Патриция Гэфни - Роковое сходство

Он лениво усмехнулся:

– Я не смог уснуть. На такой подушке не очень-то и заснешь: она не дает забыться.

– Тебе неудобно?

– Я этого не говорил.

Они обменялись понимающими взглядами.

– А не пора ли нам собираться домой? – предложил Джон.

– Мы еще даже не поели.

– А какую еду ты для нас захватила?

– Холодный ростбиф, салат, несколько пирожков. Имбирное пиво.

– М-м-м… – задумчиво протянул Броуди. – Мы могли бы унести все это домой и съесть прямо в постели.

Анне понравилась такая перспектива.

– Возможно, – согласилась она.

– Но мы подадим людям повод для сплетен.

– Несомненно.

– Они догадаются, что у нас на уме.

– Безусловно.

– Должно ли это нас беспокоить?

– Ни в малейшей степени.

Они дружно поднялись с земли и начали с неприличной поспешностью складывать плед.

Глава 26

– И боже упаси, чтобы в наших глупых женских головках завелась хоть одна серьезная мысль, – объясняла Милли, глядя, как Анна поливает папоротники в оранжерее. – Мужчины хотят видеть нас кроткими, пугливыми и покорными. Целиком и полностью зависящими от них. Ничего не смыслящими в том, что требует умственной деятельности, – и прежде всего в политике. А потом, положив столько трудов, чтобы обзавестись в доме безмозглым, абсолютно невежественным существом женского пола, они удирают от нас в свои мужские клубы! Стоит ли этому удивляться?

– Прошу прощения, – неожиданно раздался мужской голос у них за спиной.

Милли прекратила свое взволнованное хождение взад-вперед, а Анна выглянула сквозь пышную бахрому листьев папоротника. В дверях стоял ее кузен.

– Привет, Стивен, – любезно кивнула она. – Что-то ты рано вернулся домой. Я сама сегодня ушла пораньше, потому что…

– Мне надо с тобой поговорить.

Анна выпрямилась:

– А нельзя ли подождать? Мы с Милли как раз собирались…

– Это неотложный разговор.

– Понятно.

Она бросила на Милли взгляд, полный замешательства. Ее подруга ответила мгновенной понимающей улыбкой.

– Все в порядке, я не заметила, как время пролетело. Уже очень поздно, мне пора, а то «Патнем» <Крупное английское издательство.> закроется прежде, чем я туда доберусь. Не надо меня провожать, я просто…

– Не говори глупости. – Анна обошла длинный стол, вытирая руки о фартук. – Будь так добр, Стивен, подожди меня здесь.

Стивен сухо кивнул и посторонился в дверях, чтобы пропустить дам.

– Миссис Поллинакс, – еле двигая губами, проговорил он в виде приветствия.

– Мистер Мередит, – ответила Милли почтительным тоном, в котором только Анна уловила насмешливые нотки.

– Не обращай внимания на Стивена, – шепнула Анна, проводив Милли до входных дверей, – в последнее время он зол на весь мир. – Она пожала руку Милли:

– Я так рада, что ты пришла меня навестить. Мне бы хотелось, чтобы ты заходила почаще.

– Я постараюсь: ты вселяешь в меня бодрость. Ты счастлива, это сразу видно. Ты расцвела как роза. Настоящая красавица – другого слова не подберу. Я не шучу, – настойчиво повторила она и улыбнулась, когда Анна скорчила ей рожицу. – Ты просто сияешь. Если бы я не любила тебя так сильно, честное слово, я бы позавидовала.

– Нет, это я тебя люблю. Хотела бы я сделать хоть что-нибудь, чтобы помочь тебе стать счастливой.

– Но ты и так мне помогаешь! Не представляю, что бы я делала без тебя все эти последние недели.

Подруги обнялись. В глазах у обеих стояли слезы.

– А теперь беги обратно, пока твой кузен окончательно не вышел из себя.

Милли завязала под подбородком пышный бант шляпки с опущенными полями и направилась по дорожке к воротам.

Стивен расхаживал взад-вперед мимо длинного стола, Взглянув на его нахмуренное лицо, Анна сразу поняла, что он не столько рассержен, сколько расстроен.

– Не пройти ли нам в гостиную? – нерешительно предложила она, зная, что Стивен при любых обстоятельствах предпочитает официальную обстановку.

Однако, к ее удивлению, он подошел к стеклянным дверям зимнего сада и закрыл их.

– Нет, я не хочу, чтобы нас кто-то услышал.

Анна инстинктивно отступила на шаг. Ей почему-то заранее не хотелось слышать новость, которую он собирался сообщить.

– Случилось что-то плохое?

– Можно сказать и так.

Стивен опять умолк, и у Анны тревожно сжалось сердце.

– Я должна сама угадать, или ты все-таки…

– Речь идет о Николасе.

Она обеими руками ухватилась за ажурный садовый стол, но постаралась сохранить на лице выражение вежливого интереса и больше ничего.

– А в чем дело?

– Я пытался рассказать дяде Томасу, но это все равно что разговаривать со стенкой. Поэтому я пришел к тебе. Возможно, мне следовало поговорить с Эйдином, но больше всего на свете мне хотелось бы избежать скандала.

– Скандала? Стивен, о чем ты говоришь?

Стивен подошел ближе. Анна увидела, что он что-то держит в руке. Листок бумаги.

– Это тебя расстроит, – заметил он с тяжелым вздохом, – но я не знаю, как сказать об этом деликатно.

– О чем сказать?

Никогда в жизни она не видела своего кузена таким подавленным. Ей стало не просто страшно, она пришла в ужас.

– Николас… – Стивен неуверенно замялся, не глядя ей в глаза. Анна прижала ладони к щекам. «Господи боже, – подумала она, – ему все известно».

– Боюсь, что Николас растрачивает деньги компании.

Ей захотелось рассмеяться: чувство облегчения было так велико, что ей трудно было скрыть его.

– Ох, Стивен, – воскликнула она, схватившись за сердце, – как ты меня напугал.

Он окинул ее холодным удивленным взглядом.

– Я говорю серьезно, Анна, это уголовное дело.

– Да нет же, тут какая-то ошибка! Ты что-то неправильно понял, вот и все. Расскажи мне толком, в чем дело.

Анна сложила руки на груди, скрывая облегчение за снисходительной улыбкой.

Стивен оскорбленно поджал тонкие губы:

– Я все понял правильно; единственное, что я недооценил, так это степень твоей ослепленности. Прошу прощения, – добавил он, подняв руку, – это не вполне справедливое замечание. Естественно, ты ему предана.

– Естественно. А теперь расскажи мне, что, по твоему мнению, он сделал?

– Он украл пятьдесят тысяч фунтов.

– Это несусветная чушь.

Стивен ничего не ответил; с полминуты они смотрели друг на друга молча. Анне было очень досадно, но ей пришлось отвернуться первой. На один страшный миг она представила себе, что все это правда. У нее в уме развернулась целая картина во всех деталях: как он это сделал, почему, что будет дальше. Потом занавес опустился, и сцена померкла. Она отказывалась верить.

– Я случайно узнал об этом вчера. Мистер Кэннон из банка упомянул об этом в разговоре. Он сообщил мне, что Ник снял значительную сумму наличными с одного из корпоративных счетов, и намекнул, что столь крупную финансовую операцию было бы разумно обсудить с его коллегами из отдела капиталовложений. Я сделал вид, будто знаю, о чем идет речь.