Селеста Брэдли - Шпион

– Расслабься, Винни. Я пришел за Филиппом. Я знаю, что она здесь.

– Знаешь? Но ведь она была здесь только вчера, зачем же ей снова приходить?

Джеймс искренне удивился.

– Разве ты не знал? Да и вряд ли тебя это волнует. Она странное создание, не правда ли? Похожа на мальчишку.

Проклятие! Лавинии всегда удается на шаг опередить его. Она не слишком уж умна, хотя в хитрости и изворотливости ей не откажешь. К тому же это доказывает, что она недавно разговаривала с Джекемом.

– У меня нет времени на игры, Винни. На этот раз тебе не выиграть. Теперь у меня есть улики против тебя. Джекем сохранил все письма и записки. По-видимому, он кое-чему научился за те годы, что провел с нами.

– Вот болван! – вскинулась Лавиния.

– Так ты признаешь, что участвовала в этом грязном деле.

– А почему бы и нет? Ведь у меня твоя невеста!

– Филиппа рассказала тебе об этом? – Он не мот сдержать еле заметной улыбки. Кажется, его предложение принято.

– Она тебе очень нужна?

Джеймс долго смотрел на Лавинию.

– А я очень нужен тебе?

Злой огонек блеснул в ее глазах.

– Предлагаешь сделку?

– Возможно. А возможно, пытаюсь понять, к чему ты клонишь. Как много у тебя осталось власти теперь, когда я знаю твою истинную натуру. – Он наклонил голову. – Попытайся убедить меня остаться, если я тебе действительно нужен. Или ты полагаешь, у тебя не получится? Я один из тех, кому удалось избавиться от твоих чар, не так ли?

Это было самое ужасное, чего можно было от него потребовать, – опять отдаться в ее руки. Но он не колебался. «Лжецам» потребуется немного времени, чтобы прийти на помощь.

Она не могла не ответить на его вызов, Джеймс это прекрасно знал.

– Защищайся, моя любовь, – произнесла она с улыбкой столь же прекрасной, сколь и порочной.

Она соскользнула с кровати и медленно подошла к нему.

– Тебе понравились мои письма, моя любовь? Ты прочел и запомнил их? Разве ты не почувствовал, что они написаны специально для тебя?

Он оказался прав. Она знала, что ее письма будут прочитаны. И что он будет одним из тех, кто их прочтет, фактически она писала именно ему.

В поисках улик Джеймс действительно читал и перечитывал эти письма, и она, несомненно, рассчитывала на это. Ее слова вползали в его мысли, отравляя сон и развращая разум.

– Воистину ты воплощение порока?

– Именно такой я тебе нравилась!

И это было правдой. Он всегда зная, что она порочна.

– Да, именно такой, – произнес он.

– Но тем не менее ты здесь и снова готов служить мне. Наверняка не ради этой костлявой рыжей девицы. Ты никогда не переставал мечтать обо мне.

– Бедняжка Лавиния, ты всегда мечтаешь о том, чего не можешь получить.

– Но тебя-то я заполучила, как ты помнишь. – Одной рукой она огладила его пах, второй – провела по его ягодицам.

Джеймс покачал головой:

– Нет, Винни, это была не ты. Эта была другая Лавиния, созданная моим воображением. Одинокая супруга занятого делами мужчины, которая хотела немного развлечься. Ту Лавинию стоило желать.

– Ты слишком самоуверен, Джеймс Каннингтон. Ведь я хорошо тебя знаю. Я могла что-то утаить от тебя, но ты отдавал себя полностью.

– Не было этого!

– Было! – выдохнула она ему в ухо.

– Ошибаешься. Ты никогда не владела моим сердцем.

Она отступила на шаг. Глаза ее сверкали.

– Я владею и твоим сердцем, и твоей душой! У тебя никого не было с момента моего ареста.

– Да, Джекем не скупился на информацию.

– Он рассказал мне и о твоей задумчивости, и о твоих кошмарах, и о том, что во сне ты все еще зовешь меня.

Она улыбнулась.

– Вы с ним, должно быть, очень близки. Ты уверена, что он тебя не ревнует ко мне?

– Я знаю, что ты задумал, Джеймс. Но ты ошибаешься, если думаешь, что заставишь Джекема ревновать. Единственный человек, которого он ненавидит больше, чем меня, – это он сам.

Это вполне понятно.

– Все отворачиваются от тебя в конце концов, не так ли. Мой супруг все еще находится под моими чарами. Правда, был тот инцидент с пистолетом и сейфом, но мне без труда удалось убедить его, что я потеряла голову от ужаса, который испытала, когда ты соблазнил меня, а потом с презрением отверг, – Она шутливо погрозила Джеймсу пальчиком и подошла к нему вплотную. – Негодник Джеймс, пытающийся, сбить с пути истинного верную, жену. И все лишь ради забавы! И не стыдно, тебе?

– Ты даже не представляешь себе, насколько стыдно, Лавиния. Впрочем, тебе этого не понять.

Джекем расхаживал по крыше, глядя го в одну, те в другую сторону. Филиппе казалось, что еще немного, и она сойдет с ума.

– Зачем вы пошли на это, Джекем? Джеймс был вашим другом. Да и остальные члены клуба тоже. Они доверяли вам.

Джекем повернулся к ней.

– Да что тебе об этом известно! Bee те годы, что я работал на Саймона Рейнза, он лгал мне. И я долго гадал, только ли воровством, они промышляют. Но я думал, это лишь часть дела, возможно, шантаж, возможно, «мокрое дело» за плату. Я думал, Саймон не посвящал меня ради моего собственного блага, потому что знал, что я такими вещами не занимаюсь.

Он покачал головой.

– А потом появилась она. Она была похожа на ангела, но у нее было сердце дьявола. Она сказала мне, что они убили Джеймса. Он пропал некоторое время назад, и я очень беспокоился. Я знал, что у него есть женщина, замужняя дама, поэтому не имел оснований ей не верить. Она сказала мне, что «лжецы» покончили с ним, когда он воспрепятствовал их плану убить Ливерпула.

Он провел рукой по своим седеющим волосам.

– Я думал, они убили Джеймса. Поэтому я выдал ей имена, выдал все. – Он закрыл глаза. – Я продал душу этой твари.

– Но ведь потом Джеймс вернулся.

Джекем вздохнул и присел на краешек плоской крыши. Глядя на него, Филиппа поборола приступ тошноты.

– Да, Джеймс вернулся. Раньше я занимался только своим делом, а потом начал подслушивать, и когда обнаружил, что натворил…

Он посмотрел вниз, свесив руки между коленями.

– Все было кончено. Никаких имен я ей больше не называл. И зачем только ты в это влезла?

– Это вы думали, что все кончено! – воскликнула Филиппа. – Возможно, кончено для вас, а также для тех, кто погиб, но это никогда не будет кончено для Джеймса.

Джекем отмахнулся от нее.

– С Джеймсом все в порядке. Он встал на ноги. Судя по всему, он станет шефом.

– Джеймс – это человек в футляре, болван! Ходячая фикция, созданная нашим воображением. Человек, который сидит внутри его, погибает, а ты убиваешь его!

Джекем наконец посмотрел на нее. Она в нетерпении подалась вперед.

– Джекем, возможно, они простят вас. На спусковой крючок нажимала Лавиния. Но если вы убьете меня, то возьмете на душу такой грех, что никогда не сможете смотреть людям в глаза.