Ширл Хенке - Сладкое безумие (Глубокая, как река)

– Дорогой! Я почти отчаялась снова увидеть тебя. Мы здесь пробыли почти четыре месяца, а от тебя ни слова. Я уже начала опасаться, что ты погиб. – Летиция вихрем пролетела по заставленной антикварной мебелью гостиной и театрально протянула навстречу мужу руки. Когда же он сделал шаг назад, явно не намереваясь заключать ее в объятия, Летиция с укором сказала: – Так-то ты меня встречаешь, после того как я, рискуя жизнью и здоровьем, преодолела тысячи миль и забралась в эту дикую глушь?

– Для мертвой женщины ты выглядишь на редкость здоровой и жизнерадостной. Интересно, как тебе удалось воскреснуть? – ядовито полюбопытствовал полковник.

– Ах, ты сердишься, дорогой, – с лукавой гримаской сказала Летиция и сделала шаг вперед, слегка распахнув халат изящным движением плеча. – Это злополучное письмо – ужасная ошибка. Я действительно собиралась сесть в лодку, которая потом перевернулась и затонула. К счастью, я передумала. Папенька был безутешен, когда ему сообщили, и под впечатлением этого известия написал тебе письмо. К сожалению, его отправили до того, как стало известно, что меня в лодке не было. Вот тогда я и решила сама приехать в Сент-Луис.

Глядя на законную супругу, Сэмюэль не мог не восхищаться ее актерским мастерством. Живая мимика, театральные жесты, слезы на глазах – все это выглядело убедительно и могло растопить сердце самого жестокосердного человека. Старик Соамс постоянно попадался на эту удочку. Как и Ричард, как и Сэмюэль – в первое время после свадьбы. Сейчас же он мог совершенно спокойно наблюдать за тем, как Летиция ломает руки и облизывает губы, не сводя с мужа огромных глаз, полных страстной мольбы.

– Мы провели в разлуке достаточно много времени, чтобы обдумать свое поведение. Я… я хотела доказать тебе, что способна измениться и смогу научиться жить на Диком Западе, создать здесь дом. Ты считал, будто потерял меня навсегда, я тоже боялась за твою жизнь. Должна сказать, твоя сестра и этот иностранец, за которого она вышла замуж, не спешили сообщить мне, куда ты уехал и когда тебя можно ждать назад. Они вообще со мной не разговаривали.

Полковник застыл в позе стороннего зрителя, расставив ноги, скрестив руки на груди и насмешливо вскинув бровь.

– Похоже, в мое отсутствие ты вела отнюдь не монашеский образ жизни. Лиза говорит, что за эти месяцы ты стала самой модной дамой на местных балах. Ты успела побывать на приемах у всех видных семей города, пока я скитался по диким местам.

– Естественно. Надо же было познакомиться со всеми твоими друзьями и деловыми партнерами. Раз уж мы решили здесь обосноваться…

– Ничего подобного мы не решали, – возразил Шелби, подчеркнув слово «мы». – Еще в Вашингтоне я тебе объявил, что наша совместная жизнь закончилась еще три года назад.

– Ты не смеешь так со мной поступать! – воскликнула Летиция и чуть было не топнула ногой, но вовремя сдержалась, вызвав вместо этого на глаза слезы. – Я сделала все, как ты хотел, приехала в Сент-Луис, жизнью рисковала во время путешествия по этой адской реке, где кишмя кишат дикари. Я отказалась от чудесного дома в Вашингтоне, разбила сердце бедному папеньке, бросив его там. И все это ради тебя, Сэмюэль, только ради тебя.

– Слишком поздно, Тиш. И ты тоже это прекрасно знаешь. Ведь именно поэтому ты придумала ложь насчет своей смерти, верно? Ты хотела выиграть время, чтобы добраться до Сент-Луиса и обманом снова проникнуть в мою жизнь, прежде чем мое прошение о разводе начнут рассматривать в законодательном собрании Виргинии. Разве я не прав?

Летиция страшно побледнела, сжав кулаки, чтобы не вцепиться острыми ногтями в ненавистное ухмыляющееся лицо мужа. Как он сумел догадаться? С каких пор ему удается так легко разгадывать ее тайные планы и удается быть к ней настолько безразличным, что дело приняло столь катастрофический оборот?

Она проглотила подступивший к горлу сгусток желчи и картинно расплакалась.

– Как ты можешь быть таким жестоким? Мне теперь некуда деться. Наш развод разрушит папенькину карьеру. Он лишит меня наследства.

– Твой отец никогда не лишит наследства свою драгоценную красавицу Тиш, даже если у тебя вырастут рога и хвост и ты примешься разгуливать голышом по Пенсильвания-авеню, – презрительно обронил Сэмюэль, мысленно поздравив себя с тем, что стойко выдерживает натиск и одна за другой терпят провал хорошо отрепетированные сцены, обильно политые лживыми слезами. – Между прочим, у тебя всегда остается Ричард, в любой момент готовый тебя утешить. Если не ошибаюсь, он тоже здесь?

– Ты всегда его ненавидел, – обвинила мужа Летиция, злобно сверкнув глазами.

– Буллок готов тебе во всем повиноваться, и в этом плане мы с ним резко расходимся, – пожал плечами Шелби. – Я рекомендую, чтобы он отвез тебя обратно к папеньке! Я же намерен довести дело о разводе до конца.

В словах Сэмюэля прозвучала не подлежащая сомнению твердая решимость. И Летиция, прищурившись, перешла в наступление.

– Это все из-за нее, не так ли, из-за этой потаскушки-француженки, которую ты прихватил с собой в верховья Миссури. Из-за девки, на которой ты воображал, будто женился!

Летиция довольно усмехнулась, видя, что Сэмюэль никак не реагирует на ее слова. Она давно убедилась – ее муж всегда сохраняет внешнее спокойствие, если задеты его действительно серьезные чувства. Да, Ричард был прав, будь оно все проклято. Шелби потерян для нее навсегда.

– И что, по-твоему, тебе известно, Тиш? – осторожно осведомился полковник.

– Мне все известно. Один из именитых граждан, с которым меня здесь познакомили, оказался опекуном этой дурочки. Мистер Вескотт был весьма встревожен ее отсутствием. Представь себе его ужас, когда он узнал, что девица вступила в брак с женатым мужчиной – с моим мужем, – закончила со злобным торжеством Летиция.

Сэмюэль весь внутренне сжался, но ничем не выдал своего состояния, что стоило ему неимоверных усилий.

– Полагаю, Тиш, ты вряд ли надолго задержишься в Сент-Луисе, – начал он медленно и без всякого выражения. Необходимо было выиграть время, выпроводить Летицию в Вашингтон, чтобы она не смогла навредить Оливии. – Откровенно говоря, меня удивляет, как ты выдержала здесь все эти месяцы.

– Ты прав. Теперь, когда я воссоединилась с супругом и его миссия выполнена, я действительно надеюсь, что мы оба благополучно вернемся в лоно цивилизации. – Она злорадно подчеркнула слова «мы оба».

– А если я не стану играть роль послушного мужа? – предположил Шелби.

– Дорогой Сэмюэль, в этом случае все исключительно просто. Самым бессовестным образом я воспользуюсь сведениями, которые предоставил в мое распоряжение безутешный господин Вескотт, и оповещу весь мир, что Оливия Сент-Этьен вышла за тебя замуж и вы жили как муж и жена, считая меня мертвой… каковой, как видишь, я определенно не являюсь.