Тесса Дэр - Богиня охоты

— Я смог бы жить без тебя, ведь я прожил как-то тридцать лет до нашей свадьбы! Но такая жизнь была бы для меня кромешным адом, жалким существованием. Поэтому я сделаю все, чтобы не потерять тебя. Если для этого понадобится дать работу всем мерзавцам в нашей округе, я готов сделать это. Потому что… — Он вдруг замолчат.

К горлу Люси подкатил комок.

— Продолжай, — попросила она.

Джереми погладил ее по щеке, и его глаза потемнели от страсти.

— Люси, я… — Он провел пальцем по ее губам. — Я даже не знаю, как это произнести. Нельзя выразить словами то, что я чувствую.

— Но слова иногда необходимы.

Пальцы Джереми впились в ее плечи. Люси не отводила глаз от его лица. Все ее внимание было приковано к мужу. Кроме него, сейчас ничего не существовало для Люси.

— Я люблю тебя, — с трудом произнес Джереми.

Люси вздрогнула. Эти слова, произнесенные грубоватым тоном, нашли в ее душе глубокий отклик. Ее захлестнули сильные эмоции. Люси затрепетала, чувствуя, что на глаза у нее наворачиваются слезы. Но ей нельзя было плакать. Джереми нужна была сильная женщина.

Муж слегка тряхнул ее за плечи.

— Я люблю тебя, — повторил он хрипловатым взволнованным голосом. — И буду любить всегда. Ты для меня дороже жизни, дороже всего на свете.

Большая прозрачная слеза покатилась по щеке Люси. Джереми остановил ее губами. И тогда из глаз Люси хлынул целый поток слез. Она закрыла лицо руками, не в силах остановить рыданий. Люси боялась, что это снова отпугнет Джереми, что он покинет спальню. Люси не пережила бы этого.

Джереми отвел ее руки от лица.

— Прошу тебя, не прячься от меня.

— Не уходи, пожалуйста… — Люси душили рыдания. — Поверь, я не плакса… Я всего лишь…

— Я знаю, — с мягкой улыбкой промолвил Джереми. — Меня самого переполняют чувства… Не бойся, я никуда не сбегу от тебя. Мы с тобой останемся в Корбинсдейле. Здесь наш дом. Мы наполним его радостью, смехом, детьми. Не надо плакать, дорогая. Все будет хорошо! Со мной ты находишься в полной безопасности.

Однако Люси не могла унять слез. Чтобы успокоить жену, Джереми осыпал ее лицо поцелуями, слизывая слезы.

— Я люблю тебя, Люси, — шептал он.

— Я тоже люблю тебя, — всхлипывая, промолвила Люси. — Боже, какой же дурой я была! — Она улыбнулась сквозь слезы и вытерла глаза. — Зачем-то меняла портьеры, устроила нелепый званый обед, носила вульгарный пеньюар. Я старалась стать для тебя хорошей женой, но не знала, как это сделать. Ты говорил, что мужчине не нужен ангел. Так вот, Джереми, я — все, что угодно, но только не ангел.

Джереми засмеялся.

— Это уж точно. И я благодарю за это Бога. — Джереми обхватил ладонями лицо жены. — Люси, ты та жена, о которой я всегда мечтал. Я люблю тебя такой, какая ты есть. Прости за то, что позволил тебе усомниться в моих чувствах. Я страшно испугался, увидев, что причинил тебе боль…

— Теперь я поняла, что ты чувствовал. Но тебе не следовало так беспокоиться обо мне…

— О, я знаю, что ты никогда не сломаешься, и еще больше люблю тебя за это. — Джереми нежно поцеловал ее в губы. — Но позволь мне любить в тебе также мягкость и женственность. Я высоко ценю оба эти качества — и силу, и нежность. Люси, ты больше, чем ангел и чем мечта. Ты — богиня. Моя богиня! И я нахожусь в твоей власти!

Люси улыбнулась и, обвив руками шею мужа, повалила его на постель.

— Знаешь, мне нравится то, что ты сказал!

Эпилог

Рождество пришло в Уолтем-Мэнор раньше, чем обычно. Сидя на ковре в гостиной усадебного дома, Люси наблюдала за тем, как ее племянницы и племянник разворачивали подарки. Подняв глаза, она взглянула на Джереми, расположившегося в кресле у камина. Заметив на его лице знакомое выражение, она вспыхнула до корней волос. Взгляд мужа всегда будоражил ей кровь.

Поднявшись на ноги, Люси расправила юбку и подошла к нему.

— Встретимся в платяном шкафу? — шепнула она ему на ухо.

Джереми едва не поперхнулся виски.

— Что? Опять? — Обняв жену за талию, Джереми посадил ее к себе на колени. — А чем тебе не нравится кровать? Лично у меня с ней связаны самые приятные воспоминания.

Люси взяла у него из рук стакан с виски.

— Да, но кровать есть у нас и дома, — пробормотала она. — А платяного шкафа нет. Кроме того, завтра утром мы уезжаем на свадьбу Софии и Тоби, а после нее отправимся в Лондон. Впереди у тебя череда долгих заседаний в парламенте. — Люси поерзала у него на коленях, и Джереми тихонько застонал. — Кто знает, когда еще нам представится шанс заняться любовью в шкафу?

Джереми погладил жену по спине.

— Осенью мы снова приедем сюда.

Губы Люси тронула улыбка.

— Вряд ли мы сможем это сделать.

— Почему?

— Папа! — вдруг звонко закричали Тильди и маленький Генри и кинулись к отцу, стоявшему в дверном проеме.

На ковре осталась одна маленькая Бет, еще не умевшая ходить. Дети повисли на отце, норовя залезть ему в карманы, где всегда были припасены конфеты для них.

Угостив их сладостями, Генри встал на четвереньки и подполз к Бет, чтобы расцеловать ее в пухлые румяные щечки.

— Вот что тебя ждет в недалеком будущем, — шепнула Люси мужу.

Джереми крепче обнял ее.

— Я надеюсь на это.

— Одной надежды мало. Лично я никогда не полагаюсь на нее, а предпочитаю действовать и знать точно. — Люси поставила стакан на маленький столик и обвила шею мужа руками. — Я уже говорила тебе, что знаю, как происходит зачатие детей и какие признаки свидетельствуют о том, что женщина беременна. Так вот, последние месячные у меня были сорок три дня тому назад. Поэтому можно с уверенностью сказать, что я жду… то есть мы ждем ребенка!

Глаза Джереми стали круглыми от изумления.

— Люси, может быть, ты слишком торопишься с выводами? Ты уверена в том, что действительно беременна?

Она улыбнулась.

— Абсолютно, — сказала Люси и поцеловала мужа.

— О Господи, здесь же дети! — послышался недовольный голос Генри.

Он встал и сдержанно кивнул Джереми:

— Привет, Джем.

— Привет, Генри.

Люси чувствовала, что Джереми напрягся. Прошло всего лишь несколько недель с того памятного дня, когда Генри и Джереми едва не вцепились в глотки друг другу. Тем не менее Люси надеялась, что их отношения потеплеют. Однако они поздоровались очень сухо. Неужели их многолетней дружбе действительно пришел конец?

— Как ты себя чувствуешь, Люси? — заботливо спросил Генри. — Надеюсь, у тебя все хорошо?

— Все отлично, спасибо.

— Правда? Мне кажется, ты слишком бледна. — Генри сердито посмотрел на Джереми. — Он отругал тебя за то, что ты поменяла обивку мебели? Или, может быть, ты обнаружила в замке темницу, полную скелетов и вампиров?