Гэлен Фоули - Мой грешный маркиз

Макс щелкнул пальцами.

— Извини, не помню, как тебя зовут.

— Джинджер.

— Ах да! Джинджер Рыжая Киска. Что ты здесь делаешь в середине дня? — дружелюбно спросил он.

— Ваш безумный шотландец запер меня здесь и не выпускает, — сказала она, закатив глаза. — Он говорит, что заботится о моей безопасности. Представляешь? Он держит меня здесь с тех самых пор, когда я пришла и рассказала, что видела Уэсти.

— Ах, так это ты видела Дрейка?

— Да. Он сидел в экипаже с двумя другими малыми. Он был совсем на себя не похож, бедненький. Я хотела, чтобы он ушел со мной, но он даже не смог вспомнить, кто я. И это все, что я знаю. Я уже сто раз говорила вашему шотландцу, что больше ничего не знаю, но он все равно не выпускает меня отсюда. А девушке надо зарабатывать на жизнь!

— Ну, дорогая, если Вирджил говорит, что ты должна остаться, лучше не спорь. Располагайся поудобнее и отдыхай. — Он с усмешкой покосился на Дафну. — Вы, девочки, пока здесь поболтайте, а я скоро вернусь.

— Макс!

— Я же сказал, что сейчас вернусь, Дафна. Отдохни.

— Ну и как тебе это нравится? — Джинджер обняла Дафну за плечи. — Милая, тебя тоже держат здесь взаперти?

— Нет. Надеюсь, что нет. Я пришла сюда с мужем.

— С мужем? — воскликнула Джинджер. — Здорово! Значит, тебе удалось захомутать Ротерстоуна? Хорошая работа, девочка.

Судя по внешности и колоритной речи Джинджер, она была дамой полусвета.

Этого еще не хватало. Дафна вспомнила о герцогине Драконихе. Она бы не одобрила такую компанию для леди из общества.

С другой стороны, это ведь Макс оставил ее в компании женщины из борделя. Черт бы побрал этого человека. Он снова ее проверяет.

«Ха», — подумала она.

— Говоришь, тебя зовут Джинджер?

— Да, милая. А тебя?

— Дафна. Слушай, а ты когда-нибудь развлекала моего старика? — Она с острым любопытством уставилась на проститутку.

— Ох, нет. Его, к сожалению, нет. Но у них здесь есть еще такой Уоррингтон… — Она ухмыльнулась и подмигнула Дафне. — Теперь я точно знаю, почему его называют Зверем. Этот симпатичный грубиян умеет такое… Ты даже представить не можешь, что чувствует женщина под ним. Скажу по секрету, иногда ему одной женщины мало.

У Дафны непроизвольно округлились глаза, а Джинджер довольно захохотала. Вероятнее всего, она намеренно шокировала «настоящую леди из общества».

Но пока проститутка смеялась, Дафна почувствовала, что ее тоже разбирает нервный смех. День оказался слишком богат событиями. И спустя мгновение две женщины уже смеялись вместе. Дафна вспомнила, как вела себя накануне ночью с Максом, и ей пришло в голову, что, наверное, у нее, воспитанной леди, и этой уличной женщины все же есть что-то общее.

Взвинченный и не ожидающий ничего хорошего от разговора со своим старым наставником, Макс отправился искать Вирджила. Он понимал, что не имел права привозить Дафну в клуб «Инферно», но вместе с тем знал, что у него не было другого выхода. Когда же он наконец обнаружил старого шотландца, стало очевидно, что тот уже все знает. Он или видел, или слышал, как они вошли.

Горец сидел в столовой, украшенной настенными фресками, и потягивал виски.

Вирджил не посмотрел на него. Он сделал еще один большой глоток, покачал головой и буркнул:

— Ты сделал большую глупость, Макс. Как ты мог привезти ее сюда?

Макс осторожно приблизился к столу.

— Ты можешь доверять ей, Вирджил. Она моя жена. Я бы не стал рисковать, если бы имел хотя бы малейшие сомнения.

Шотландец фыркнул:

— Доверять нельзя ни одной женщине.

— Она моя жена и имеет право знать, во что ввязалась. Она справится.

Вирджил затряс головой, как большая лохматая собака.

— Ты все же идиот, Макс. Ты поставил под угрозу и наши жизни, и ее. Не надо было ее втягивать.

— У меня не было выбора, — устало вздохнул Макс. — Она нашла дома один из моих тайников.

Горец залпом допил виски.

— Я знал, что в результате всего этого ты станешь беспечным и сентиментальным.

— Сентиментальным? — Макс почувствовал гнев. — Я люблю ее, ты можешь это понять?

— Если бы ты ее действительно любил, то немедленно увез бы домой и приказал забыть все, что она видела, как ночной кошмар.

— Слишком поздно.

— Ты не имел права делать это, Макс.

— Нет, Вирджил, это ты не имел права требовать, чтобы я лгал любимой женщине. Чего ты еще от меня хочешь? Я отдал тебе двадцать лет жизни. Можешь отправляться к дьяволу, если тебе не нравится моя жена. Будь ты проклят! Я бы все отдал, только чтобы иметь возможность забыть об Ордене.

— Значит, жертва для тебя слишком велика? — усмехнулся старый шотландец. — Говоришь, двадцать лет? Ну а я отдал почти сорок, ты, неблагодарный щенок. — Вирджил снова тряхнул головой и несколько секунд помолчал. — Теперь, если до нее доберутся, ее кровь будет на твоих руках, а если сломают, то и наша тоже.

Макс закрыл глаза и опустил голову.

— Я не допущу, чтобы с ней что-нибудь случилось. Никогда.

— Когда-то я сказал то же самое, но почему-то моей жены сейчас нет с нами. — Вирджил замолчал и отвернулся.

Эта история Максу была известна. Он сочувственно взглянул на наставника.

— Вирджил, я знаю, что брат Малькольм отнял у тебя женщину, но…

— Молчать! — выкрикнул Вирджил. — Не смей говорить мне о ней!

В эту минуту в столовую вошел Джордан.

Макс подобрался, стараясь оценить реакцию друга на то, что он привел Дафну в тайное убежище.

— Добрый день, лорд Фоконридж. Очередь из желающих уничтожить меня начинается здесь, — вежливо сообщил он и ткнул рукой в сторону Вирджила.

Джордан нахмурился. Секунду подумав, он сказал другу:

— Я доверяю твоей оценке ситуации, Макс. Если ты говоришь, что Дафне можно верить, этого достаточно.

Макс устало кивнул:

— Спасибо, Джордан.

— Что ты успел ей рассказать?

— Ничего. В доме Уэствуда обнаружился шпион. Дафна видела, как я его поймал, и, вероятно, заметила клеймо посвященного, когда я установил его статус. Кроме этого, она ничего не знает.

— Постарайся свести информацию к минимуму. Ради всех нас.

Макс опустил голову.

— Я всего лишь хочу ей сказать, кто я.

Неожиданно в дверях появился Роуэн и прислонился к косяку.

— Мне жаль прерывать вашу милую беседу, парни, но происходят события все более интересные.

— Что случилось? — спросил Макс.

— По Лондону стремительно распространяются слухи, что твоего скромного соседа, герцога Холифилда, и его беременной герцогини больше нет. Они умерли во Франции.

— Что?