Диана Гэблдон - Чужеземец. Запах серы

— Иди спать, Сасснек. Я выдержу.

Не знаю, как насчет него, а вот я уже не выдерживала. Меня качало от изнеможения, и царапины на ногах горели огнем и болели. Эбсалом промыл мне их еще в коттедже, но нужно было смазать их мазью.

Я оцепенело кивнула и подчинилась мягкому, но настойчивому давлению леди Аннабель.

Пройдя половину лестницы, я вспомнила, что не объяснила сэру Маркусу, как бинтовать раны. К самым глубоким, на плечах, следовало приложить примочки и забинтовать их, чтобы можно было надеть рубашку, если придется бежать. Но более легкие, от кнута, надо было оставить открытыми, подсыхать. Я глянула на гостевую комнату, которую показала мне леди Аннабель, потом пробормотала извинения и, спотыкаясь, побрела обратно в гостиную.

Я остановилась в тени, в дверном проеме. За спиной маячила леди Аннабель. Джейми закрыл глаза Видимо, он задремал под действием виски и усталости. Он отбросил одеяла — тепла от камина было достаточно. Сэр Маркус потянулся через кровать за салфеткой и случайно задел голый крестец Джейми. Его как будто ударило током. Спина Джейми изогнулась дугой, мышцы на ягодицах сжались, он невольно застонал, отшатнулся, несмотря на сломанные ребра, и уставился на сэра Маркуса перепуганными, затуманенными глазами. Сэр Маркус, тоже испугавшись, на мгновенье застыл, как вкопанный, потом наклонился, взял Джейми за руку и осторожно повернул лицом вниз. Задумчиво и очень нежно провел пальцем по спине Джейми. Потом потер пальцами, и в свете пламени очага отчетливо стал виден масляный блеск.

— А-а, — понимающе протянул старый солдат, натянул одеяло Джейми до пояса, и его напряженные плечи расслабились.

Сэр Маркус уселся у изголовья и снова налил виски.

— По крайней мере ему хватило соображения сперва немного намазать тебя жиром, — заметил он, протягивая один стакан Джейми, с трудом приподнявшемуся на локте.

— Ага. Только сдается мне, это делалось не для моего удобства, — сухо бросил тот.

Сэр Маркус глотнул из своего стакана и задумчиво почмокал губами. Какое-то время из комнаты не раздавалось ни звука, только огонь потрескивал в камине. Ни леди Аннабель, ни я не шевелились.

— Если это тебя утешит, — неожиданно произнес сэр Маркус, не отрывая взгляда от графина, — он мертв.

— Вы уверены? — спросил Джейми лишенным эмоций голосом.

— Не думаю, что кто-нибудь выживет, если его растопчут тридцать животных весом в четверть тонны каждое. Он выглянул в коридор, чтобы посмотреть, откуда шум, увидел и попытался нырнуть обратно. Его зацепило рогом и вытащило в коридор, и я видел, как он упал у стены. Мы с сэром Флетчером стояли на лестнице, подальше от коров. Конечно, сэр Флетчер очень разволновался и послал за ним людей, но никто не смог туда сунуться, потому что везде рога, и животные мечутся, и факелы падают со стен. Господи, парень, тебе стоило это увидеть! — Сэр Маркус заухал, вспоминая, и сжал горлышко графина. — Твоя жена — редкостная девица, это уж точно, парень! — Фыркнув, он налил еще стакан и опрокинул его в рот, чуть не подавившись, потому что снова захохотал.

— Как бы там ни было, — заключил он, колотя себя по груди, — к тому времени, как коров оттуда увели, он выглядел, как тряпичная кукла, вся в крови. Люди сэра Флетчера унесли его, но если он еще и жил, то недолго. Еще глоток, парень?

— Ага, спасибо.

Снова повисла тишина. Джейми нарушил ее.

— Не-а, не могу сказать, что это меня здорово утешает, но спасибо за то, что рассказали.

Сэр Маркус посмотрел на него пронзительным взглядом.

— Хм-м. Похоже, ты этого не забудешь, — отрывисто произнес он. — Даже и не пытайся. Если сможешь, дай этому зажить, как и другим ранам. Не ковыряй, и все пройдет. — Старый вояка поднял узловатую руку с закатанным рукавом и показал рваный шрам, тянувшийся от локтя до запястья. — Шрамы — ерунда.

— Ага, это верно. Некоторые шрамы. — Похоже, Джейми о чем-то вспомнил, потому что попытался повернуться на бок. Сэр Маркус поставил стакан и воскликнул:

— Эй, парень, осторожней! В следующий раз сломанное ребро проткнет тебе легкое! — Он помог Джейми устроиться и подоткнул ему за спину одеяло.

— Мне нужен ножичек, — тяжело дыша, произнес Джейми. — Острый и удобный.

Не задавая лишних вопросов, сэр Маркус протопал к сверкающему французскому буфету орехового дерева, начал шумно рыться в ящиках и вытащил фруктовый нож с перламутровой рукояткой. Он сунул его Джейми в здоровую руку и с ворчанием сел, снова взяв в руку стакан.

— Думаешь, тебе не хватает шрамов? — вопросил он. — Хочешь добавить еще несколько?

— Только один. — Джейми неустойчиво балансировал на одном локте, прижав к груди подбородок, и неуклюже направлял острый, как бритва, нож, под левую грудь.

Сэр Маркус не очень уверенно протянул руку и схватил Джейми за запястье.

— Дай-ка помогу, парень. А то раз — и свалишься на него.

Помедлив немного, Джейми неохотно уступил ему нож и снова лег на одеяло, прикоснувшись к груди дюйма на два ниже соска

— Вот тут.

Сэр Маркус дотянулся до буфета, взял оттуда лампу и поставил ее на свой табурет. С такого расстояния я не могла разглядеть, на что он смотрит — это походило на маленький красный ожог в виде неровного круга. Он еще раз глотнул виски, поставил стакан рядом с лампой и провел ножом по груди Джейми.

Видимо, я невольно дернулась, потому что леди Аннабель схватила меня за рукав и что-то предостерегающе пробормотала. Нож вошел в грудь и повернулся движением, каким вырезают испорченное место из персика. Джейми застонал, тонкая красная струйка потекла по его груди вниз и испачкала одеяло. Джейми повернулся на живот, прижимая рану к матрацу, чтобы остановить кровь.

Сэр Маркус положил фруктовый нож.

— Как только сможешь, парень, — посоветовал он, — зови в постель жену, и пусть она тебя утешает. Женщины это любят, — ухмыльнулся он, глядя на скрытый в тени дверной проем. — Бог знает, почему.

Леди Аннабель почти беззвучно произнесла:

— Пойдем отсюда, дорогая. Ему лучше побыть одному.

Я решила, что сэр Маркус отлично справится с перевязкой сам, и заковыляла вслед за леди Аннабель вверх по лестнице, к своей комнате.

Я резко проснулась. Мне снилась бесконечная винтовая лестница, у подножья которой клубился ужас. Поясница и ноги болели от усталости, но я села в одолженной мне леди Аннабель ночной рубашке и потянулась за свечой и кремнем.

Так далеко от Джейми я чувствовала себя неуютно. А вдруг я ему нужна? Или, того хуже, пришли англичане, а он там один, безоружный. Я прижалась лицом к окну и немного успокоилась, услышав ровное шуршанье снега. Пока буран не кончится, мы в относительной безопасности. Я натянула халат, взяла свечу и кинжал и пошла вниз по лестнице.