Марджори Фаррелл - Сладостное пробуждение

«Ну почему, — думала она, — почему я должна сглаживать то, что является реальностью? Правда, пока еще невысказанной. Почему лорд Рейнсборо обрадовался, услышав, что Джайлз для меня — как брат».

— Дружба с виконтом Уиттоном, надеюсь, не послужит поводом, чтобы отвергнуть другого поклонника, миледи? — Рейнсборо спросил об этом таким тоном, что Клер почудилось, что он ласкает ее. Но прежде чем она успела подумать о причинах этого ощущения, он внезапно переменил голос и обычным тоном произнес:

— Кажется, я вижу старого знакомого. Пойдемте, представлю вас…

На следующий день, когда Клер получила от графа маленькую книгу в фиолетовом переплете и записку, в которой Рейнсборо благодарил за ее любезность по отношению к страннику, вернувшемуся домой после долгих скитаний, она решила, что действительно не было ничего заслуживающего внимания. Она была симпатичной собеседницей. Клер прекрасно знала — каково чувствовать себя одиноким и посторонним человеком. Граф каким-то образом сумел понять это.

Впрочем, ему нужна была лишь послеобеденная светская болтовня. Она взяла конфетку из коробки, которую тоже прислал Рейнсборо, и лизнула прозрачный кусочек сладости. Весь вопрос заключался в том… Почему она хочет, чтобы ее губы прильнули к губам лорда Рейнсборо, к этим полным, чувственным губам, которые были особенно прекрасны, когда он улыбался? Почему она страстно желает, чтобы его руки, а не руки Джайлза, обнимали ее? Почему сэр Галахад не вызывает больше прежних чувств? Как сможет она найти такого преданного друга, как Джайлз?

Клер любила Жюля. Она не сомневалась в этом… Ведь Клер отдала ему всю свою привязанность… Казалось, что ей не нужна даже любовь всей ее семьи. Никогда не было об этом сказано, а было лишь одно ожидание его, сэра Галахада.

Она знала, что Джайлз любит ее. Но почему он ее любит? Не потому ли, что они старые друзья? А может… Привязанность легче превратить в брак, как того хотели обе семьи… А… может… это просто навязчивая идея?

Клер очень хотелось с кем-то обсудить мучившие ее «почему». Ее постоянной собеседницей была Сабрина. Но именно Сабрине, сестре Джайлза, она не могла всего рассказать. Не могла же она заявить ей:

— Знаешь, я люблю, конечно, твоего брата, но начинаю сомневаться в том… люблю ли я его… Надеюсь, ты понимаешь, что я имею в виду.

Внимание графа к Клер становилось с каждым днем все более заметным. Он всегда танцевал с Клер два танца, один, как правило, перед ужином. Случалось, что Джайлз и Сабрина отсутствовали, и тогда Люси делала все, чтобы держать их в курсе самых последних сплетен.

Сначала Сабрина восхищалась Клер. Надо же, пользоваться таким успехом у одного из самых красивых мужчин Лондона! Но немного погодя, она заволновалась. Джайлз продолжал навещать Клер, но они уже не гуляли в саду. Несколько раз, когда он заезжал к ней после обеда, ее не было дома: она была вместе с графом Рейнсборо на прогулке.

«Пришло время, — думала Сабрина, — им обоим очнуться. Джайлзу нужно более активно бороться за Клер. Клер же давно следует понять, что за душой у Рейнсборо нет ничего, кроме обаяния».

Не то, чтобы у Сабрины были прямые доказательства, нет.

О Рейнсборо было известно немного, а то, что было известно, казалось вполне достойным уважения. Он был красивым, интеллигентным, очень привлекательным и состоятельным человеком, обладающим к тому же почетным титулом. «Он кажется слишком хорошим, чтобы это было правдой», — думала Сабрина.

Клер разочаровала ее. Шестым чувством, которое так свойственно близнецам, она поняла, что Джайлзу плохо, хотя он не подает вида. Наконец она решила высказать ему свои опасения.

— Ты что, совсем не думаешь о Рейнсборо и Клер? — прямо спросила она.

— О Рейнсборо и Клер? — холодно переспросил он. — Я не понимаю, о чем ты беспокоишься?

— О Джайлз, не говори со мною так. Ты ведь знаешь, что я имею в виду.

— Я хотел, чтобы Клер получила удовольствие от своего первого выезда в свет, поэтому и не делаю ей официального предложения. Рад, если этот флирт ее забавляет, и я далек от того, чтобы навязываться только потому, что так решили наши семьи. У нас всегда были глубокие чувства, а это — лучшая основа для брака.

— Так ты все же допускаешь, что она влюбилась в Рейнсборо?

— Я не слеп, сестричка, и не глуп… Я полностью уверен, что мы объявим о помолвке к концу сезона.

— Думаю, что ты прав, Джайлз. Но мне кажется — тебе нужно больше ухаживать за ней. В конце концов, Клер молода и неопытна. Мне противно думать, что она увлечена этим фальшивым Рейнсборо.

Сабрина чувствовала, что, взывая к чувству ответственности брата за Клер, она заставит его действовать более энергично.

— Ты же не думаешь, что есть прямая угроза ее репутации или целомудрию, — задумчиво констатировал Джайлз.

— А что нам известно о Рейнсборо? Шесть лет он был неизвестно где.

— Возможно, ты права, пришло время объясниться.

Сабрина улыбнулась брату:

— Да, Джайлз, и поскорее.

ГЛАВА 3

Джайлз был не так уж равнодушен к происходящему, как пытался показать сестре. Его опасения особенно возросли в последние две недели, когда стало совершенно ясно, что граф ухаживает за Клер. Отношение графа к девушке все меньше, походило на легкий флирт: Рейнсборо был слишком красив, обаятелен и достаточно самоуверен в своих притязаниях. Джайлз должен был признать, что чувствовал нечто большее, чем уколы ревности, всякий раз, когда граф приближался к Клер. В ее глазах он замечал выражение удивленного восхищения; на него она так не смотрела никогда. Нет, Клер всегда была рада видеть его и танцевать с ним, но они были старыми друзьями, и вряд ли их отношения могли удивить ее. У Джайлза не было сомнений насчет своей привлекательности в глазах женщин, но ему приходилось признать, что по сравнению с таинственной красотой графа он выглядел довольно непритязательно.

Джайлз говорил Сабрине правду: он доверял Клер, верил в ее преданность их старой дружбе. Но, возможно, сейчас пришло время стать более активным в их отношениях, прежде чем поведение Рейнсборо вызовет слишком много сплетен или поставит девушку в такую ситуацию, когда ей придется дать решительный ответ, которого, он знал, она не могла дать. Вечером он обязательно выяснит, был ли у графа разговор с Клер.

К несчастью для Джайлза одна из ездовых лошадей повредила ногу, когда они с Сабриной уже были готовы отправиться на бал к Аллендалесам. Пришлось менять коней… Когда они добрались, Рейнсборо уже был основным партнером Клер. Все ее вальсы были отданы ему, и Джайлзу пришлось довольствоваться одним контрдансом. В конце бала он пригласил Люси ужинать и был вынужден выслушивать ее болтовню о явном увлечении Клер новым поклонником.