Пушистая Сырная Мышь - Ирландский клевер

— Тебе придётся связать меня, — Морриган сухо рассмеялась. — Иначе, Джон, я исцарапаю тебе физиономию, и не только её.

— Спасибо за совет, — он подтолкнул её по направлению к кровати. — Верёвка у меня найдётся, дорогая моя.

…Ей оставалось только бессильно рычать от злости, запястья были туго привязаны к столбикам в изголовье кровати. А Джон, словно в насмешку, вопреки ожиданиям Морриган, оказался нежным и ласковым, не в её силах было приказать телу не реагировать на прикосновения. Робин оказался хорошим учителем, и девушка теперь невольно проклинала его за то, что разбудил в ней женщину. Мысли Морриган смешались, она уже и не думала о сопротивлении, однако память упорно возвращала к другим рукам, к другому лицу, голосу, и она ничего не могла с собой поделать — не думать о Робине сейчас Морриган была просто не в силах. Потому что иначе она бы сошла с ума.

Проснувшись утром, Морриган с облегчением обнаружила, что Джона рядом не было — девушка могла и не сдержаться, и выполнить угрозу по поводу разукрашивания лица брата. На кресле её ждало шёлковое платье, не удивив Морриган. Джон всегда отличался предусмотрительностью, даже в мелочах.

Она привела себя в порядок, перевязала волосы лентой, и подошла к открытому окну, вдохнув свежий морской воздух. Прошедшую ночь она предпочитала не вспоминать, записав её в длинный счёт неприятностей от Джона.

— Истериками и слезами тут не поможешь, — сказала она сама себе. — Но повторения сегодняшнего я не допущу, братец, нет уж.

За дверью послышались шаги, Морриган поджала губы.

— Доброе утро, дорогая. Как себя чувствуешь?

— В меру паршиво, — сдержанно ответила она. — Принеси мне поесть, я голодная.

Джон не стал накалять обстановку, и молча вышел, оставив Морриган одну. Через некоторое время он так же молча принёс поднос с завтраком.

— Приятного аппетита, Молли.

Она ничего не ответила. Когда за Джоном закрылась дверь, Морриган, задумчиво жуя гренку, попробовала поразмышлять на предмет выхода из сложившейся ситуации. "А выхода нет, — вынуждена была она признаться самой себе. — Пока я на корабле брата, бесполезно что-либо предпринимать, у него все козыри. Джон сильнее меня, а превращать каждый вечер в битву за право спокойно спать… — Морриган с сомнением покачала головой. — В таком случае он просто будет привязывать меня, как это было сегодня, и весь сказ. Остаётся только стиснуть зубы и ждать подходящего момента". Морриган очень надеялась, что через несколько дней сможет на вполне законных основаниях отправить Джона подальше от своей постели. По состоянию здоровья.

Погода стояла прекрасная, корабль приближался к берегам Англии, Морриган, собрав волю в кулак, переносила присутствие Джона в каюте, считая дни. Но время шло, она начинала нервничать и злиться на задержку, пока в одно прекрасное утро правда не предстала перед ней со всей пугающей ясностью. С немалым отвращением съев завтрак — с некоторых пор по утрам её мучила морская болезнь, — Морриган почти сразу избавилась от него, проклиная всё на свете.

— Мне это совершенно не нравится, — пробормотала она, прополоскав рот водой. — Чёрт меня возьми, кажется я всё-таки беременна, приходится это признать.

Она упала в кресло, мрачно усмехнувшись.

— Хотелось бы мне знать, кто же отец? Я буду очень счастлива, если это будет Робин…

Вечером, за ужином, Морриган сухо сказала:

— Можешь радоваться, Джон. У меня будет ребёнок.

Он отложил вилку, глянув на девушку.

— Это правда?

— Я не имею привычки врать, — резко ответила Морриган. — Кроме того, Джон, как ни странно это звучит, я не уверена точно, кто отец ребёнка.

В каюте повисла тишина.

— И только посмей что-нибудь сказать, — сквозь зубы процедила она, злой взгляд зелёных глаз словно обжёг Джона. — Да, я спала с Робином, и ты прекрасно понимаешь, что моё мнение в данном случае не имело значения. Он меня купил, я была его собственностью.

— Не сомневаюсь, он вежливо поинтересовался, не будешь ли ты против, — медленно произнёс Джон. — И получил положительный ответ.

Откинувшись на спинку стула, Морриган слегка улыбнулась. Она не стала заострять внимание на том, что до сих пор принадлежит де Риверсу, они же так и не решили её судьбу.

— Джон, — мурлыкнула девушка. — Как ни досадно, но твои планы готовы претвориться в жизнь. Я беременна, и в связи с этим с моей стороны самым благоразумным будет согласиться выйти за тебя замуж. Однако есть несколько условий, на которых я настаиваю. Первое, до Англии, и вообще, до родов, я буду спать одна, а то, как бы твоя пламенная страсть не повредила ребёнку. Второе, в замке у меня будет отдельная спальня с замком и ключом. Третье. Церемония будет скромной, с минимумом гостей, в домашней церкви. И последнее. Отсиживаться в провинции я не намерена, Джон, сразу после свадьбы собираюсь ехать в Лондон. У тебя есть какие-то возражения? — изогнула она бровь.

Джон смотрел на Морриган, и думал, стоит ли вступать в очередную перепалку с девушкой.

— Хорошо, Молли, я согласен на твои условия, — ответил он наконец. — Они вполне приемлемы, до поры, до времени, конечно. Но не надейся, что в Лондоне ты будешь веселиться, я никуда не отпущу тебя одну, Морриган.

Она только пожала плечами, вернувшись к еде. Себе же Морриган дала слово: если ребёнок будет похож на Джона, она любым способом избавится от младенца.

Англия встретила туманом и мелким моросящим дождиком, обычной здесь погодой. Закутавшись в плащ и накинув капюшон на голову, Морриган оглядела шумную пристань портового городка, жадно впитывая атмосферу родной страны, которую не видела полгода.

— Мы переночуем в гостинице, а завтра отправимся домой, Молли.

Они зашли в тёплое помещение, и девушка вновь показала свой характер, когда Джон заказывал одну комнату на ночь.

— Две, — мило улыбнувшись и наступив брату на ногу, поправила Морриган.

Джон проглотил ругательство, и подтвердил слова девушки. Удовлетворённо улыбнувшись, она поднялась по лестнице и остановилась перед своей комнатой.

— Спокойной ночи, Джон, — Морриган захлопнула дверь перед носом брата.

Через четыре дня, вечером, они приехали в замок. Разглядывая мощные стены, сложенные из гранита и поросшие мхом, видя суетящихся слуг, Морриган отчего-то не чувствовала себя дома.

— Я тут задыхаюсь, как в клетке, — тихо сказала она сама себе, качая головой. — Я не дома…

— Миледи, о, миледи, вы вернулись! Сэр Джон нашёл вас, слава Господу! Мы все так волновались!..

— Со мной всё в порядке, Эллин, — Морриган устало улыбнулась жене управляющего замком, женщине в годах, с мягким характером.