Джулия Куин - Полночный вальс

– Извини, Эмбер, – пробормотала Белл, сделала глубокий вдох и решительно зашагала к парадной двери.

Приподняв гигантский медный дверной молоток, Белл отпустила его, вздрогнув от гулкого звука. Вскоре дверь отворил седовласый старик, которого Белл приняла за дворецкого.

– Доброе утро, – вежливо начала Белл. – Это дом лорда Блэквуда?

Дворецкий слегка приподнял бровь.

– Вы не ошиблись.

Белл ответила ему самой ослепительной из своих улыбок.

– Великолепно! Прошу вас, известите лорда, что его хочет видеть леди Арабелла Блайдон.

Наряд и аристократические манеры Белл не позволили дворецкому ни на минуту усомниться в том, что она леди. С достоинством кивнув, Бакстон провел ее в просторную комнату, отделанную в кремовых и синих тонах.

Белл молча проследила, как старик дворецкий поднимается по лестнице, а затем повернулась к горничной Эммы и заметила:

– Может быть, вам стоит пройти на кухню, к другим слугам?

Глаза горничной слегка расширились от удивления, но она вышла из комнаты, не проронив ни слова.

Джон еще не вставал: он решил наконец-то дать себе необходимый отдых. Бесшумно войдя в спальню, дворецкий склонился к уху хозяина.

– Вас спрашивают, милорд, – громко произнес он.

Запустив в дворецкого подушкой, Джон нехотя открыл глаза.

– Что? – сонно переспросил он.

– Вас ждут внизу.

– Боже милостивый, который теперь час?

– Девять, милорд.

Выбравшись из-под одеяла, Джон набросил на голое тело халат.

– Кого черти принесли сюда в такую рань?

– Леди Арабеллу Блайдон, милорд.

Джон изумленно обернулся.

– Кого?!

– Я сказал, леди Арабеллу…

– Я слышал, – прервал Джон, раздосадованный столь ранним пробуждением. – И что же ей понадобилось?

Вопрос был чисто риторическим, и оба это отлично понимали.

– Пожалуй, надо одеться, – наконец пробормотал Джон.

– Согласен с вами, милорд. Я взял на себя смелость сообщить Уитли, что вам потребуются его услуги.

Джон молча отправился в гардеробную. Подобно Бакстону, камердинер достался Джону вместе с домом, и Джон был вынужден признаться, что их присутствие в доме – большое удобство. За считанные минуты он был облачен в облегающие светлокоричневые бриджи, накрахмаленную белую рубашку и темно-синий сюртук. Джон намеренно пренебрег галстуком: если леди Арабелла хочет, чтобы ее принимали в галстуке, пусть не является в гости в девять часов утра.

Он ополоснул лицо, пытаясь избавиться от заспанного вида, и пригладил влажными ладонями непокорную шевелюру.

– Черт побери, – пробормотал он, обнаружив, что не достиг своей цели. Но в конце концов, отбросив сомнения, Джон спустился вниз.

Бакстон перехватил его на площадке лестницы.

– Леди Арабелла ждет вас в зеленой гостиной, милорд.

Джон вздохнул, стараясь не выдать раздражения.

– Зеленая – это где, Бакстон?

Дворецкий сдержанно улыбнулся и сообщил:

– Справа от вас, милорд.

Последовав в указанном Бакстоном направлении, Джон вошел в комнату и из приличия не стал закрывать за собой дверь. Белл стояла возле кресла с синей обивкой и небрежно разглядывала расписную вазу. Она была очаровательна в своем розовом платье и выглядела очень бодро в столь ранний час.

– Вот так сюрприз! – произнес Джон.

Услышав его, Белл обернулась.

– Доброе утро, лорд Блэквуд, – она мельком взглянула на его встрепанные волосы. – Надеюсь, я вас не разбудила?

– Вовсе нет.

– Мне подумалось, что начало нашего знакомства было не совсем удачным.

Он промолчал.

Белл перевела дух и продолжала:

– Да, не совсем… Вот я и решила нанести визит новому соседу и для налаживания отношений прихватить с собой кое-что из еды. Надеюсь, вы любите домашние лепешки?

Джон одарил ее широкой улыбкой.

– Обожаю лепешки! Вы привезли их как нельзя кстати.

Услышав этот излишне бодрый тон, Белл поняла, что разбудила его.

Она и сама уже не могла понять, как ей пришло в голову появиться у него в такую рань.

– А к лепешкам, – продолжала Белл, – у меня найдется джем.

Джон позвонил. Приказав принести чай и кофе, расположился напротив Белл и многозначительно оглядел комнату.

– Вижу, вы прибыли без сопровождения.

– Нет, что вы, я привезла с собой горничную, но она отправилась навестить ваших слуг. Наверное, мне следовало бы взять в качестве компаньонки Эмму, но в это время она еще спит.

– Ясно.

Белл с трудом глотнула и продолжала:

– Но по-моему, это вовсе не имеет значения. В конце концов, мы не в Лондоне, где каждый шаг – повод для сплетен. И потом, мне ведь ничто не угрожает.

Джон неторопливо оглядел ее бесспорно женственные формы.

– В самом деле?

Белл вспыхнула и выпрямилась. Взглянув прямо в глаза собеседнику, она поняла, что означает его сардоническая усмешка.

– Да, полагаю, мне не о чем беспокоиться, – решительно подтвердила она.

– Вам не следовало приезжать сюда одной.

– Но я не одна. Моя горничная…

– Ваша горничная на кухне. А вы – здесь, в этой комнате. Наедине со мной.

– Да, но… конечно, но… – Белл запнулась и не закончила фразу.

Джон не отрывал от нее глаз, думая, что больше всего сейчас желал бы наклониться и поцеловать эти мягкие губы, чуть вздрагивающие от испуга. Он еле заметно покачал головой, словно отгоняя недостойную мысль. «Держи себя в руках, Джон», – предостерег его внутренний голос.

– Прошу прощения, – резко произнес он вслух. – Я ни в коем случае не хотел смутить вас. Просто обычно юные леди не навещают холостяков без сопровождения.

Белл улыбнулась – почему-то это извинение избавило ее от неловкости.

– По-видимому, я – исключение из правил.

В этом Джон не сомневался ни на минуту. Заметив насмешливый огонек в глазах Белл, он задумался, не явилась ли она сюда, чтобы намеренно помучить его.

– И кроме того, – заметила Белл, – вас вряд ли можно назвать ревностным сторонником приличий.

– Насчет меня вы не ошиблись, – парировал Джон, – но большинство юных леди соблюдают приличия.

Слуга принес кофе и чай, и Белл взяла на себя обязанности хозяйки. Она протянула Джону чашку кофе и принялась наливать себе чай.

– Вы, должно быть, выросли в здешних местах? – поинтересовалась Белл.

– Нет.

– Тогда откуда же вы родом?

– Из Шропшира.

– Как чудесно!

Джон фыркнул. Слегка приподняв брови, Белл продолжила:

– А я выросла в Лондоне.

– Как чудесно!

Белл поджала губы, услышав эту пародию на собственный возглас.

– Разумеется, в Суссексе у нас есть поместье, но я привыкла считать домом Лондон.

– Как я вам сочувствую!

Джон подхватил с блюда лепешку и щедро намазал ее земляничным джемом.