Леди, берегитесь! - Джо Беверли

— Нет! — выкрикнула Тея.

— Если бы я не вмешался в вашу жизнь, этого никогда бы не случилось.

— Что этот Фокстолл сделал с моей дочерью? — грозно вопросил герцог. — И где он сейчас?

— Мертв, — ответил Дариен. — Я его убил.

Герцог выдохнул:

— Ну и то хорошо.

— Тея объявила перед целой толпой лондонцев, что готова выйти за меня, ваша светлость.

— Однако, — пронзительно взглянул на него герцог, — это не так.

В его глазах тем не менее читался суровый вопрос. Дариен ничего не хотел отвечать: решил, что его молчания будет достаточно. Сев на кровати, Тея осторожно высвободилась из объятий матери.

— Дариен ни в чем не виноват. Я получила письмо, якобы от Мэдди, с просьбой о помощи, поэтому отправилась туда, куда она меня позвала, и оказалась в западне.

— Которую устроил Фокстолл? — спросил герцог.

— Да. — Тея окинула взглядом комнату и содрогнулась. — Он все время скрывал лицо, но я узнала его: в зеркале мелькнул его мундир, — перед тек как он начал меня душить. — Ее рука коснулась шеи, покрытой синяками.

— О, господи! — пробормотал герцог.

— О, моя бедняжка! — Герцогиня осторожно отвела ее руку и вгляделась в посиневшую кожу и рану с запекшейся кровью.

— Я думала, умираю, но потом пришла в себя, уже на постели…

Герцогиня обняла ее.

— Достаточно, дорогая, больше ничего не говори.

Тея покачала головой.

— Он завязал мне глаза и попытался изменить голос, чтобы я подумала на Дариена, но я все поняла. Он говорил, как ненавидит меня. Порезал мне шею. Ногу. Я опять подумала, что он меня убьет, но потом вдруг повязка ослабла. А пока я пыталась от нее избавиться: руки у меня были связаны — его не стало.

Спустя мгновение герцогиня спросила:

— Это все, Тея? Ты ничего не утаила? Может быть, он…

— Нет! О нет!

— Слава богу! — выдохнул герцог, и Дариен откликнулся, как эхо.

Его привела в негодование глубина злого умысла: ведь Фокстолл объявил об этом перед толпой.

— Нам нужно положить конец этой истории, — заключил герцог и повернулся к Дариену. — Половина Лондона, говорите?

Дариен пожал плечами:

— Достаточно, чтобы слухи расползлись. Там был еще судья, два судебных пристава и не меньше двух дюжин кавалеристов. Все видели не только как я убил Фокстолла, но и Тею в рваном окровавленном платье, слышали ее заявление о моей невиновности.

— Вы правы: без вас наша жизнь была куда спокойнее, — заметил герцог.

— Я избавлю вас от своей персоны, ваша светлость, потому что дал слово судье, дабы предстать перед законом. И прошу прощения — хоть и запоздалое — за вторжение в вашу жизнь.

Он вышел из комнаты, не оглядываясь, но тут сообразил, что герцог идет следом, и приготовился выслушать все, что о нем думают. Что ж, вполне заслуженно.

Но герцог молча спустился за ним по лестнице, а потом пригласил в свой кабинет. Удивляло отсутствие любопытствующих слуг, но по легким признакам суеты можно было предположить, что они просто попрятались. Новости, должно быть, уже распространились по всему Лондону и за его пределы…

Как только они вошли в кабинет, Дариен обратился к сэру Чарлзу:

— Мне очень жаль, что в скандал оказалась вовлечена леди Тея, и я готов на все, чтобы снизить ущерб: уехать из страны, даже положить конец своему гибельному существованию.

— Сомневаюсь, что это поможет, — холодно возразил герцог, отчего Дариен почувствовал себя нашкодившим подростком. — Понятия не имею, насколько велика ваша роль во всем этом, Дариен, но непременно выясню. Кажется, виной всему моя своевольная племянница: Тея никогда не вышла бы из дому одна.

— Разве можно ее обвинять за доброе сердце и желание помочь?

— Неужели вы будете отрицать, что она почти наверняка попыталась скрыть безрассудные поступки кузины, вместо того чтобы сказать об этом своей матери?

Чувствуя себя школьником, Дариен стоял навытяжку перед строгим учителем и держал рот на замке.

— Никакого суда не будет, — продолжал герцог. — Прежде всего не будет сенсационного разбирательства в палате лордов. Мне не нужно, чтобы мою дочь туда вызывали в качестве свидетельницы.

— Я тоже совершенно определенно не хочу этого.

— Как Фокстоллу удалось пробраться в ваш дом?

— Он получил ключ от одного нашего общего друга. (Объяснять все обстоятельства участия Пупа в этом деле не имело смысла.)

— Тогда, я полагаю, вам в будущем следует внимательнее относиться к безопасности своего дома. Итак, вы застали его за…

— Прошу прощения, ваша светлость, он среди прочих стоял на площади и наблюдал за развитием событий, когда я заметил его, а потом убил.

Взглядом герцог дал ему понять, что он неправильно излагает факты, и внес поправку:

— Когда вы неожиданно вернулись домой, Фокстолла там уже не было: смешавшись с толпой, он дожидался своего шанса.

Дариена удивил ход мыслей герцога, но не стал его перебивать. Если герцог Йовил сможет связать все в один небольшой узел и похоронить его, он не станет возражать.

— Вы увидели Фокстолла, заметили чувство вины за сделанное на его лице, бросились к нему, намереваясь представить его перед лицом закона. Он начал бешено сопротивляться, и у вас не оставалось иного выхода, кроме как защищаться, что и привело к трагической развязке.

— Нет, я набросился на него, чтобы убить за то, что он сделал с Теей, но если ваша история кажется более правильно, пусть так и будет.

Герцог кивнул, изучающе глядя на него ледяными глазами. Насколько Дариену было известно, герцог никогда не служил в армии, но в этот момент он мог бы заставить бежать самого Веллингтона, чтобы скрыться от этого гневного взгляда.

— Есть что-нибудь еще относительно этой помолвки? — спросил он сурово.

— Нет, ваша светлость. Она заявила это лишь для того, чтобы защитить меня.

— Случившееся вряд ли улучшит репутацию вашей семьи.

— Да, ваша светлость.

— Но если Тея при свидетелях объявила о вашем обязательстве, в особенности не в самом лучшем виде, безопаснее оставить все как есть, хотя бы на какое-то время. Очень удачно, что мы как раз собрались уехать из Лондона. Тея и герцогиня вернутся в Лонг-Чарт, и никто не сочтет это чем-то необычным. В соответствии с вашими радужными планами вам захочется отправиться в свои поместья, чтобы попытаться привести их в порядок, ради собственного будущего.

— Конечно, я так и сделаю, — сухо сказал Дариен. — Но занимая место в парламенте, мне придется остаться здесь до конца сессии, сэр.

По крепко сжатым губам герцога можно было понять, что ему хочется поскорее избавиться от нависшей угрозы, но он тем не менее согласился:

— Конечно. Когда шумиха уляжется, Тея разорвет помолвку с вами. Сомневаюсь, что