Эллен Марш - Бегство от грез

– Нет, ты не поедешь! Это очень опасно!

– Тогда и ты не должна ехать!

– А что если мои соотечественники нуждаются в помощи?

– А мои? – подхватила Жюстина, щуря глаза. – Разве они не заслуживают сострадания?

– Черт возьми! – воскликнула Ровена. – Для меня неважно, француз это или англичанин!

– Я знаю это. Извини, Ровена, но мне невыносимо думать, что там может быть кто-нибудь, кого я знаю, а я ничего не делаю, чтобы ему помочь.

– Ладно, поехали! – сказала Ровена, смягчаясь.

– Джерард! Гони, да поживей!

Кафе «Париж» находилось на бульваре Итальянцев, скромное двухэтажное здание как раз через улицу от Тортони. Незадолго до этого закончилось представление в Опере, и широкий бульвар был поклон экипажей и пешеходов. Люди заходили к Тортони поесть мороженого, перед тем как вернуться домой, тогда как кафе «Париж», уже свободное от ветреных французов, было полно иностранцев. И нет ничего удивительного, что карета с Ровеной, Жюсси и Джерардом вынуждена была остановиться довольно далеко от кафе.

«Я не должен разрешать им пойти со мной, – твердо сказал себе Джерард, прыгая на землю. – Ситуация может оказаться очень опасной. Я вежливо попрошу их подождать меня».

Ровена куталась в шаль, Жюсси теребила дрожащими руками складки своей юбки. Движение не прекращалось ни на минуту: многочисленные экипажи, двуколки, две огромные открытые двухместные кареты, последние ночные почтовые дилижансы с линии Лафит – Кайар. Галопом проскакало несколько всадников, расчищая дорогу черной карете, и Ровена, затаив дыхание, узнала в единственном пассажире Фуше, герцога д'Отранто, министра полиции его величества.

– Что можно там так долго делать? – не выдержала наконец Жюстина.

– Не знаю, – Ровена, поднимаясь, зашуршала платьем. – Пойду посмотреть.

– Нет, Ровена, не ходи!

– Почему? Перестрелка уже закончилась.

– Тогда возьми с собой меня.

– Нет, Жюсси, – Ровена улыбнулась, смягчая резкость своих слов. – Ты еще недостаточно хорошо разбираешься во всяких кознях.

В это время в окне кареты показалось лицо Джерарда и Жюстина вскрикнула от неожиданности.

– Все уже закончилось, – сообщил он, переводя дыхание. – Они развозят тела и отправляют раненых.

– Сколько людей пострадало? – спросила Ровена.

– Никто не смог дать мне ответ, мадемуазель. Думаю, что немало. Я видел по крайней мере с дюжину тел. Я не смог подойти ближе, чтобы оказать помощь.

– Все они были англичане?

Джерард кивнул, затем отвернулся и сплюнул.

– Бонапартистские свиньи! – голос его дрожал от ярости. – Мне рассказали, что вошли четыре офицера гвардейского корпуса и затеяли ссору с английским капитаном. В этом нет ничего нового, конечно, но были убиты несколько женщин и тяжело ранен ребенок.

Жюстина, издав приглушенный стон, прижала руки к губам.

– Пойдемте со мной, Джерард, – приказала Ровена, выходя из кареты. – Наш дом недалеко отсюда. Возможно, мы сумеем перевезти нескольких раненых туда.

Джерард взял ее за руку, защищая от толпы, через которую они пробирались, прокладывая себе путь. Бульвар был полон людей и экипажей. Казалось, все считали своим долгом узнать, что случилось.

– Ба, – услышала Ровена над головой, – еще одна стычка в «Париже»! Где, черт возьми, мы будем сегодня ужинать?

– Надеюсь, мы сможем сделать это в Жокей-клубе.

Путь Ровене и Джерарду преграждала давка на углу улицы Мира, по обеим сторонам которой собралась большая толпа людей, возбужденно переговаривающихся, глядя в сторону кафе. Несколько женщин плакали. Было невозможно стоять теснее. Беспомощная Ровена заметила мрачную процессию повозок, на которых везли убитых и раненых. Она разглядела одного из них, полулежащего на мешке с зерном, с темным пятном на груди. Ее сердце екнуло.

– Остановите повозку! Джерард, останови ее!

Люди оборачиваюсь на нее. Не обращая внимания на движение, Ровена бросилась через улицу. Ухватившись за деревянную перекладину, она забралась на телегу, не заботясь о том, как выглядит в глазах прохожих.

– Джейми, – ее голос дрогнул.

Глаза раненого с усилием открылись. Он застонал. На лице появилось удивленное выражение, но Ровена видела, что он не узнает ее. Приподняв его голову, она обернулась, отдавая короткие приказы. Джерард развернул лошадь, и они медленно двинулись назад вдоль бульвара.

Жюстина ожидала их около кареты. Приподняв юбки, она намеревалась перейти улицу, чтобы помочь, но когда взглянула в лицо раненого, то задохнулась, поднеся руку к горлу.

– Боже мой!

– Помоги мне, Жюстина, – приказала Ровена. Лицо Жюстины стало белым как мел.

– Ровена! Это... это герр Вольмар! Ровена протянула руки к своей кузине.

– Да, я знаю. Помоги мне. Подойти сюда, Жюстина! Он нуждается в нашей помощи, если собирается выжить. Между прочим его имя не Вольмар. Это Джейми Йорк.

Нижняя губа Жюстины задрожала, и она прикусила ее своими белыми маленькими зубами.

Сделав над собой видимое усилие, она приподняла голову раненого и держала ее, в то время как Ровена давала указания Джерарду и кучеру, как уложить Джейми в карете. Девушки быстро разорвали свои шали на полоски и забинтовали окровавленную рану на груди Джейми. Их действия были своевременными и правильными, они хорошо научились оказывать необходимую медицинскую помощь, когда ухаживали за умирающим Феликсом.

– Синяя гостиная подойдет лучше всего, – сказала Жюстина, когда карета, громыхая, покатила домой. – Мы не должны нести его далеко.

– Лучше положить его в кабинете, – ответила Ровена. – Тетя Софи очень дорожит атласной софой. Она не позволит ему истекать на ней кровью.

– Ох, Ровена!

Ровена бросила быстрый взгляд на полные страдания глаза своей кузины. Губы Жюстины задрожали, но она ничего не сказала. Храня молчание, они проехали по узкой аллее и наконец свернули на свою улицу. В ночной тишине цоканье копыт отдавалось гулким эхом: в домах уже были закрыты ставни.

– Он англичанин, Жюсси, – мягко сказала Ровена. – Он никогда не работал на твоего отца. Он работает на британское правительство. Мы с тобой, возможно, единственные во всем Париже, кто знает, что он назначен охранять британского посла от террористических актов.

– Но тогда что же он делал в кафе «Париж»?

– Не знаю. Возможно, он как раз зашел выпить. Или, может быть, назначил там кому-нибудь встречу, или ему должны были передать какое-нибудь сообщение.

– Я понимаю, – прошептала Жюсси, ничего не понимая. – Ты сказала, что его имя Джейми Йорк? Полагаю, он родственник тому офицеру, который привез Феликса домой из Тулузы? Майору Тарквину Йорку?