Кристи Келли - Каждая ночь – твоя

Удовлетворенно кивнув на прощание своему отражению, Эвис отправилась на бал. Сегодня вечером она обо всем договорится с Эмори. Все было уже подготовлено. Приглашенных на бал так много, что никто не заметит их недолгого отсутствия. Во всеобщей суматохе они ускользнут с бала, и она, отпустив слуг на всю ночь, проведет его в дом. А после этого все, что ей останется, – это ранним утром выпустить его из дома через заднюю дверь, до того как слуги проснутся и приступят к своим обязанностям.

Экипаж остановился перед ее бывшим домом. Рослый лакей в роскошной малиновой, расшитой золотом ливрее бросился открывать дверцу, но прежде, чем он успел это сделать, ноздрей Эвис коснулся знакомый с детства аромат. Нет, она не скучала по этому дому – она скучала по матери. Вот уже десть лет, как мать умерла, но боль от этой потери была все еще свежа.

Сделав глубокий вдох и собрав все свое мужество, она спустилась по ступенькам. Бейтмен распахнул перед ней парадную дверь и приветствовал ее хорошо знакомой ей с детства широкой улыбкой.

– Добро пожаловать домой, мисс Эвис! – проговорил он, как будто это по-прежнему был ее дом.

– Добрый вечер, Бейтмен. Все готово?

– Да, мисс.

Эвис поднялась на второй этаж, улыбнулась и одобрительно кивнула. В зале все выглядело в точности так, как приказали они с Селией. В каждом углу стояли хрустальные вазы с розовыми и белыми розами на длинных стеблях, и точно такие же вазы с розами у каждой двери – все так, как она просила. Но, бросив взгляд на потолок, она от удивления открыла рот – желтый шелк, которым он был задрапирован, создавал иллюзию солнечного света, отчего казалось, что в зале стоит теплый летний вечер. Господи, эта девчонка понятия не имеет, как подготовить дом к балу!

– Эвис!

Обернувшись, она увидела спешившую ей навстречу новоиспеченную леди Уоттон – та почти бежала. Эвис вспомнила, как в свое время мать учила ее, что настоящая леди обязана всегда держать себя в руках. «Сначала вдохни поглубже, потом сосчитай до десяти, – говорила она. – Один, два, три, четыре, пять…»

– Почему потолок задрапировали желтым шелком? – Что ж, по крайней мере, ей удалось сосчитать до пяти – тоже неплохо.

– Зал выглядит потрясающе, верно? – Не в силах сдержать радостного возбуждения, Селия закружилась, пышные юбки ее бледно-желтого платья взметнулись вверх и закружились вместе с ней, а золотистые волосы образовали вокруг головы сверкающий нимб. Она была похожа на золотую канарейку в роскошной клетке.

– Я думала, мы договорились, что для потолка лучше всего подойдет бледно-розовый шелк, – буркнула Эвис.

Селия недовольно поджала яркие губы, – кажется, такая форма называется «лук Амура», вспомнила Эвис, – и между бровями у нее залегла складка.

– Но розовый совершенно не подходит к моему новому платью, – надулась она.

– Это верно – сдалась Эвис.

Хлопнула дверь, и звуки голосов в холле возвестили о появлении первых гостей, положив конец дальнейшему обсуждению необходимости умело сочетать моду на женские туалеты с убранством бального зала.

– Я должна идти встречать гостей, – с легким смешком объявила Селия. Они под руку с лордам Уоттоном, как и положено гостеприимным хозяевам дома, встали у дверей в зал.

Эвис молча смотрела, как зал заполняется гостями, многих из них она знала, но сейчас ждала появления только одного человека. В очередной раз обежав взглядом зал, она с облегчением заметила появившегося на пороге Эмори. Аккуратно зачесанные назад пепельно-белокурые волосы писателя открывали широкий лоб и карие глаза. На нем были черные брюки и изумрудно-зеленый сюртук, сидевший на нем как перчатка, при одном только взгляде на его широкие плечи невольно напрашивалось сравнение с могучим дубом, мощные ветви которого покрывал слой мха. Шейный платок у него под подбородком был завязан каким-то необычным, весьма причудливым пышным узлом. Как великолепно они будут смотреться вместе, когда он пригласит ее танцевать, промелькнуло в голове у Эвис.

Эмори окинул взглядом бальный зал, но, похоже, не заметил ее.

Эвис была твердо намерена это исправить.

И как можно скорее – пока решимость еще не покинула ее.

Не сводя глаз со своей жертвы, она собралась с духом и через весь зал направилась прямо к Эмори. Но не успела она преодолеть и половины разделяющего их расстояния, как чье-то тяжелое тело с размаху врезалось в нее так, что она едва устояла на ногах. Налетевший на нее мужчина подхватил Эвис и крепко прижал к себе, чтобы не дать ей упасть. Подняв голову, она увидела прямо перед собой сверкающие синие глаза и едва удержалась, чтобы не закричать.

– Селби, вы с ума сошли?! Господи, как можно быть таким неуклюжим?! Вы вообще когда-нибудь смотрите, куда идете?

– Прошу прощения, мисс Коупли! К сожалению, я вас не узнал, – дерзко заявил он, окинув выразительным взглядом низкий вырез ее бального платья и соблазнительно приподнятые полукружия грудей.

Эвис вздрогнула и отпрянула от него как ужаленная.

– Вы – чудовище! – прошипела она.

– Хм… очень может быть!.. – с нахальной усмешкой бросил он в ответ.

Эвис бросилась прочь от него, взгляд ее перебегал с одного лица на другое, но Эмори, казалось, растворился в толпе гостей. Между тем музыканты успели уже настроить свои инструменты, и вот-вот должны были начаться танцы. Бросив напоследок возмущенный взгляд на своего обидчика, Эвис неохотно отошла к стене, чтобы освободить середину зала для танцующих. Мысленно она пожелала ему провалиться ко всем чертям. Этот человек раздражал ее до такой степени, что достаточно было только увидеть его, чтобы у нее испортилось настроение.

В конце концов, ей удалось отыскать Эмори взглядом. Он стоял, окруженный плотным кольцом мужчин, – это означало, что она лишилась возможности поговорить с ним без помех, по крайней мере, в данный момент. Что ж, ничего страшного, утешала себя она. В разработанном ею плане произошли небольшие изменения, но все остается по-прежнему. Она поговорит с ним немного позже. Незаметно выскользнув из бального зала, она спустилась по лестнице в холл и направилась в кабинет отца, только теперь он принадлежал уже не отцу, а ее кузену лорду Уоттону.

С трудом отогнав мучительные для нее воспоминания прошлого, Эвис взяла со стола лист бумаги, отыскала перо и обмакнула его в чернильницу. Несколько минут ушло на то, чтобы сочинить записку. И теперь единственное, что ей осталось сделать, – это найти возможность незаметно передать ему записку до полуночи.

Вернувшись в бальный зал, Эвис снова принялась оглядывать толпу, стараясь отыскать взглядом Эмори Биллингсуорта. Какова же была ее досада, когда оказалось, что он стоит буквально в двух шагах от того самого человека, которого ей хотелось видеть меньше всего на свете! В то время как Эмори, казалось, упорно не замечал ее настойчивого взгляда, Селби, к несчастью, моментально его заметил. Похоже, наглец взялся сегодня шпионить за ней, с раздражением подумала Эвис, хотя она понятия не имела, с чего бы ему вздумалось это делать. Решительно выкинув из головы все мысли о лорде Селби, она сделала знак лакею подойти.