Патриция Хэган - Любовь и грезы

Она шла, не замедляя шага и не оборачиваясь. Брайан услышал, как ее каблучки простучали по холлу, а затем по ступеням лестницы…

Схватив со стола рюмку, он швырнул ее в стену.

– Мистер Стивенс…

Эти робкие слова заставили его оглянуться – и он увидел Литу, которая нерешительно заглядывала в дверь, выходившую на лужайку. Не скрывая раздражения, он проворчал:

– Да? Ну что там еще?

Она шагнула на веранду, сжала зубы, чтобы не расплыться в торжествующей улыбке, и начала:

– Вы должны знать одну вещь…

Джейд не только заперла дверь своей комнаты, но и подтащила к ней массивный комод. Она не намерена была продолжать спор с Брайаном. Она приняла твердое решение и впервые с начала всего этого кошмара почувствовала уверенность в будущем. Она уедет домой, и ее никто не остановит.

А еще она решила, что увидится с Колтом в последний раз, в последний раз будет любить его, чтобы навсегда запомнить эти минуты блаженства, а потом уедет из Америки. , Она понимала, что нужно быть очень осторожной с Брайаном: он наверняка попытается ей помешать. Сейчас он считает, что она просто рассердилась, и не сомневается в том, что она скоро успокоится и смирится с обстоятельствами. Именно эта его надменность и стала причиной всех их несчастий, раздраженно подумала она. Так что ей нельзя терять время. В понедельник гром она возьмет из банка свои деньги и спрячется где-нибудь до тех пор, пока не договорится об отъезде в Европу.

Немного спустя Брайан постучался к ней в дверь и сказал:

– Джейд, открой, пожалуйста! Нам надо поговорить обо всем.

Она не отозвалась.

Он ушел и вернулся примерно час спустя, чтобы объявить о том, что обед подан. Она по-прежнему ничего не ответила. Он громко вздохнул и сказал, что прикажет поставить у ее двери поднос.

– Мы поговорим завтра, когда ты успеешь подумать о том, как неразумно поступаешь, Джейд. Ты не можешь отказаться от всего, что у нас с тобой было!

Она с трудом сдержала язвительный ответ. Какая горькая ирония: ей никогда не удавалось избавиться от воспоминаний о счастливых часах с Колтом, а теперь она не могла вспомнить о Брайане ничего хорошего! И тут она поняла, что это – лучшее доказательство того, кому принадлежит ее сердце!

Джейд кляла все на свете: теперь ей придется ждать темноты, и, значит, она опоздает на встречу с Колтом. Она нетерпеливо считала минуты до того момента, когда сможет выскользнуть из дома, не опасаясь, что ее увидят. Ее ловкость и гибкость – результат долгих лет занятий танцами – позволили ей легко соскользнуть по решетке для вьющихся растений, которая доходила до ее окна, и приземлиться у стены дома. Потом, держась в тени, она поспешно прошла к своему велосипеду, села на него и, быстро, вращая педали, покатила к своей студии в центре города.

Поблизости никого не оказалось, и она вошла в подъезд и стремительно поднялась по лестнице. Не успела она подойти к двери студии, как услышала шаги быстро поднимавшегося вверх человека. Ее это не испугало: по тому, как затрепетало ее сердце, она поняла, что это идет Колт.

Она как раз вставила ключ в скважину и повернула его, когда он схватил ее в объятия. Прижимаясь к ее шее теплыми, жадными губами, он глуховато прошептал:

– Где ты, была, принцесса? Я жду уже больше часа. Я боялся, что что-то случилось и ты не сможешь прийти!

Джейд почувствовала на глазах слезы радостного волнения Колт назвал ее принцессой! Неужели он неосознанно вспомнил ласковое прозвище, которое придумал для нее, поддразнивая благородным происхождением и титулом княжны? Или это было просто нежное обращение, не имевшее особого значения? Она не смела спрашивать.

Джейд повернулась к нему, чтобы насладиться его поцелуем. Он подхватил ее на руки и, пройдя в студию, ногой захлопнул дверь. Комната была полна бликов света, отбрасываемых уличными фонарями, так что Колт без труда разглядел стоявший в противоположном углу диван. Осторожно положив на него Джейд, он начал ее раздевать.

– Я должен любить тебя, малышка. Прямо сейчас. Я не могу больше ждать. Я не мог думать ни о чем, кроме счастья быть с тобой. Не могу себе представить, чтобы какая-то женщина была мне столь же желанна.

Когда она оказалась обнаженной, он наклонился над ней и поцелуями раздразнил ее соски, так что они набухли от страсти А потом его язык спустился ниже, наслаждаясь белоснежной кожей, поблескивающей в свете, падавшем с улицы.

– Нам всегда было так хорошо вместе, правда? – Он нежно улыбнулся ей и выпрямился, чтобы расстегнуть брюки, а потом снова вернулся к ней.

– Да!.. – жарко выдохнула она. – Да, нам всегда было хорошо И у нас всегда было слишком мало времени.

А потом слова стали лишними. Сотрясаемые волнами экстаза, они стонали, сжимая друг друга в объятиях…

Когда буря страсти улеглась и они, лежали тихие и умиротворенные, Колт нежно провел пальцем по ее щеке.

– У меня был еще один сон, сокровище мое. На этот раз в была леди с золотисто-рыжими волосами и ярко-синими ами и мужчина, который был очень похож на меня. Потому, это были мои родители.

– Да! – подтвердила Джейд, горя нетерпением услышать, что еще он вспомнил.

– Так я и подумал. Я рассказал об этом Лорене, описал людей, которых видел во сне, и спросил, знает ли она, кто это был Она не захотела об этом говорить – сказала, что мне не следует думать о таких вещах, потому что от этого у меня начинает болеть голова.

– Правда начинает?

Он глубоко и протяжно вздохнул, а потом его палец скользнул вниз и начал играть ее все еще напряженными сосками.

– Иногда, – признался он. – Но я не могу допустить, чтобы это мне помешало. Я должен стараться все вспомнить – и, похоже, мои сны пытаются мне что-то подсказать. – Немного помолчав, он добавил:

– Было там и еще что-то. – Его голос зазвучал более напряженно, и он пристально посмотрел ей в глаза. – Мне снилась свадьба, и ты была в белой фате.

Джейд застыла. Пытаясь говорить равнодушно, она заявила:

– Тебе приснилась свадьба – твоя и Лорены.

Он решительно покачал головой:

– Не думаю. Я сказал ей об этом, но у нее сделалось какое-то странное лицо. По правде говоря, я хотел спросить ее о тебе… откуда я тебя знаю…

– Но ты же не можешь обращаться к ней с такими вопросами!

– Знаю. Я не могу допустить, чтобы она узнала о наших встречах. Пока. Сначала нам нужно обсудить наши планы. Но мне жаль, что я не могу этого сделать: она наверняка проговорилась бы мне о чем-то. Она так нервничает, когда я начинаю расспрашивать ее о прошлом! Вы были с ней знакомы?

– Очень мало.

– До того, как я на ней женился, или после?

Джейд почувствовала приближение опасности. Этот день должен был стать днем их последней встречи, и она не смела давать ему пищу для новых мучительных попыток что-нибудь вспомнить.