Джулия Грайс - Любовный огонь

– Ты дурочка, если думаешь перехитрить Тоби Ринна! – взорвался Кейн, отворачиваясь, так что она не видела его лица. – Я требую, чтобы ты немедленно покинула Новый Орлеан. Не желаю, чтобы Ринн близко подходил к тебе! Запрещаю!

– Ты не имеешь права ничего мне запрещать! – резко бросила девушка. – Я могу жить, где хочу! И предпочитаю вернуться в дом дяди. Какое тебе дело до того, увижусь я с Тоби Ринном или нет?!

Последовало долгое молчание, прерываемое лишь хлопаньем парусов.

– В таком случае, я умываю руки, – холодно произнес Кейн. – Я собираюсь переодеться матросом речного парохода. Их в городе полно, и никто меня не узнает. Если захочешь встретиться со мной, пошли записку в дом Мод Суит. Она позаботится о том, чтобы я ее получил.

– Забирай Глори. Я составлю все необходимые бумаги. Что же касается Колин и остальных девушек, я дам им деньги на проезд. Тебе придется купить всем билеты, поскольку мне будет не до этого.

– Хорошо.

– Я пришлю тебе денег. Отдай немного дяде за свое содержание, это умаслит его. – Он сунул ей в руку несколько золотых монет. – Возьми и это. Поселишь девушек в гостинице.

Их прибытие прошло незамеченным. Кейн в своей рваной рубашке и грязных штанах тотчас же растворился в толпе и исчез. Бренна стояла на пристани вместе с подругами. Они представляли странное зрелище: восемь мексиканок, высокая негритянка с гордой осанкой и Колин, цеплявшаяся за руку Бренны, словно потерявшийся ребенок. Грузчики и матросы молча пожирали их глазами. Женщины подобного сорта частенько встречались на речных судах. Ничего особенного – очередные нищенки прибыли на заработки в большой город.

Оглядевшись, Бренна впервые почувствовала неуверенность. Что она будет с ними делать? Вряд ли дядина доброта простирается настолько, что он предложит всем убежище.

Но тут какой-то ломовик подмигнул ей и поманил пальцем, очевидно, приняв их за шлюх. Бренна поспешно отвернулась и велела девушкам идти за ней. Нужно найти экипаж. И подходящую гостиницу.

Лихорадочно размахивая руками, она остановила древнюю карету, на козлах которой гордо восседал темнокожий мулат. Увидев золотые монеты, он согласился довезти их и даже пообещал нанять еще одну коляску, чтобы все девушки поместились. Мулат, кроме того, знал дешевую неплохую гостиницу. Конечно, девушкам придется спать в одной комнате, зато готовят там хорошо, порции большие, а клопов почти нет. Чего еще можно пожелать?!

Они смущенно прощались в тесном темном вестибюле гостиницы.

– Бренна… ах, Бренна, я буду скучать по тебе! – к удивлению девушки, выпалила Колин, сжимая ее руку. – Когда-то я ненавидела тебя. Ты это знала?

Бренна кивнула.

– Если когда-нибудь окажешься в Бостоне…

– Да, конечно.

Девушки неловко обнялись. Розалия сунула в ладонь Бренны самодельные четки.

Бренна и Глори вышли из отеля и уселись в поджидавший экипаж. Бренна впервые заметила, как брезгливо оглядывают прохожие ее рваное замусоленное платье.

– Куда мы сейчас? – спросила Глори с мягким акцентом, так похожим на произношение самой Бренны.

– В дом моего дяди. Я… надеюсь, все обойдется.

Темнокожий кучер вопросительно посмотрел на нее.

– Притания-стрит, пожалуйста, – велела она и, глубоко вздохнув, стиснула пальцы Глори, стараясь не думать о том, что ждало впереди.

Глава 28

Они проехали через креольский квартал, и мучительные воспоминания нахлынули на Бренну. Абьютес в подвенечном платье. Такой они видели ее возле пристани. Тогда она выглядела молодой счастливой новобрачной. И отрезвляющие слова Кейна:

– Ее зовут Иветт. Одна из самых прелестных квартеронок в этом городе…

Покинув Новый Орлеан, Бренна почти не думала о кузине, и теперь укоры совести не давали ей покоя. Правда, с тех пор с ней произошло столько всего, что жизнь в доме Батлеров казалась далекой и нереальной.

Но теперь образ Абьютес стоял перед глазами: милая, добродушная болтушка, так любившая Бренну.

Она порывисто подалась вперед и сказала кучеру:

– Простите, я передумала. Пожалуйста, отвезите меня на плантацию Карлайлов, Карлайл-оукс. Вы знаете, где это, не так ли?

Кучер кивнул и повернул карету. Бренна строила поспешные планы. Вместо того чтобы прямо отправиться к дяде, она поедет к Абьютес. Какой бы скандал ни вызвало ее появление, Абьютес не откажет ей в приюте. Кроме того, они смогут переодеться и послать записку дяде Эймосу, чтобы предупредить о приезде. Не появятся же они на его пороге оборванные и грязные!

Плантация была названа так из-за аллеи виргинских дубов, стоявших, словно средневековые стражи вдоль подъездной аллеи. Бренну поразила красота белого дома, видневшегося сквозь деревья. Множество тонких колонн поддерживало круглый балкон с изящными коваными перилами. Вокруг росли кусты, цветы, вьющиеся растения закрывали стены, и здание смотрелось так естественно, будто тоже выросло из земли.

Значит, это и есть дом Абьютес. Она здесь хозяйка…

Глори с тревогой воззрилась на особняк. Кучер подогнал лошадей к черному ходу, очевидно, посчитав пассажирок вновь нанятыми служанками.

– Нет, нет, мы постучимся в парадную дверь. Пожалуйста, поверните обратно.

Кучер презрительно оглядел ее наспех заштопанное платье, волосы, стянутые в тугой узел. Но тут из тумана раздался звонкий голос:

– Бренна! Бренна, неужели это ты?

Бренна испуганно обернулась и увидела женщину с ребенком, выходивших из густого, заросшего сорняками сада. Женщина, придерживая широкополую белую шляпу, проковыляла к ним через газон, так быстро волоча за собой девочку, что та беспомощно путалась в длинном платье. Малышка держала корзину, полную цветов. Абьютес! – охнула Бренна, спрыгнув на землю.

– Бренна, я просто глазам не поверила! О, я так часто думала о тебе, гадала, что с тобой случилось…

Кузины обнялись. Даже сквозь ткань просторного платья Бренна ощутила невероятную худобу Абьютес. Лопатки выпирали, как крылышки у цыпленка.

Женщины разжали руки и взглянули друг на друга. На Абьютес было простое батистовое платье, придававшее ей необычайно хрупкий вид. Каскад локонов ниспадал на плечи, завитые пряди выглядывали из-под дорогой шляпки. Лицо с прозрачной кожей и фиолетовыми глазами было таким же прекрасным.

– Мама!

Темноволосая круглолицая девочка нетерпеливо дергала мачеху за юбку.

– Как ты похудела! – воскликнула Бренна.

– А ты… что за платье?! И такой загар! Неужели ты не носила шляпки?

Они снова прижались друг к другу и засмеялись, не обращая внимания на хнычущего ребенка. Наконец Абьютес промолвила:

– Моника, подожди минутку, дорогая. Будь терпеливой. Бренна, пойдем в дом. Тебе нужно умыться. И наверное, лучше отпустить экипаж. Кучер выглядит ужасно угрюмым. А эта девушка – твоя служанка? О, нам так много нужно сказать друг другу. Если бы ты только знала, как я скучала по тебе!