Сильвия Холлидей - Обручальное кольцо

– Ты, кажется, ищешь, с ком бы перепихнуться? – Ему игриво улыбалась довольно развязного вида блондинка. Ее лицо было накрашено и напудрено с мастерством, которым владеют только опытные проститутки.

Росс ощутил острое разочарование, быстро переросшее в страх.

– А ты парень крепкий. Я не прочь позабавиться с тобой часок-другой.

Росс хмуро рассматривал ее платье. Да, он был прав: все совпадает, и вот он – корсаж, расшитый серебром.

– Я не нуждаюсь в твоих услугах, – ответил он с отвращением.

Проститутка с недовольным видом взглянула на Росса, который продолжал крепко держать ее за руку.

– Тогда отпусти меня. Нечего приставать к женщинам на улице. Я ничем не хуже тебя, сколько бы ты ни пыжился от гордости! – И она попыталась освободиться от его сильной хватки. – Негодяй! Может, мне бейлифа позвать?

О, как хотелось Россу придушить маленькую шлюшку!

– Откуда у тебя это платье? Проститутка задиристо выпятила подбородок.

– Я его не крала!

Росс испытал небольшое облегчение. Ведь он уже представлял себе, как Пруденс – раненая или мертвая – валяется в каком-нибудь темпом переулке.

– Где ты его взяла? – снова спросил он и грубо встряхнул дерзкую девчонку.

– У подруги! – воскликнула она с негодованием. – И я не собираюсь продавать его, если ты к этому клонишь.

«Клянусь бородой Эскулапа, – подумал Росс, – она доведет меня до безумия!»

– Что еще за подруга?

– А тебе-то какое дело? – с издевкой ответила шлюха.

– Пруденс?

Девица разинула рот от изумления.

– О черт! Откуда ты знаешь?

Росс огляделся по сторонам и увидел неподалеку таверну, над дверьми которой висели пивные кружки.

– Идем. – Он потянул девицу за собой. – Нам надо поговорить.

Но она намертво уперлась каблуками в грязную мостовую и выдернула свою руку.

– Не стану я разговаривать… и вообще шага не сделаю, пока не дашь шиллинг!

Росс тихо выругался, шлепнул серебряную монетку в протянутую ладонь и поволок девицу в таверну, не обращая внимания на ворчливые протесты. Там он отыскал укромный уголок, снял с себя плащ и шляпу и пристально посмотрел на проститутку.

– Итак, это платье дала тебе Пруденс Оллбрайт?

– Да! – с вызовом ответила та. – Сегодня утром.

– Почему?

Она закатила глаза, всем своим видом показывая, как тяжело общаться с полоумным.

– Я же сказала: мы подруги.

Недоверчиво скривив губы, Росс окинул взглядом ее размалеванное лицо. Что общего может иметь с этой шлюшкой такое невинное создание, как Пруденс?

– Ладно, – вдруг заговорила девица, гордо выпрямившись. – Допустим, я тебе не нравлюсь – ты ведь парень с гонором. Я таких прежде и не видала. А только мы с Пру – подруги на всю жизнь, что бы там ни было. Мы выросли вместе.

– В Уилтшире?

– Да.

– Как тебя зовут?

– А почему я должна тебе говорить?

– Да потому, что иначе я сломаю тебе руку! – процедил Росс сквозь стиснутые зубы.

– Не надо хамить, парень! Слишком уж ты много о себе понимаешь, мой милый. Я не должна тебе ни фартинга.

– Проклятие! Скажи свое имя!

– Элизабет Берридж, – поспешно ответила она. – Но вообще-то все зовут меня Бетси.

– А где ты живешь?

– На Шу-лейн.

– Ты знаешь…

Но Бетси его перебила, презрительно встряхнув своими белокурыми локонами.

– Ни словечка больше не вымолвлю, пока не узнаю, кто ты такой.

– Всего-навсего ее муж, – с горечью ответил Росс.

