Джил Лэндис - Прекрасная мечта

Эва улыбнулась Чейзу, потом переключила внимание обратно на свою мать.

– Чейзу интересно узнать историю Честера. Ты не можешь припомнить, не рассказывал ли тебе прадедушка Эберхарт что-нибудь о нем?

Эстер потерла щеку.

– Постой-ка…

Эндикотт Эберхарт вдруг выпрямился, как будто пробудился от спячки. Чейз еле сдерживался от смеха. Совершенно очевидно, что отец Эвы просто ждал случая, чтобы выйти на сцену.

– Честер принадлежал моим предкам, дорогая, поэтому я расскажу тебе о нем, если ты не против. Кстати, где он?

– В сарае, вместе с остальной моей рухлядью, – ответила Эва.

– В очень надежном месте, – добавил Чейз.

– Мой дедушка, Эллисон Эберхарт, приобрел Честера задолго до того, как мой отец, Эмерсон, появился на свет. Если я не ошибаюсь, то отец рассказывал, что у дедушки когда-то был очень хороший друг и сослуживец на Востоке. Удача всегда обходила его стороной. Когда пришел его смертный час, он завещал Честера моему дедушке. Кажется, я припоминаю, что Честер когда-то был фараоном. Да, точно, фараоном. Египетским царем.

– Очень маленьким Египетским царем, – встряла Эстер, пренебрежительно фыркнув. – Иногда мне жаль, что мы все-таки не успели расспросить дедушку о том, как мумия попала в Америку. Бедный старик, к тому времени, как он умер, он уже почти выжил из ума, – заявила она, сделав неопределенный жест рукой. – Распевал день и ночь.

Арии из опер. Во всю мощь своих легких. Это было ужасно. Нам приходилось давать ему огромные дозы снотворного, чтобы заставить его заснуть и дать нам покой хоть на время.

Чейз прочистил горло. Интересно, подозревают ли старшие Эберхарты, какими эксцентричными они кажутся окружающим? Если и да, то их, очевидно, это совершенно не беспокоит. Он посмотрел на Эндикотта.

– А у вашего деда было много денег?

Эва бросила на него быстрый взгляд. Он видел, что его бесцеремонность раздосадовала и покоробила ее, но, во всяком случае, на Эндикотта этот вопрос особого впечатления не произвел.

– В какой-то период своей жизни он был богат. Кажется, он получил солидное наследство, но потом, когда стал актером, спустил все свое состояние, чтобы прокормить семью в промежутках между постоянными контрактами. – Отец Эвы поднял вверх большие пальцы рук и вращал их туда-сюда, глядя на звездное небо. – Я и не думал, что тут так много звезд.

Чейз встал.

– Я сейчас вернусь, – прошептал он на ухо Эве. – Никуда не уходи.

Эва улыбнулась и смотрела ему вслед, когда он шел к сараю. Даже его походка заставляла учащенно биться ее сердце. Сладкая истома охватила ее и разгорячила некоторые потаенные уголки ее тела, заставив залиться румянцем. Он был любящим, нежным и заботливым мужем, но оставался упрямым ослом, когда она пыталась уговорить его съездить в Последний Шанс.

Эва поклялась любить его, гордиться им и повиноваться ему – при любых обстоятельствах. А еще она дала себе обещание никогда не оставлять своих попыток помочь Чейзу стать полноправным членом общества.

– Ты влюблена, дорогая, да? – спросила Эстер.

– Да, мама, я влюблена.

– Нам он нравится, – заявил отец, как будто она забыла, что он твердит ей это постоянно, когда Чейза поблизости не было. – Славный парень. И о тебе заботится. Но я не хотел бы, чтобы он имел на меня зуб.

Эва посмотрела в направлении сарая и увидела Чейза, выходящего из двери с саркофагом в руках. От ее внимания не ускользнуло, что эта вещица ему, судя по всему, очень нравится.

Она наклонилась к отцу и прошептала:

– А среди твоих вещей случайно не сохранилась книга о Древнем Египте, папа?

Эндикотт почесал в затылке.

– Я точно не помню. А что?

– Я никогда не видела, чтобы Чейз был чем-то так заинтригован, кроме своего ранчо… и меня, конечно. – Она засмеялась. – Может, он захочет почитать об этом, чтобы узнать побольше сведений из этой области.

– Из какой области? – Чейз остановился у низенького крылечка и поставил одну ногу на ступеньку. Кудлатый довольно дружелюбно обнюхал ящичек, а потом снова завалился на бок.

Эва подняла на него глаза. Его горящий взгляд, устремленный на нее, теплым никак нельзя было назвать. Он был испепеляющим. Она провела языком по своим губам и чуть не замурлыкала.

– Из области египтологии. Ты, похоже, очень заинтересовался Честером и его происхождением.

Он не мог отвести взгляда от ее губ. Ну, зачем только он сейчас заварил эту кашу. Как ему хотелось бросить эту мумию, схватить Эву в охапку и потащить ее в ближайшую спальню. Но ему пришлось отвести глаза, пока его плоть не возбудилась слишком явно, и он не осрамился перед ее родителями.

– Думаю, что я знаю о Честере больше, чем любой из вас, – объявил он, поставив ящичек на землю.

– Откуда, Чейз? – Эндикотт подался вперед, поставив локти на колени. Солнце еще скупо освещало землю, но вот-вот должно было закатиться. Эва привстала и зажгла лампу, стоявшую на столике между стульями ее родителей. Потом она забежала в дом, чтобы зажечь лампу на камине, и вернулась к остальным.

Чейз начал объяснять.

– Когда кузен Эвы прислал сюда ее вещи, она гостила в городе у своей подруги Рэйчел…

– Имея на то веские основания, конечно… – выступила ее матушка.

Чейз и Эва переглянулись и обменялись улыбками.

– Это не имеет значения, – продолжал он. – Но я не знал, потребуются ли ей эти вещи прямо сейчас или нет, и сундук не был заперт. – Он посмотрел на Эву. – Поэтому я заглянул туда.

Она ободряюще улыбнулась ему.

– И ничего такого особенного там не увидел, так?

Он подумал о тряпках, костюмах, афишах и рецензиях.

– Ну, кое-что показалось мне довольно любопытным. Когда-нибудь наши дети придут в восторг от этих костюмов. – Мысленно он пообещал себе, что к тому времени все отрицательные рецензии он выкинет.

Эстер вскочила с места.

– Дети? О, Эва, неужели ты?..

– Нет, мама. Сядь, пожалуйста. Эстер села.

– Так что же Честер? – деликатно напомнил Эндикотт.

Чейз переводил взгляд с одного на другого. Он чувствовал себя крайне неловко, вынужденный соблюдать все правила приличия, поэтому не мог не восхищаться способностью Эберхартов держаться с достоинством в любом обществе. У него самого кровь стыла в жилах при одной мысли об общении с кучей посторонних людей.

– После того, как с сундуком я разобрался, я занялся домиком мумии и открыл его.

Рука Эвы скользнула по выцветшей крышке ящичка.

– Ты нашел потайной замочек. Он кивнул.

– Я просто потрогал крышку и нащупал его случайно. Но это еще не все. – Он снова открыл саркофаг. – Я ничего не знал о саркофагах и о египтянах. Я не знал, что там Эва могла прятать под этими бинтами. Но я выяснил, что там было тело.