Джо Гудмэн - Все, что мне нужно

Софи повернулась к Исту лицом и принялась расстегивать пуговицы на его сюртуке. Когда маркиз понял, что она собирается сделать, он затаил дыхание, но все же не остановил ее - ни когда жена сняла с него сюртук, ни когда развязала ему галстук. Сначала Истлин следил за ее размеренными неторопливыми движениями как будто со стороны. Но потом, когда наконец соотнес стоящий перед его мысленным взором образ с тем, что он действительно видел в зеркале, принялся внимательно рассматривать свое отражение.

Софи нежно коснулась его широких плеч, потом мускулистых рук, погладила тонкую ткань его сорочки, затем расстегнула пуговицы, и рубашка легким белым облачком опустилась вниз, к ее ногам. Софи прижалась губами к небольшой ямочке на его сильной шее, обвив руками стройную талию. Очень медленно она раздела его и принялась опускаться, прокладывая влажную дорожку поцелуев вниз по его груди к животу.

Опустившись рядом с ней на колени, Истлин, в свою очередь, принялся не спеша освобождать Софи от шелка и кашемира, атласа и батиста, пока под его руками не осталось лишь ее обнаженное тело, податливое и мягкое, теплое и чувственное. В объятиях друг друга они забыли о висящем на стене зеркале. Они учились смотреть на себя глазами другого и видеть друг друга в зеркале любви.

Когда первая волна возбуждения спала, а страсть нашла свой выход, Истлин бережно отнес Софи на кровать, лег рядом и нежно ее обнял.

Сквозь щель в занавесках сияли звезды, и Софи принялась считать их про себя, повинуясь давней привычке.

– Сегодня их одиннадцать, - сообщила она Истлину. Ист поднял голову и проследил за ее взглядом.

– Да. Там, среди звезд, ты находишь мир и покой? - спросил он.

– Иногда, - ответила она. Истлин обнял ее за плечи, и Софи благодарно улыбнулась. - Теперь я не одинока, как раньше, но ведь ты знаешь, что знакомые вещи всегда приносят радость. - Она ласково погладила его руку. - А у тебя так не бывает?

Ист кивнул.

– Каждый четверг в Хэмбрик-Холл мне приносили сверток со сладкими лепешками, печеньем, кусками торта и маленькими пирожными с кремом. Знаешь, я просто с ума сходил от пирожных.

– А сейчас? - посмотрела ему в глаза Софи.

– Разве ты не знаешь, Софи? Теперь мне нужна только одна сладость. И во всем мире существует лишь одна женщина, которая способна предложить мне мой любимый десерт.

Истлин наклонился и нежно поцеловал жену.