Джойс Данвилл - Ферма Гринфингерс

Она кивнула в знак внимания.

– Некоторые паразиты бывают очень красивы.

– Это не паразиты. Они лишь поддерживают себя на деревьях. А питание берут из почвы.

Он быстро и вдохновенно говорил об орхидеях. И Сьюзан подумала, вероятно, Питеру Турлсу свойственна горячая поддержка всего, что близко его сердцу, как, например, эти цветы. Она уже хотела спросить название понравившихся ей деревьев, но почему-то удержалась.

Они немного помолчали, и Сьюзан решила похвалиться своими достижениями в общении с Русти. Когда Питер улетел в Куинсленд за орхидеями, Русти пришлось остаться дома. Во время отсутствия хозяина Сьюзан изо всех сил пыталась завоевать расположение собаки. Сначала пес не обращал на нее никакого внимания, как и на Андреа, но терпение победило, и в одно прекрасное утро он подошел к ней и дал лапу.

Сейчас не без гордости она окликнула собаку, и колли подбежал к ней.

– Мы с ним друзья, – самодовольно сообщила она ему.

– При помощи бисквитов, печенья и прочей дряни? Если это ваш метод приручать собак, то лучше оставьте Русти в покое. Все равно у женщин в этом нет никакого понятия. Они готовы вечно все испортить.

Эти слова подействовали на Сьюзан словно холодный душ:

– Никакого подкупа здесь не было, если вы это имеете в виду. У меня в Англии тоже есть собака. И я имею представление о том, как важно правильное воспитание.

– В таком случае не забывайте, что эта собака принадлежит не вам, – отрезал Турлс.

Нечего с ним спорить, решила Сьюзан. Но к своему неудовольствию, обнаружила, несмотря на все старания смотреть на это свысока, что ей хотелось не примириться с ним, а, наоборот, всячески уязвлять его.

Интуитивно Сьюзан знала, что она не только не любит, но просто терпеть не может Питера Турлса.

Глава четвертая

С возвращением Питера работа в питомнике закипела.

Люди превратились в единый слаженный механизм, который производил, распределял, вновь производил в четко спланированном и эффективном ритме.

Помимо желания Сьюзан не могла не поразиться умению Питера держать всякую мелочь под контролем.

Она уже познакомилась с заведенными на ферме порядками, и потому все протекало так же гладко, как и на прошлой неделе в отсутствие хозяина. Ей стало понятно, что только так можно было управлять подобным производством, но Сьюзан не хотелось даже мысленно восхищаться, и она сказала себе, что ритм работы, похожий на работу машины, неудивителен, ведь сам Питер – машина.

Она уже заранее знала, что произойдет на следующий день. В понедельник приедут грузовики с недельным запасом сульфата аммония и удобрений, и Андреа при этом останется в своей комнате, с отвращением зажимая нос платком и сетуя на «ужасные ароматы».

Во вторник прибудут уже пустые ящики, а в среду на них вновь появится трафаретная маркировка «Акуна».

Четверг и пятница – дни доставки, а в субботу питомник открывается для мелкооптовых покупателей. Это – то самое преимущество, которым охотно пользуются жители Бролги и ее окрестностей.

Съедутся машины, посетители выйдут и разбредутся по садам и оранжереям. Уходя, каждый окажется с ящиком рассады под мышкой и еще с одним саженцем.

– Ненавижу субботу, – надует губки Андреа. – Везде люди. Никакого уединения.

Это были не совсем верное замечание. Сам дом всегда закрыт для публики.

Сегодня была суббота, и Сьюзан сидела на западной веранде, переделывая платье Андреа, и это был просто конец света.

Они вместе просмотрели гардероб Андреа, решив, что надо сделать.

Ничего не скажешь – одежда Андреа была нарядной и модной, как у большинства австралийских женщин. Но все же Сьюзан поняла, в чем дело, ничего не сказав об этом Андреа. Девушка всегда была чем-то недовольна, уверяла, что лиф должен быть уже, рукав выше и т. д. Перед этим она целый час сомневалась по поводу надлежащей длины у новой юбки.

– Англичанки носят гораздо короче. Я видела показ мод.

– Но это же Австралия, Андреа, и если платье будет немного длиннее…

– Я хочу идти в ногу со временем. Сьюзан, я знаю, какая я зануда, но абсолютно не умею держать в руках иголку, и если вы немного укоротите…

Юбка была широкой, и работа заняла много времени. Сьюзан уже заканчивала, когда из офиса примчалась Андреа.

– У меня новость! Мы, может быть, уедем.

– Куда, Андреа?

– Я еще не знаю. Это только предположение. Кэти мне намекнула. Оказывается, Деннис прислал телеграмму, он возвращается из Западной Австралии, а это может значить только одно, говорит Кэтлин, – недостаточная коллекция образцов. – Андреа озорно рассмеялась. – Похоже, братец Ден угодит в кипяток.

– А при чем здесь мы?

– Клиент Питера должен получить свой заказ точно в срок. Я не в курсе, кто это решает, клиент или Питер, но знаю одно – Питер ужасно щепетилен в подобных вещах.

– Но при чем здесь мы?

– Если цветы Денни не подходят к спецификации, Питер должен будет поехать и дополнить их образцами нашего штата. Конечно, он не сможет оставить нас одних дома. Мы же молодые беззащитные женщины.

– Ох, Андреа, какой абсурд!

– Конечно, только не говорите этого ему. Миссис Брэй уезжает к своей замужней дочери. Она всегда отводит этому мероприятию один уик-энд в месяц. Мы остаемся одни в «Гринфингерсе», и теперь все зависит от вас. Если вы скажете, что, подобно мне, каменеете от страха, все будет о'кей. Вы должны это сделать, Сьюзан. Я так мечтаю попасть на сафари.

– Сафари?

– Не совсем, конечно. Я хочу сказать, там нет тигров и слонов, но все равно – это экспедиция, и будет очень весело. Я надеюсь, что Питер остановится в каком-нибудь симпатичном отеле, где есть оркестр, а по вечерам устраивают танцы. Я думаю, что мне уже пора готовиться и упаковывать вечернее платье.

Она была абсолютным ребенком. Переубедить ее просто невозможно. Сьюзан была уверена, что Андреа уже скользит в танце, одетая в пышный тюль, в объятиях какого-нибудь влюбленного молодого человека.

Но Кэти интуиция не подвела.

За обедом Питер сказал:

– Как вы, мои милые дамы, относитесь к сафари? – он взглянул на Сьюзан и прибавил: – Но, правда, это не совсем сафари.

– Я знаю. Без тигров и слонов. Андреа говорила.

– Оказывается, все уже известно, – с явной иронией произнес он. – Но все же я могу пообещать вам Валлаби, змей, гуанн и, если повезет, уютный шалаш.

Андреа надула губы.

– Я буду не очень против, если мы пропустим шалаш и заменим его приличным отелем, Питер.

Он посмотрел на нее, нахмурясь.

– Выбрось из головы эту мысль. Мы отправимся за дикими цветами и разобьем лагерь.

– Лагерь? Даже не взяв с собой фургон?