечения я позволил себе создать сей шедевр фальсификации. В этом послужном списке, Торн, перечислены все места, где ты работал, с указанием должностей. В качестве дополнения я включил сюда несколько письменных отзывов от твоих прежних работодателей и, ссылаясь на них, твердо могу заявить, что ты весьма ценный специалист. — Тут Джек несколько изменил тон. — Необходимо заметить, что все эти люди и все эти места настолько удалены от цивилизации, что смешно даже подумать, будто кто-то ринется их искать, а если и ринется, то, естественно, не найдет. Но письменные рекомендации есть письменные рекомендации. Они, как и послужной список, весьма пригодятся, когда ты надумаешь подыскать себе работу здесь, в Штатах.

— Я уже подумывал об этом, — сказал Торн. — Мало радости сидеть на шее школьной учителя мины и ничего не делать.

Стали обсуждать, какую ему искать работу и на что можно рассчитывать.

— Джек, а какими профессиями и должностями ты наделил его в этом своем послужном списке? — поинтересовалась Никки.

— Типичный вопрос школьной училки. — с усмешкой сказал Джек. — Не беспокойся, сестренка, все как в жизни. Он преподавал свой родной язык на специальных курсах при одной, известной своей эксцентричностью, частной школе. То же самое делал и в высшей школе, имеющей филиал где-то в Австралии. Что, естественно, невозможно проверить. Должен особо подчеркнуть, что Торн Сильвер является классным специалистом, поскольку языком овладел с младенчества, научившись ему от своих родителей-археологов, постоянно пребывая с ними в полевых условиях, на раскопках. Отчего, кстати, не имеет законченного высшего образования. Человек, можно сказать, сам себя сделал. Кроме шуток, ребята, познания, которыми он обладает, в наше время действительно представляют немалый интерес.

— Но как же так? Неужели он нигде толком не учился? — Никки, войдя во вкус, совершенно в этот момент забыла истинную биографию своего мужа.

— А где ему было учиться? — вопросом на вопрос ответил Денни. — Не можем же мы задним числом ввинтить его имя в списки выпускников, какого бы то ни было университета. Да если бы это и удалось, представляешь, сколько нам пришлось бы нарыть всякой информации? Какие учебники в то время были, какие профессора преподавали и все такое прочее. Нет, это слишком рискованно. Лучше уж пусть все будет так, как состряпали мы с Джеком. — Он повернулся к Торну. — Итак, кем бы ты хотел стать? Мне кажется, лучше всего искать работу, связанную с твоими естественными знаниями.

— Что ты имеешь в виду? — попыталась уточнить Никки. — Его знания индейской жизни или нечто в области сверхъестественного? Он ведь у себя славился как сильный колдун. А сейчас на таких вещах можно сделать большие деньги.

— Послушайте, не лучше ли ему просто остаться археологом? — вступила в разговор Мариетт. — А не то люди заинтересуются, с чего это он бросил свою профессию, фактически — дело своей жизни. Если, скажут, он такой умный, то почему столь опрометчиво поступил?

— Мне кажется, по части археологии у меня получилось бы, — задумчиво проговорил Торн. — Вот только не хотелось бы слишком далеко уезжать и надолго покидать Нейаки.

— А сотрудничество с музеями? — спросила Дениэл. — Особенно с теми, где есть экспозиции, посвященные истории индейских племен? Разве она не советуются с экспертами, чтобы подтвердить подлинность произведений искусства, предметов быта, или, например, если им надо уточнить детали культов и обрядов. К кому они в таких случаях обращаются?

— Это грандиозная идея, Дениэл, — воскликнула Паула.

— Я еще всегда удивлялся, что почти у каждого городишка — пусть даже самого плевого — обязательно есть свой музей, форт или еще какая-то историческая достопримечательность. В этой части страны ими все набито под завязку, — высказался молчавший доселе Хэнк. — Может, Торну удастся занять положение регионального консультанта по индейским древностям. — Он нахмурился и спросил: — Интересно, есть такая профессия, хотел бы я знать?

— Нет, так будет! Мы сами ее создадим, — заявил Джек. — Один Бог знает, сколько мы уже всего нагородили, стряпая биографию Торна, так что одним пунктом больше, одним меньше, значения уже не имеет. А кто, в самом деле, в этих местах лучше него знает естественную жизнь индейских племен и кто лучше него сумеет определить и подтвердить подлинность всего, что касается племени шони? Ведь всеми этими вещами он пользовался в жизни, а не изучал по учебникам и музейным экспозициям. Он же у нас чистый натурал!

— Что ты обо всем этом думаешь, Торн? — спросила Никки. — И ездить придется не так уж много, пару-тройку часов на автомобиле, только и всего.

— Да, эта работа по мне, — сказал Торн. — Есть, правда, и еще кое-что, что среди моего народа ценилось гораздо больше. Но что поделаешь, не быть мне значит больше шаманом.

— Ну, дядя Торн, вы даете! — подал голос сынишка Денни, подросток Стивен. — Почему нельзя сочетать то и это? Здесь вас оценят не хуже, чем в прошлом веке, ведь и сейчас найдется, сколько хочешь людей с кровью шони в жилах, желающих побольше узнать о прошлом своего племени, и не только в части сверхъестественного. Теперь многие интересуются и танцами индейцев, и их обрядами и церемониями. А язык? Готов поспорить, что тут во всем штате не сыскать человека, говорящего на языке племени шони. Кроме вас.