Кристи Келли - Каждая ночь – твоя

Дождавшись удобного момента, он незаметно выскользнул из бального зала и спустился в холл как раз в тот момент, когда за спиной Эвис захлопнулась дверь кабинета. И тут им овладела нерешительность. Переминаясь с ноги ногу, Бэннинг уставился на дверь, гадая, что теперь делать.

Он обязан остановить Эвис.

Усилием воли отогнав сомнения прочь, он бесшумно приоткрыл дверь и вошел в кабинет.

При виде Бэннинга на пороге Эвис застыла – рот у нее приоткрылся, янтарные глаза потемнели и расширились.

– Что… что вы тут делаете? – придушенно пискнула она. Губы Бэннинга раздвинулись в улыбке.

– Вы ожидали увидеть кого-то другого? – бархатным голосом осведомился он.

Он даже не ожидал, что глаза у нее могут стать еще больше, но, как оказалось, ошибался. Глаза у Эвис стали размером с блюдца. Отшатнувшись от него, она прижалась спиной к массивному письменному столу.

– Вы должны уйти отсюда – немедленно! – прошипела она, указав пальцем на дверь.

– Простите, Эвис, не могу, – кротко ответил Бэннинг.

– Убирайтесь отсюда, Селби!

Не ответив, он неторопливо подошел к ней вплотную, теперь их разделяли какие-то несколько дюймов. Эвис тяжело дышала, и от этого стянутая корсажем грудь, подчеркиваемая низким вырезом платья, казалась еще соблазнительнее. Бэннинг невольно отметил про себя, что раньше она никогда не открывала ее столь щедро.

– Да, я жду здесь… другого человека! – воскликнула она. – Поэтому, будьте любезны, уйдите! Он не должен видеть вас здесь!

Громкий шум голосов и веселый смех, донесшийся из бального зала, заставили обоих вздрогнуть. Головы их, как по команде, повернулись к двери.

– Он не придет, – доверительно шепнул Бэннинг.

– Кто? – тоже шепотом спросила Эвис, вскинув на него непонимающие глаза.

– Эмори Биллингсуорт.

Глава 4

Эвис обеими руками вцепилась в стол, словно испугалась, что не удержится на ногах.

– Что вы имеете в виду, Селби? – пробормотала она.

Хвала Всевышнему, Бэннинг вспомнил, о чем болтала сегодня за завтраком любившая посплетничать Дженетт. Все разговоры за столом вертелись в основном вокруг леди Хайд.

– Тот смех, который вы сейчас слышали… Наверное, вы не догадываетесь, но Биллингсуорт только что объявил о своей помолвке с леди Хайд. Так что если вы надеетесь, что он придет сюда, то ошибаетесь.

– О своей помолвке?! – помертвевшими губами пробормотала она, покачнувшись. Потом несколько раз моргнула, словно пытаясь удержать слезы. – Выходит… Неужели он послал вас сюда… чтобы сообщить об этом мне?!

– Нет.

– Тогда как вы?.. – На ее лицо легла тень сомнения.

Не ответив, лорд Селби сунул руку в карман, вытащил оттуда записку и помахал ею перед носом Эвис. Вспыхнув, она вырвала у него листок бумаги и судорожно скомкала его в кулаке.

– Откуда это у вас?

– Получил от лакея, – лаконично ответил Бэннинг.

С силой оттолкнув его, Эвис обежала вокруг стола. Оказавшись по другую его сторону, она остановилась, пару мгновений разглядывала его, словно гадая, уж не снится ли ей все это, а потом внезапно выпалила:

– Вы забрали адресованную не вам записку и позволили себе прочитать ее?!

– Ну, не совсем так, Эвис. Вспомните, там ведь не было имени. Откуда же мне было знать, что она адресована не мне?

– Не важно! Как бы там ни было, вы не имели никакого права читать мою записку! – взорвалась Эвис. – Да, кстати, вы ведь только что сами сказали, что там не было указано имя. Так как же вы узнали, что записка предназначалась мистеру Биллингсуорту?

Проклятие… Действительно – откуда он узнал?

– Просто догадался, – вывернулся лорд Селби. – Кое-что сопоставил и сделал вывод. После чего решил избавить вас от возможности попасть в неловкое положение – нельзя же в самом деле умолять только что обручившегося мужчину о тайной встрече, да еще наедине?! Это уж верх неприличия, Эвис, вы не находите? К тому же это так не похоже на вас!

С этими словами Бэннинг, не сводя с Эвис глаз, невозмутимо уселся в стоявшее у стола кресло. Ее изумрудно-зеленое платье переливалось в свете свечей – однако взгляд Бэннинга привлекло отнюдь не платье, а его обладательница. В пушистых каштановых волосах Эвис, обрамлявших ее лицо, вспыхивали и гасли золотистые искорки, отчего янтарные глаза сразу стали ярче и казались таинственными, как у кошки. Взгляд Бэннинга спустился ниже – сам того не желая, он молча наслаждался столь неожиданно представившимся ему зрелищем.

– Итак, что же вы намеревались обсудить с Биллингсуортом? Какие-то проблемы с вашим новым романом? Хотели попросить у него совета? Или рассчитывали на его помощь?

– Не ваше дело! – буркнула Эвис. Выпрямившись, она надменно сложила руки на груди, смерив лорда Селби вызывающим взглядом.

Медленно, словно нехотя Бэннинг поднялся, а потом наклонился к ней так близко, что теперь их разделял один лишь стол. Эвис не шелохнулась, только участившееся дыхание выдавало ее волнение.

– Думаю, о чем бы ни шла речь, я смогу вам помочь, – негромко прошептал он, намеренно сделав ударение на слове «я». Губы его чуть заметно дрогнули и изогнулись, словно он с трудом сдерживал усмешку.

При этих словах у Эвис отвисла челюсть.

– Господи помилуй! Неужели Дженетт проболталась?! – Голос у нее стал пронзительным – казалось, он вот-вот сорвется. – Признавайтесь… вы все знаете?

Щеки Бэннинга вдруг опалило жаром. Он неожиданно почувствовал жгучий стыд, ощутив себя жалким школяром, оскандалившимся во время экзамена.

– Нет, Дженетт мне ничего не говорила. Я просто случайно услышал их с мисс Рейнард разговор, – пробормотал он.

Эвис молчала, переваривая услышанное.

– И что же именно вы услышали? – наконец ледяным тоном осведомилась она.

– Ну, насколько я понял, вы собирались завязать роман с мистером Биллингсуортом, – пожал плечами Бэннинг. – Вот я и решил занять его место, хотел помешать вам совершить самую большую ошибку в вашей жизни.

С лица Эвис сбежали все краски, и оно разом стало серым.

– Это вас не касается, Селби, – прошептала она.

– К сожалению, теперь касается.

– Почему?

Бэннинг тяжело вздохнул.

– Видите ли, Эмори Биллингсуорт – худший из всех…

– В отличие от вас, – ехидно перебила она. – По-вашему, вы – просто ангел, не так ли? – Ее глаза, своим мягким светом обычно напоминавшие ему драгоценный янтарь, внезапно потемнели и холодно сверкнули.

– Ну, положим, я никогда не утверждал, что я ангел, Эвис, – возразил он. – Однако могу поклясться, что даже в мыслях не совершал ничего такого, что на совести у Биллингсуорта. Вы не знаете этого человека. Он уничтожит вас, разрушит вашу репутацию.