Шеннон Дрейк - Взгляд незнакомки

Если северянам удастся лишить Юг источников снабжения, то исход войны можно считать предрешенным — победа неминуема. Но очень много отважных капитанов прорывается сквозь блокаду, пользуясь многочисленными островами и зарослями флоридского берега, а именно Флорида поставляет армии конфедератов соль и мясо,

— Что скажете, капитан? — спросил стоявший за штурвалом лейтенант Хэнсон.

Трейвис горестно покачал головой и снова тяжело вздохнул:

— Преследуйте шхуну, лейтенант. Самое худшее, что может случиться, — это то, что мы погибнем, но упускать ее мы не имеем права!

«Самое главное, — напряженно думал Диленд, — обнаружить судно и при этом как можно дольше не попадаться на глаза ее капитану». Трейвис слишком хорошо помнил тот день, когда попался в ловушку, подстроенную ему капитаном Макклейном…

Они обогнули мыс, и в ту же секунду Трейвис услышал скрежет киля о коралловый риф.

Вот черт! Он снова позволил мятежному капитану заманить себя в ловушку. Отдавая команды, Трейвис пристально смотрел вслед ускользавшей шхуне.

На судне подняли белый флаг. Нахмурив брови и прищурив глаза от яркого полуденного солнца, Диленд напряженно размышлял. На борту шхуны значилось ее название, на мачте развевался белый флаг, но капитан противника" скорее всего не думал о сдаче.

Просит выслать парламентеров? Трейвис пригляделся к очертаниям шхуны, и сердце его забилось чаще. Это наверняка «Дженни-Лин», судно Брента Макклейна.

— Шлюпку на воду! — хрипло приказал Трейвис.

— Есть, сэр! Я иду с вами? — спросил лейтенант Хэнсон.

— Нет, я пойду один.

— Но это может быть западня какого-нибудь отчаянного капера, сэр.

Трейвис сухо рассмеялся:

— Капитан этого судна — самый опасный человек, какого я только знаю. Но для меня он сейчас не опасен, лейтенант.

Через пятнадцать минут Трейвис встретился лицом к лицу с Брентом Макклейном.

Южанин был без рубашки, загорелый, поджарый и мускулистый, только тени под глазами говорили о тяготах войны, которые пришлось ему пережить.

Команда «Дженни-Лин» молча наблюдала, как Трейвис поднимается на борт. Брент подал ему руку, и, как это ни смешно, у Диленда появилось ощущение, что он здоровается со старым другом.

— Пройдемте в мою каюту, — пригласил Брент и пошел вперед. Вдруг он остановился и, обернувшись, посмотрел на Трейвиса, словно не веря — своим глазам. Его охватила дрожь от мысли что могло бы произойти, не встреть он сегодня Трейвиса.

Послание из Кэмп-Дугласа Брент получил только десятого августа. Какое счастье, что он в это время был в Ричмонде, а не в Лондоне, не на Багамах или еще бог весть где! Но не стоит думать об этом. Все же он оказался в нужный момент именно в Ричмонде, за три дня он сумел проделать путь до Ки-Уэста, хотя ему в затылок дышали корабли береговой охраны. Еще пять дней, сходя с ума от волнения, он выяснял, где находится коммандер Диленд… А ведь это только начало. Но нет, он, капитан Макклейн, не имеет права паниковать. Его план сработает с точностью хорошо отлаженного часового механизма.

Рывком открыв дверь, Брент чуть не сорвал ее с петель. Пришлось сделать несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться и взять себя в руки.

Они сели за стол, и Брент, не говоря ни слова, протянул Трейвису измятый, потертый на сгибах клочок бумаги. Нахмурившись, Диленд начал разбирать полустертые строчки. Он нахмурился еще больше, когда узнал руку Джона. И изумился, когда прочитал добавление, написанное незнакомым почерком:

Кендалл и Стерлинг Мак-К. находятся здесь. Положение отчаянное. Первого сентября приезжает Мур. Если у вас есть друзья среди янки, спешите воспользоваться их услугами.

Б. Рэндалл Кэмп-Дуглас

Потрясенный до глубины души, Трейвис резким движением положил клочок бумаги на стол.

— Когда вы получили это письмо? — хрипло спросил он. — Я слышал, что Кендалл была в Виксберге. Когда город сдался, генерал Грант приказал не брать пленных.

— Я могу сказать, что Кендалл попала в плен еще до сдачи города, — без всякого выражения произнес Брент. — Один доктор по имени Армстронг должен был получить партию морфия. Они с Кендалл пошли на реку и обнаружили лодку, в которой должно было находиться обещанное, но лодка выглядела покинутой.

Брент устало пожал плечами и тяжело вздохнул.

— Короче, вы знаете Кендалл — она поплыла к лодке, а там ее поджидали два солдата янки.

Трейвис взял со стола письмо и снова просмотрел его:

— Кто знает, может быть, Джон изменился? Я ведь не видел его больше года, с тех пор как его перевели на Миссисипи…

Не выдержав, Макклейн перебил Трейвиса нетерпеливым восклицанием:

— Вы же знаете не хуже меня, что он убьет ее или сделает что-нибудь еще более мерзкое, как только Кендалл попадет к нему в руки.

Трейвису нечего было возразить:

— Здесь сказано, что ваш брат тоже в Кэмп-Дугласе.

— Да.

Трейвис невесело вздохнул:

— Даже не знаю, смогу ли я что-нибудь сделать для вас. Вы можете мне не поверить, но Эйб Линкольн — очень добрый и мягкий человек. Когда он посетил столичную тюрьму в Вашингтоне, то пришел в ужас. Думаю, он считает истинным благодеянием для Кендалл передачу ее на поруки мужу. Вряд ли я смогу освободить ее: у меня нет такой власти, да и Джону я не начальник.

— Я не хочу, чтобы вы освободили Кендалл, я хочу, чтобы вы отвезли меня в Кэмп-Дуглас как своего пленника.

— Что?! Вы с ума сошли, Макклейн! Какой от всего этого будет толк? Вы просто попадете в тюрьму, а Джон, приехав, спокойно увезет Кендалл…

— Как я выберусь из Кэмп-Дугласа — это мое дело, — не повышая голоса, отпарировал Брент. — Вы только помогите мне туда попасть. И еще: одолжите мне, прошу вас, пригоршню золотых монет, ведь наши деньги там не в ходу. Все остальное я сделаю сам. Сейчас я пойду с вами, судно дальше поведет Чарли Макферсон.

— Послушайте, Макклейн, я не комендант Форт-Тэйлора, а ведь он может отправить вас в другой лагерь. Брент насмешливо поднял бровь.

— Скажите, — произнес он, — существуют на свете янки, которым все еще дорога честь?

— Наш комендант очень порядочный человек.

— Тогда он поймет, что я сдался при условии, что меня отправят в Кэмп-Дуглас, к брату, и вы дали мне слово это сделать.

— От души надеюсь, что вас не пристрелят по дороге, — пробормотал Трейвис. Брент рассмеялся:

— Кажется, я больше верю в цивилизованность юнионистов, чем вы, Диленд. Но нам пора, времени и так мало.

Сидя в углу лагерного плаца, Кендалл невидящим взглядом смотрела на выведенных для прогулки заключенных. Несмотря на все попытки Бью приободрить Кендалл, она слабела с каждым днем, не в силах справиться с охватившим ее чувством безнадежности. Бодрость духа окончательно покинула южанку.