Мелоди Томас - В сердце моем

– Члены Королевской комиссии по общественным работам, мэм.

Взгляд Александры невольно обратился к двери. Интересно, как это Кристоферу удается сидеть в кабинете рядом с такими высокопоставленными персонами и при этом писать совершенно неприличные веши, да еще так откровенно?

– Вы не могли бы передать еще одну записку? – робко попросила она.

Кристофер сидел, вытянув ноги, в самом дальнем конце длинного стола для совещаний и беспокойно вертел в руках ручку, нетерпеливо поглядывая, в окно и слушая вполуха монолог Райана, посвященный устройству решеток для канализационных труб и коллекторов. Время от времени Кристофер отрывался от окна и делал пометки в бумагах. Он как раз размышлял о записке Александры и ответе, который отправил ей, когда дверь в кабинет снова отворилась и появившийся в кабинете Стюарт, бесшумно склонившись над ним, передал новую записку. На другом конце стола Райан продолжал свою речь, показывая что-то на карте.

Окончательно утратив интерес к докладу, Кристофер развернул тщательно сложенный обрывок бумаги и весело ухмыльнулся. Мгновенно взяв себя в руки, он принял серьезный вид и быстро написал ответ, после чего откинулся на спинку стула и с непроницаемым выражением лица встретил взгляд темных глаз брата. Райан не прервал монолога, но в его взгляде Кристофер уловил обеспокоенность и предостережение, и это его сильно задело.

Кристофера неимоверно раздражало, что он вынужден сидеть в этом кабинете и вести скучные разговоры о политике и подкупе городских чиновников, тогда как «Ди энд Би» и так была самой квалифицированной компанией в Лондоне, достаточно компетентной в экономическом отношении для того, чтобы выполнить любые работы, которые могла бы поручить ей комиссия. Но еще больше его раздражало, что небо снова заволокло тучами и что Алекс могла устать ждать его и уйти, в то время как он просто сгорал от желания. Оно будило его по ночам, заставляло грезить днем и даже мешало ему проводить совещания. Больше всего ему хотелось привести Алекс домой и заниматься с ней любовью у себя в комнате, в своей постели, среди гладкого атласа и лунного света. Как славно было бы послать к черту правила приличия, неизбежные сплетни и слухи и не обращать никакого внимания на великое множество слуг в доме! В своих эротических фантазиях он представлял себе, как Александра стонет от наслаждения в его объятиях, как сияют ее глаза, когда она достигает вершины блаженства. И в этих глазах он неизменно видел свое отражение.

Кристофер снова взглянул на часы, но стрелки, казалось, не сдвинулись с места. Минуту назад, когда его нетерпение грозило перейти в открытое разочарование, совещание закончилось, и члены комиссии разошлись.

– Ты не хочешь объяснить мне, что все это значит? – Райан закрыл дверь между залом для совещаний и приемной, отрезав брату путь к отступлению, в то время как Кристофер поспешно собирал бумаги.

– Черт побери, нам надо было вышвырнуть отсюда этих шакалов еще час назад! – нетерпеливо заявил Кристофер.

– Нам нужна поддержка этих людей, и тебе это отлично известно, – возразил Райан. – Особенно если от нас отвернутся другие инвесторы.

– Мы добьемся своего еще до того, как палата общин изберет комиссию. Я бы не стал беспокоиться по этому поводу, Райан, это сущая ерунда. Но мы больше не станем платить ни единой взятки, чтобы увидеть название нашей компании в списке кандидатов.

– Какого дьявола, Крис? – От возмущения голос Райана сорвался. – Сначала эти телячьи нежности с Бри на железнодорожном вокзале в прошлом месяце, теперь дурацкие любовные записки. Ну что ты за человек!

Кристофер успел собрать примерно половину своих бумаг, но тут слова Райана заставили его прерваться. Он упер руки в бока, собираясь ответить, но потом раздумал и отвернулся.

– Мне чертовски надоели эти политические игры. Мы все время должны лавировать между собственными интересами и чьими-то личными планами. А что касается Брайанны, то это останется между ней и мной.

– Не знаю, что сделала эта дочка Уэра с твоими мозгами и прочими частями тела, о которых лучше не упоминать, но теперь я уже не уверен, что могу доверить тебе все дела и уехать на месяц со своей невестой. Только подумай, что ты говоришь!

– А что я, собственно, такого сказал?

– Инвесторы уже проявляют осторожность и подозрительность, потому что не уверены, сможем ли мы осуществить проект в течение двух лет. Если появятся еще какие-нибудь слухи или разразится скандал, финансовому положению компании будет нанесен серьезный урон. Особенно это касается правительственных проектов.

– Ничего, мы справимся.

– Я не хочу, чтобы из-за тебя все мои усилия пошли насмарку. Ты путаешь нам все карты.

– Иди к дьяволу, Райан! Я трудился не меньше тебя, чтобы поставить на ноги эту компанию и сделать ее жизнеспособной. Ты отличный инженер-строитель, но не Господь Бог. На тебе свет клином не сошелся, и, черт побери, тебя тоже можно заменить, как и любого из нас.

– Может быть, мне и легко найти замену. – Плотно сжав губы, Райан распахнул дверь, повернулся и бросил гневный взгляд на Кристофера. – Но тебя заменить нельзя. А ты постоянно заставляешь нас с Джонни дрожать от страха.

Когда Райан вышел из зала для совещаний, и дверь за ним захлопнулась, Кристофер оперся ладонями о поверхность стола. Его взгляд остановился на хрустальных графинах с бренди и крепким ирландским виски, оставшимися после совещания. Резкий запах виски заставил его закрыть глаза.

Пробормотав про себя проклятие, Кристофер сорвал галстук и бросил его на кресло. Несправедливые слова Райана больно задели его. Ну почему, черт побери, семья никак не оставит его в покое?

Он подошел к окну и некоторое время наблюдал за оживленным движением на улице, а когда в кабинет вошел Стюарт, не оборачиваясь, спросил:

– Леди Александра все еще здесь?

– Да, сэр. Она за дверью.

Кристофер кивнул и подождал, пока секретарь выйдет из комнаты. Сгустились вечерние тени, и в комнате стало заметно темнее. Он надел сюртук. В соседнем помещении была открыта дверь, ведущая в холл. До Кристофера донесся мягкий голос Александры, которая что-то говорила Стюарту. Интересно, многое ли ей удалось услышать из их спора с Райаном? А что слышали сотрудники компании?

Когда он вышел из кабинета, Александра и Стюарт спорили о развитии инженерной мысли во времена древнеегипетских пирамид. Остановившись в дверях, Кристофер прислушался и заметил, что Александра приводит в защиту своей точки зрения математические термины, доступные лишь немногим. Некоторое время он наблюдал за ней, оставаясь незамеченным. Его взгляд скользнул по ее высокой груди, остановился на нежном изгибе шеи и тонких чертах лица. Ища новые аргументы, Александра сердито нахмурила лоб, и Кристофер невольно затаил дыхание. Его переполняла нежность к этой женщине. С ней он чувствовал себя по-настоящему счастливым.