Джо Гудмэн - Все, что мне нужно

– Я за то, чтобы перестрелять их. - Уэст сделал свой ход и забрал взятку.

– Да, совет неплохой, - проговорил Саутертон, кладя карту на стол. - Правда, противников довольно много, поэтому начинать вам придется чертовски рано, лучше еще до рассвета. Боюсь, здесь я вам не помощник. Слишком уж я люблю поспать.

Саут тут же оказался под прицельным огнем взглядов. Три пары глаз внимательно и серьезно изучали его. Но виконт, казалось, вовсе не смутился. Если им хотелось, чтобы еще до полудня он поднялся со своего ложа, ни к чему тогда было так настойчиво предлагать свою помощь в поисках мисс Парр. Какой мужчина согласится вылезти из постели, если в ней все еще остается такая женщина?

– Твой ход. Ист, - невозмутимо проговорил Саут. - И постарайся сохранить все масти на руках.

Истлин аккуратно положил свою карту поверх других, уже лежащих на столе, и бросил на Саута внимательный взгляд.

– Возможно, нам все же придется сделать парочку выстрелов.

– Только не говори, что тебя такой поворот дела радует, Саут. - Норт пошел с козыря и забрал взятку. - Вся операция дьявольски неприятна. К тому же у нас будет масса проблем с женщинами, одна из которых, конечно же, твоя мать. Тебе следовало бы подумать, прежде чем соглашаться помочь Исту.

Саут сделал вид, что обдумывает мудрый совет Норта.

– У тебя ведь достанет жестокости позволить мне выжить, не так ли? - бросил он лукавый взгляд на Истлина. Насмешливая улыбка Иста говорила сама за себя.

– Черт побери, приятель, да у тебя совсем нет совести.

Под общий смех Саут сделал знак лакею подать им напитки. Игра возобновилась. К тому моменту как их стол уставили выпивкой и закуской, четверо друзей уже сложили свои карты.

Клуб, переполненный завсегдатаями, гудел от разговоров и смеха, что не мешало приятелям вести свою беседу. Как и обычно, когда им нужно обсудить важные дела, друзья старались не привлекать внимания окружающих своим нарочито серьезным видом. Если каждый из них в отдельности пользовался в обществе репутацией человека важного и солидного, то, когда они собирались все вместе, громкий и раскатистый смех не утихал за их столом. Никого в клубе их поведение не удивляло.

– Будь я проклят, если Ист снова не заговорит о ночных горшках. Ох и грязное это дело. Трудно забыть ту давнишнюю историю.

– Расчетные книги могли бы сыграть ту же роль, в особенности если Ист предаст гласности их содержание, - высказал свое мнение Уэст.

– Ты действительно собираешься опубликовать расчетные книги? - посмотрел на Иста Норт.

– Делу уже дан старт, оно идет полным ходом, - сообщил Истлин.

– Неужели ты собираешься обнародовать записи? - спросил Саут. Он собрал карты и принялся лениво их тасовать. - Здесь ведь речь идет не о загубленной репутации какого-то обделавшегося епископа. Поставлено на карту значительно больше. Они не просто станут посмешищем, Ист. Они будут уничтожены.

– Ты что, пытаешься отговорить меня? - полюбопытствовал Ист.

– Просто расстрел представляется мне более гуманным средством, - покачал головой Саут.

– Ты довольно поздно решил привлечь нас к делу, - Уэст задумчиво вертел в руках свой бокал с виски, - но я думаю, лучше поздно, чем никогда. - Уэст взглянул на Саутертона с легким укорам, как будто желая лишний раз напомнить, что тот так и не обратился к друзьям за помощью. А ведь он всегда мог бы рассчитывать на своих товарищей, которые пошли бы на все не только ради самого Саута, но и ради того, чтобы снова увидеть божественную мисс Индию Парр.

Истлин усмехнулся, заметив, как Саут невольно поежился под осуждающим взглядом Уэста, и поспешил прийти на помощь другу, приняв огонь на себя:

– Я рассказал бы вам обо всем раньше, но я не мог не считаться с пожеланием Софи.

– А ты скрытный человек. Ист, - подмигнул Норт, потягивая вино. - Так давно женат, а никому из нас и словом не обмолвился. - Он взглянул на Саута и Уэста и по выражению их лиц понял, что друзья полностью с ним согласны. - Леди София действительно так боялась за тебя?

– И все еще боится, - подтвердил Истлин. - Последние недели после приема у посла оказались особенно тяжелыми. Сначала история с вором Джентльменом беспокоила ее. Боюсь, что во всех кражах она подозревала меня до тех пор, пока тебе не довелось так своевременно попасть под пулю при попытке схватить вора. И хотя в тот момент мы переживали некоторые трудности в наших отношениях, Софи все же не смогла заподозрить меня в том, что я готовил на тебя покушение.

– Итак, ты снова, хотя и ненадолго, завоевал ее благосклонность, - рассмеялся Норт.

– Так ведь почти сразу попал в переделку Саут, и выяснилось, что мне необходимо немедленно покинуть Лондон. Софи тогда еще не успела толком оправиться от потрясения, которое вызвали у нее дневник леди Дансмор и мое намерение предать огласке его содержание. Так что совершенно естественно, что она болезненно переживала мой внезапный отъезд.

– Я не настаивал на твоем немедленном отъезде, - тут же вставил Саут. - Тебя убедила леди Нортхем. Женщины всегда думают, что лучше знают, как нам поступить в той или иной ситуации. И, что самое неприятное, довольно часто они оказываются правы.

На некоторое время за столом воцарилась тишина. Истлин допил свое виски и первым нарушил молчание.

– Я вам сказал еще не все,- бросил взгляд на друзей Ист. - Софи ждет ребенка.

Потрясенные друзья продолжали молчать, глубоко задумавшись и откинувшись на спинки своих кресел.

– Видит Бог, - с чувством вымолвил Уэст, - ты правильно сделал, что женился на ней. В нашем мире незаконнорожденному нет места. Ему тут просто не выжить.

Ист оставил его замечание без ответа, поскольку понимал, что Уэст знает, о чем говорит.

– Я хочу жить вместе со своей женой, - продолжал он. - Я хочу иметь право всюду ходить с ней, не опасаясь кривотолков. Сколько бы ни злословили и ни сплетничали о нас, долго такое положение не продлится. Мне бы очень хотелось уберечь нашего ребенка от всех кривотолков, чтобы его не коснулась и тень скандала. А посему, джентльмены, будет лучше прямо сейчас, не откладывая, выступить против епископов.

– А как насчет Дансмора? - спросил Норт. - Ты же говорил, что он не входит в «Орден».

– С ним у нас будет отдельный разговор.

Никто не попросил Иста объясниться, а сам он не стал ничего говорить.

– Что должны делать мы? - спросил Саут. Ист кивнул на колоду карт в руках Саутертона:

– Раздавай, а я тем временем все объясню.

Приглашения пришли через два дня. Каждое аккуратно положено в изящный конверт, перевязано шнуром с золотой нитью и тщательно скреплено печатью принца-регента. Внутри конверта лежала карточка, на которой каллиграфическими буквами извещалось, что приглашенного настоятельно просят присутствовать на обеде. Прием устраивался принцем в Виндзорском замке через неделю. Никто из получивших приглашение не решился ответить отказом. Каждый понимал, что не следует пренебрегать возможностью заручиться расположением принца, а то и склонить его на свою сторону и получить тем самым преимущество в борьбе за влияние в парламентских кругах.