Марго Арнольд - Падший ангел

«С какой стати мне так страдать? – злилась я на саму себя. – Не будь я слепой дурой, давно бы уже догадалась, что меня неизбежно ожидает. В самом деле, у меня нет причин для горя, ведь я возвращаюсь в объятия человека, который пусть и немного скучноват, зато без памяти любит меня. И за мою любовь этот мужчина отдаст все. Он готов лелеять меня, как редкостный драгоценный цветок. Да ведь у меня есть все, о чем только может мечтать женщина, и даже больше».

Мне казалось, что я, как и многие другие в подобных обстоятельствах, совершила весьма распространенную глупость: прождала несколько лет человека, который и не думал возвращаться. С моей стороны было верхом безрассудства считать, что Дэвид не такой, как другие мужчины, а любовь наша совершенно не похожа на чувства остальных людей. Но уж отныне кончено – никаких глупостей. Внезапно я ощутила всю правоту слов Джереми и решила, что, возвратившись в Солуорп, непременно выйду замуж за Ричарда, если он того все еще хочет. Проживу остаток жизни в любви и спокойствии, нарожаю кучу рыжеволосых ребятишек. Рядом со мной будет человек, у которого вся жизнь впереди, а не позади. Не то, что у того – волосы седые, все тело в шрамах… Однако тут я вовремя остановилась: не надо думать о нем. Во всяком случае пока.

Парк Солуорпа встретил меня весенним благоуханием. Свежая зелень кустарника, цветущие примулы – казалось, все радуется моему приезду. А Ричард обрадовался так, словно я отсутствовала не три недели, а по меньшей мере три года.

Вечером после моего приезда мы остались наедине. Джон, который неустанно трудился во славу Господа, опять отсутствовал, совершая очередной из своих бесчисленных подвигов на этой ниве.

– Дорогая, – проникновенно произнес Ричард, когда мы вдвоем сидели за ужином, – если бы ты знала, каким пустым и унылым был этот дом без тебя все эти три недели. Я так боялся, как бы чего не случилось. Знаешь, когда тебя нет, я всегда боюсь, что ты не вернешься. Если бы ты только знала…

Он умолк на полуслове, глядя на огонь в камине. Отсветы пламени придавали его красному лицу кирпичный оттенок.

– Ричард, ты все еще хочешь жениться на мне? – спросила я тихо.

Он поднял на меня взгляд, полный изумления.

– Жениться на тебе? Боже праведный, разве тебе не известно, что это самое заветное мое желание? Ничего в жизни я не желал больше, чем жениться на тебе.

– Милый мой, причины, по которой я отказывала тебе, больше не существует, – сказала я, с удивлением почувствовав, как по необъяснимой причине бешено заколотилось мое сердце и сел голос. – И я выйду за тебя замуж. Надеюсь, что буду тебе хорошей женой, как и ты будешь мне хорошим мужем. Уж в тебе я абсолютно уверена.

– О Элизабет! – Его голос осекся от волнения. – Я не могу поверить в это. О дорогая! – Он начал целовать меня с таким жаром, которого я в нем раньше никогда не замечала. – Ты подарила мне величайшее счастье на свете. Когда же мы поженимся? В следующем месяце?

– Нет, – ответила я с улыбкой, которая получилась немного грустной, – наша свадьба состоится восемнадцатого октября.

– Однако, – попробовал он было возразить, – тогда нам придется ждать более пяти месяцев. Почему…

– Пожалуйста, – в моих словах зазвучала мольба, – пожалуйста, Ричард, уступи мне. Клянусь, это последняя поблажка, о которой я тебя прошу, но пусть это будет так.

– Конечно, любимая, пусть будет так, если ты того желаешь, – согласился он с внезапной горячностью. – Ты же знаешь, я сделаю все, абсолютно все, чтобы угодить тебе. Если хочешь, чтобы свадьба состоялась в октябре, пусть будет октябрь, хотя и не могу взять в толк, почему для тебя так важен именно этот месяц.

– Ты просто замечательный, – сказала я и горячо поцеловала его, потому что, говоря это, не кривила душой.

Чуть позже, почувствовав усталость от поездки и эмоциональный стресс, я решила пойти к себе.

– Ричард, я очень устала, – сказала я, встав из-за стола. – Думаю, сегодня ночью тебе лучше не приходить ко мне.

Он тоже поднялся и нежно сжал в ладонях мои руки.

– Я не приду к тебе, Элизабет, – торжественно пообещал он, – до восемнадцатого октября.

– Но, Ричард, – возразила я, подумав, что он меня не понял, – это же глупо. Я говорю лишь о том, что сегодня чувствую себя усталой и хочу отдохнуть до завтра…

– Это не глупость, – прервал он меня на полуслове и запечатлел на моих губах нежный поцелуй. – Меня всегда несколько смущали наши отношения, которые не были законными ни перед людьми, ни перед Богом. Но я так любил и продолжаю любить тебя, что не мог удержаться, тем более что у меня не было надежды назвать тебя когда-нибудь своей женой. Но теперь, когда я знаю, что после октября ты навеки станешь моей, я готов ждать, ждать терпеливо, потому что люблю тебя больше жизни.

Я не стала с ним спорить. Подобные доводы просто не укладывались у меня в голове, а потому я осталась в полной растерянности. Я слишком долго прожила в кругу грешников, чтобы понимать святых.

Уже на следующий день Ричард умчался в Вустер покупать мне по случаю помолвки кольцо с сапфирами и бриллиантами. Я вновь попыталась снять колечко с надписью, но, должно быть, у меня распухли пальцы: несмотря на все мои усилия, оно оставалось на месте словно приклеенное. Ричард всегда принимал его за обручальное, а потому не стал возражать, когда я на тот же палец надела и его подарок. Но оно все равно продолжало беспокоить меня.

Через несколько дней вернулся Джон Принс, и Ричард, не в силах сдержать ликования, конечно же, немедленно поделился с ним радостной вестью. Джон воспринял эту новость весьма спокойно и произнес все полагающиеся в подобной ситуации поздравления. Однако при первом же удобном случае он остановил меня в укромном уголке для разговора наедине, и я приготовилась к неприятной сцене. Моя пылкая страсть к нему остыла, но он до сих пор оказывал на меня странное воздействие, и я никогда не чувствовала себя свободно в его обществе. Он застал меня врасплох, когда я собирала букет весенних цветов. Его мрачная фигура казалась нелепой на фоне буйного цветения природы.

– Почему вы выходите замуж за Ричарда? – спросил он без обиняков, устремив на меня строгий взгляд своих прекрасных глаз.

– Потому что он хороший, добрый человек, а еще потому, что я его очень люблю, – ответила я ему в тон.

– Любите ли? – продолжал он допрос. Я холодно посмотрела на него.

– Мы с вами по-разному понимаем слово «любовь» и вряд ли сумеем договориться. Я намерена стать Ричарду хорошей и любящей женой. Вы сомневаетесь в том, что я способна сделать его счастливым?

– Нет, не сомневаюсь. – Он не сводил глаз с моего лица. – Но не вижу причины, по которой вы собираетесь сделать это.