Кэтлин Харрингтон - Морской дракон

– Я не ошибаюсь, лэрд Маклин, – уверенно сказала Рейни и, вцепившись в рукав Рори, умоляюще посмотрела на него. – Я знаю, что она там.

– Доверьтесь моей племяннице, – сказала Изабелл. – Она видела леди Маклин задолго до того, как та приехала в Арханкери. Два года назад Рейни описала вашу жену как красавицу с ярко-рыжими волосами и темно-фиолетовыми глазами. Никто из нас не знал никого похожего на девушку из ее видений, до тех пор, пока вы не привезли ее сюда.

– Это правда, Рейни? – спросил изумленный Рори.

– Правда, милорд.

Рори присел перед ней на корточки.

– Скажи, с ней все в порядке? – спросил он тихо.

Рейни улыбнулась, ее глаза загадочно блеснули.

– С леди Джоанной все хорошо, – радостно сказала она. – Даже лучше чем хорошо!

– Что ты имеешь в виду, девочка?

– А это вы узнаете, когда найдете ее, лэрд Маклин.

Рори взглянул на своих младших братьев:

– Кейр, ты с нами?

Зеленые глаза Кейра сузились, на щеках заиграли желваки.

– Черт возьми! – ответил он раздраженно. – Я никогда не позволю вам уехать без меня, и вы чертовски хорошо это знаете.

– Все три корабля стоят на якоре возле Стокера, – напомнил Лаклан. – Ты как раз сможешь разузнать у Дункана насчет аннулирования брака, прежде чем мы отплывем.

Рори взял за руку Нину и встретился с ее встревоженным взглядом:

– Спасибо еще раз, мой дорогой друг. Теперь мы наконец-то можем действовать.

– Мы всей семьей станем молиться за вас, – отвечала женщина. – Я сама буду молить господа, чтобы помог тебе вернуть твою жену в целости и сохранности.

Крепость Макдональдов возвышалась подобно единому каменному монолиту на базальтовых скалах над Минхом. Из окна высокой башни Джоанна следила за приближением трех галеонов. Еще вчера она заметила их паруса на горизонте и вот теперь еле сдерживала слезы радости, наблюдая за тем, как они маневрируют, чтобы подойти ближе к стенам Доумхилла.

«Морской Дракон» скользил по волнам, его нос был украшен устрашающей фигурой трехголового чудовища. На грот-мачте реял длинный черный штандарт, украшенный кельтским геральдическим изображением свирепой морской змеи. Ее вытянутое зеленое тело извивалось на ветру, и казалось, что она ползет по воздуху. На палубе галеона его капитан Рори Маклин, лэрд клана Маклинов, потомок скандинавских морских королей, а теперь и лэрд Кинлохлевена и всех прилегающих земель, внимательно изучал укрепления Доумхилла, опытным глазом моряка, выигравшего немало морских сражений.

– Итак, этот человек все-таки явился, – зло прошипела за спиной Джоанны леди Беатрис. – Что ж, тем хуже для него, – презрительно фыркнула она.

Стоящая возле соседнего окна леди Иден тоже выглянула наружу. Одетая в шелковое платье рубинового цвета, она нервно крутила золотые браслеты, украшающие ее запястья. До тех пор пока родители леди Иден были вынуждены скрываться в этом одиноко стоящем замке, у нее не было никаких шансов найти подходящую для себя партию. И девушка все больше впадала в уныние. Все эти долгие месяцы ей было абсолютно нечем заняться, разве что наряжаться да украшать себя драгоценностями. Но перед кем она могла ими щеголять?

– Он убьет нас, мама? – спросила Иден своим высоким хныкающим голосом. – Эндрю сказал, что Королевский Мститель придет сюда со своими братьями и расправится с нами.

Джоанна прислонилась к каменному подоконнику и ухватилась за металлическую решетку, в которую были забраны окна башни. Несмотря на внешнее спокойствие, внутри она вся дрожала. При мысли о том, что Рори может потерпеть неудачу и погибнуть, спасая ее, Джоанне стало дурно. Но она приказала себе не думать об этом.

– Не будь дурой, детка, – отвечала дочери леди Беатрис с нервным смехом. – Доумхилл неприступен. Вот уже два столетия ни один враг не мог взять эту крепость.

Джоанна зажимала в руке маленький треугольный камешек – волшебную стрелу эльфов. Она помнила, как Рейни обещала, что этот амулет защитит ее от опасности. Она молилась о том, чтобы Рори не погиб и спас ее и еще, чтобы он простил ее за то, что она предала его тогда, в Кинлохлевене. Ярость и боль, которые отразились в его глазах перед тем, как его ударили и он упал в беспамятстве, до сих пор преследовали ее, наполняя душу отчаянием. Но если бы она отказалась уйти с Эвином, Годфри неминуемо убил бы Рори, пока тот лежал бездыханным на полу.

За спиной Джоанны снова раздался ледяной голос леди Беатрис:

– Эвин ведь уже сказал тебе, что получил разрешение папы на ваш брак с Эндрю. Теперь вы можете с ним пожениться, как мы все этого и хотели. Так что нам нечего бес покоиться о Королевском Мстителе и его презренных братьях. Они ничего не смогут сделать с нами, кроме как сыпать проклятиями и кусать локти.

– Но ведь наш брак до сих пор не аннулирован, – напомнила своей бесчувственной тетке Джоанна. – И я все еще жена Маклина.

Как только первый галеон занял позицию перед двенадцатифутовой стеной, закрывающей с моря крепость, второй подошел ближе. На носу этого корабля красовался огромный ястреб, он словно летел над волнами, расправив крылья. «Морской Ястреб» скользил по волнам легко и грациозно, его паруса были приспущены, словно в зловещем приветствии. Лаклан Макрэй, вождь клана Макрэев, потомок ирландских и норвежских королей, явился платить по счетам.

– Ну, по крайней мере, кое-кто больше не будет предпринимать глупые попытки улизнуть из замка, – злорадно хихикнула леди Иден, наматывая на палец крутой завиток своих светло-рыжих волос. – Если, конечно, он не хочет попасть прямо под их обстрел.

Джоанна предпочла не замечать злобных выпадов своей кузины. Только не теперь, когда в течение пяти с половиной месяцев она всячески избегала споров и ссор.

Высоко на грот-мачте третьего галеона развевался кроваво-красный стяг с изображением черного ворона – символа древних скандинавов. Кейр Макнейл, вождь клана Макнейлов из Барры, наследник древних кельтских мореплавателей, развернул свой корабль вдоль двух других. А затем на «Черном Вороне» приспустили флаг, с его борта спустили ялик, и его капитан присоединился к своим братьям.

– Твоя неверность своему клану достойна презрения, Джоанна, стыдись! – уколола ее Беатрис. – Эвин ведь думал только о твоем благе. И как ты ему отплатила!

– Эвином двигали собственные амбиции и жадность, и уж никак не забота обо мне или о нашем клане! – воскликнула Джоанна, наконец не выдержав.

Пять месяцев томительного ожидания, когда надежда сменялась отчаянием, давали о себе знать.

– Мой кузен был готов на что угодно, вплоть до убийства, чтобы только завладеть моим наследством.