– Тьфу! Вот ведь чепуха. Пруденс не замужем. Мы расстались всего десять часов назад. Она помчалась искать своего милого, чтобы обвенчаться с ним.

Росс уставился на нее с изумлением, переходящим в ужас.

– Обвенчаться?! – Он едва не сорвался на крик.

– Это ее собственные слова. Обвенчаться, и как можно быстрее.

– Не может быть. Мы с ней поженились в Виргинии! Теперь настала очередь удивляться Бетси.

– Пру мало рассказала мне о том, что с ней произошло с тех пор, как мы расстались. Я знаю о несчастном случае на корабле и о том, что она была в Виргинии: Судя по одежде, ясно: кто-то хорошо о ней заботился. Но… – Бетси беспокойно повела плечами. – Умные люди не задают лишних вопросов. А Пру ничего о тебе не говорила.

Росс чувствовал себя как побитая собака.

– Наверное, это не имело для нее большого значения, – пробормотал он. – Она вышла за меня замуж только для того, чтобы я увез ее в Англию.

– Должна же быть от мужчины хоть какая-то польза, – заметила Бетси, пожав плечами. – Подарок – в обмен на самое дорогое, что у нас есть.

Росс тихо выругался. Так вот, значит, кто забил голову Пруденс всякими глупостями! – Ты видела ее сегодня утром?

– Да. И очень обрадовалась! Летом она исчезла – растаяла, как снежинка в пустыне. Я уж не чаяла встретиться с ней в этом мире. И вдруг смотрю: на пороге стоит Пру, жива-живехонька! Она забрала деньги, которые хранились у меня. И кольцо Джеми – залог того, что он женится на ней.

Последняя фраза Бетси совсем доконала Росса.

– Даже так! Он подарил ей обручальное кольцо. – У него защемило сердце. – И теперь Пруденс намерена совершить грех двоемужества. Как будто мы не давали друг другу обета верности. – Росс тяжко вздохнул. – Наверное, она очень сильно его любит?

Бетси явно обрадовалась, увидев искаженное от горя лицо Росса.

– Черт возьми, да еще как любит! Пру только о нем и говорила, когда приехала ко мне в Лондон в прошлом июне.

Росс взмахом руки подозвал барменшу. Ему надо было выпить.

– Мне и самому следовало догадаться. Я много раз видел, как она плачет. Очевидно, из-за своего лорда Джеми.

– Или из-за ребенка.

– Который умер?

Перепуганная Бетси широко раскрыла свои серые глаза.

– Кто тебе это сказал? Росса поразили ее слова.

– Пруденс говорила, что потеряла его. Бетси фыркнула:

– Ага, так оно и есть. Ребенка забрал этот старый козел, ее дед. Псалмопевец проклятый, ханжа!

Росс не верил своим ушам.

– Что ты имеешь в виду? Значит, ребенок жив?

– Благодарение Богу, пока жив. К счастью для Пру. Росс чувствовал себя так, словно кто-то изо всех сил ударил его под ложечку.

– А ну-ка давай рассказывай! – хрипло промолвил он. – Выкладывай все как есть.

Бетси налила себе вина, принесенного барменшей, откинула капюшон и устроилась поудобнее. Ее явно воодушевляло сознание собственной значимости. И власти над Россом.

Не обращая внимания на то, как он от нетерпения барабанит пальцами по столу, Бетси неспешно начала свое повествование. Ее глаза возбужденно блестели, словно у заядлой сплетницы, готовой поделиться последними новостями.

– Мы с Пруденс всегда были хорошими подругами – водой не разольешь. Только она-то невинная, чистая, богобоязненная… – Бетси пожала плечами. – А я всегда была сущим наказанием для своей овдовевшей матери – чуть ли не с того дня, как родилась. В нашей деревне одна Пру относилась ко мне по-доброму, в какие бы переделки я ни попадала. Она была моей верной подругой, и во всем искала светлую сторону, и…