Хизер Кэлмен - Вчерашние розы

— Но вы могли убить всех в Миссии.

— Все они шлюхи, — пожал плечами Мариус.

— Как и те две, которых ты избил и оставил умирать? — спросил Джейк, пытаясь выиграть время, чтобы придумать хоть что-нибудь.

Ему надо отобрать у Мариуса пистолет. Он знал, что у него очень легкий спуск и, учитывая манеру проповедника постукивать по курку пальцем, выстрел — секундное дело.

Мариус холодно улыбнулся:

— Сисси была дура. Она не знала, как удовлетворить мои, можно сказать, уникальные сексуальные вкусы, и должна была быть наказанной. Что касается другой, то она узнала мой голос и пыталась шантажировать. Жадная сучка сказала, что разболтает всем о моем пристрастии к алым перчаткам и… другим вещам, если я ей не заплачу. Ее я решил убить.

— Алые перчатки? Такие, как были у Сирены и Арабеллы?

Джейк тщательно присматривался к Мариусу. Возможно, он мог бы повалить этого подонка и вырвать у него Хелли, но он отбросил эту идею — Мариус слишком плотно держал палец на курке, чтобы можно было рисковать.

— Ах да. Сладкая Арабелла. Вот она-то уж знала, как меня ублажить, как и всякого другого.

На мгновение Мариус закрыл глаза, припоминая, как удивительно ловка она была в любовных вопросах.

— Но ты-то об этом ничего не знаешь, так ведь?

У Хелли сперло дыхание.

— Это верно, дорогая моя.

Проповедник кивнул.

— Вашего мужа Арабелла учила танцевать. Он хотел сделать вам сюрприз.

Сердце Хелли наполнилось нежностью, и вопреки тяжести ситуации она улыбнулась Джейку, мысленно говоря ему: «Я люблю тебя».

Джейк кивнул, кончики его губ при виде ее молчаливого признания поднялись кверху. «Он тоже ее любит и так сильно, что не позволит, чтобы она умерла от рук Мариуса».

— Мне очень жаль Арабеллу, — вздохнул проповедник и снова переключил внимание на Джейка. — Но разве трудно понять? Я должен был убить ее. Все знали, что ты ее посещаешь, и предположили, что у вас какая-то связь. Мне представилась прекрасная возможность унизить тебя. Я постарался придать всему вид любовной ссоры и того, что это ты убил ее. Тебя бы, несомненно, повесили. Какое удовольствие думать, что могущественный наследник Парришей придет к столь постыдному концу. — С противным смешком он еще крепче сжал Хелли. — А знаешь, что в моей мести доставило мне больше всего удовольствия? — Не получив ответа, он рассмеялся вновь. — Сделать Сирене ребенка. Во время одного из своих наркотических опьянений она призналась, как предотвращала зачатие твоего. Я знал, что ты считаешь свое семя бесплодным, а когда ты обнаружил, что она беременна от другого, наслаждался твоим унижением.

— Будь ты проклят, Де Янг! — воскликнул Джейк, автоматически сжимая кулаки. Если бы не пистолет, приставленный к виску Хелли, он убил бы проповедника голыми руками. — Полагаю, это ты приучил Сирену к опиуму?

— И к морфину тоже, — мерзко хихикнул Мариус. — Я приучил ее действовать, как самую низкую шлюху, чтобы зарабатывать свой опиум. Она стала большой энтузиасткой в удовлетворении моих особых потребностей.

Джейк заметил, что увлекшись своим бахвальством, Мариус отвел дуло от головы Хелли.

— Ты убил Сирену, — спокойным тоном констатировал Джейк. А сам весь напрягся, готовясь к прыжку.

— Сначала я расстроил ее ум, а потом убил ее. В своем полоумном состоянии она становилась опасной. Слишком уж свободно она болтала. А теперь ты увидишь, как умрет Хелли.

Со страшным воплем Джейк бросился вперед, заслонив собой жену. В ту секунду, когда она упала на пол, в церкви прогремел выстрел.

— Джейк! — закричала Хелли.

Кровь брызнула в разные стороны. Одним отчаянным движением Хелли перевернулась на спину и обнаружила, что лежит под Мариусом. Какое-то мгновение она смотрела на него, боясь пошевелиться. Потом где-то в глубине ее что-то щелкнуло, и она стала безумно вопить.

Из раны, зияющей в центре лба проповедника, фонтаном била кровь. Ее потоки заливали белые осколки костей. Рот Мариуса сложился в искаженную улыбку и открывался, словно он пытался что-то сказать. Его исполненный злобой взгляд долго впивался в Хелли. Затем глаза его закатились, и тело с глухим стуком свалилось с нее к алтарным ступенькам.

— Шш… любимая, — прошептал Джейк, привлекая Хелли к себе.

Он морщился от боли в плече, но никакая боль не помешала бы ему освободить Хелли.

Теперь он сосредоточил внимание на человеке, стоящем у основании ступенек. Он, казалось, застыл на месте, потом перевел исполненный грусти взгляд с трупа на Джейка. Оба молчали.

«Глаза Сирены», — подумал Джейк, отмечая яркий небесно-голубой оттенок глаз этого человека. Бедная Сирена! Она была орудием мести Мариуса, жертвой, которую надо пожалеть и простить, А в своем сердце он давно уже это сделал.

Джейк медленно кивнул в знак благодарности отцу Сирены.

— Мы обязаны тебе жизнью, Кинг.

— Вес эти месяцы я ненавидел тебя… вынашивая план, как больнее отомстить за смерть дочери. Я шел, чтобы убить тебя. И вот…

С рыданием Сайрус бросил пистолет и закрыл лицо руками.

— Боже правый! Я чуть не убил невинного человека.

— Теперь все это в прошлом. Все кончено, — проговорил Джейк.

Сайрус достал какую-то грубую тряпку и вытер глаза.

— Да, кончено, — повторил он, скорбно качая головой. — Когда я думаю, как растратил последние годы… ненавидя тебя… и заставляя Сирену ненавидеть тоже.

Сайрус перевел взгляд на проповедника.

— Наверное, если бы я не настроил ее против тебя, она бы не стала жертвой Де Янга. Наверное…

— Наверное, — мягко перебил его Джейк. — Тебе стоит начать жить сначала. Я это сделал.

Джейк многозначительно кивнул на Хелли, которая деловито склонилась над его плечом.

— Но как? Цель моей жизни была в заботе о Сирене. После того как она была задушена, этой целью стало убить тебя. А теперь у меня ничего не осталось.

— У тебя есть внучка. Она очень похожа на Сирену.

— Да. Я видел ее. — Взгляд у Сайруса стал отсутствующим. — Она прекрасна. Как бы мне хотелось понянчить ее у себя на коленях.

— Так почему же нет?

У Сайруса отвисла челюсть.

— И ты мне позволишь?

— Ариель просто ненасытна на внимание, — усмехнулся его зять. — Я уверен, что ей понравится, как ее нянчит дедушка. И, если ты мне позволишь, я помогу тебе начать новую жизнь. Я думаю, мы обязаны это сделать ради внучки и в память о Сирене.

Эпилог

— Мне ее будет не хватать, — проговорила Хелли, кивнув в сторону окруженной поклонниками Пенелопы. Как она и предсказывала, мадам де Соненн была очарована девушкой и дала ей роль в оперетте. В конце недели театральная труппа покидала Сан-Франциско, и в честь Пенелопы давали бал.