Барбара Картланд - Заложница

— Ну хорошо, дадим ему шанс сказать «нет», — заключил Дэйв.

— Он, конечно, скажет «нет» сразу, — сказала мадам Хант. — Человек, которого я послала туда вчера, вернулся как побитая собака!

— Я вам гарантирую, — сказал Дэйв, — что моя дама болтает по-французски, как настоящий пожиратель лягушек!

Это заявление развеселило мадам Хант.

— Ладно, мсье Дэйв, ваша взяла! Только не попрекайте меня потом, когда ваша дама вернется оттуда, обливаясь слезами.

— Я не скажу вам ни слова, — пообещал Дэйв.

— Ну что ж, тогда назовите мне только ее имя, и я черкну пару слов, чтобы ока пришла к нему не с пустыми руками. Но учтите, если он ей откажет, пеняйте на себя!

— Ну что ж, в моей собачьей жизни уже было несколько неприятностей, — весело сказал Дэйв.

— Держу пари, что были и приятные моменты, — парировала мадам Хант.

Оба весело рассмеялись.

Мадам Хант обмакнула перо в чернила;

— Ну, так как ее зовут?

— Кажется, я забыл вам сказать, что она вдова.

— Вдова! — воскликнула мадам Хант. — А я-то думала, что речь идет о молодой девушке.

— Дело в том… что она стала вдовой… э… совершенно неожиданно, — стал сбивчиво объяснять Дэйв. — С ее мужем приключилась скверная история. — Он сломал себе шею во время верховой прогулки. Вот он и оставил несчастную вдову без единого пенни!

— Представляю, какое это было несчастье для бедной женщины, — справедливо заметила мадам Хант.

— О чем говорить! — согласился Дэйв. — Так что, сами понимаете, что же мне оставалось делать, когда она призвала меня на помощь.

— Знаете, что я вам скажу, мсье Дэйв, вы слишком добры к людям, вы всегда готовы взвалить все их невзгоды на свои плечи.

— Я просто делаю все, что могу, чтобы помочь, — вздохнув, сказал Дэйв.

— Ну, так как же зовут вашу вдову? — снова заволновалась мадам Хант.

— Ее имя — мадам Виндхэм, через «и».

Мадам Хант стала выводить это имя на карточке, на которой были напечатаны название и адрес конторы по найму.

— Кстати, мои гонорары выросли до пятнадцати процентов от жалованья за первые три месяца работы, — ворчливо добавила мадам Хант. — Впрочем, об этом лучше было бы напомнить этому французу, если он вдруг забудет.

— Я все передам мадам Виндхэм, — пообещал Дэйв.

Он взял открытку, положил ее в карман и протянул руку мадам Хант:

— Огромное спасибо за вашу великодушную помощь. Я всегда знал, что на вас можно рассчитывать.

— Не делите шкуру неубитого медведя! — возразила мадам Хант. — Если мадам Виндхэм не получит это место, я попытаюсь подыскать ей что-нибудь еще, хотя это и не так просто в это время года.

Дэйв с чувством пожал руку сначала ей, потом мадемуазель Акройд и вышел из комнаты быстрым шагом. За время их разговора приемная заполнилась людьми — все они пришли сюда в поисках работы.

Оказавшись наконец на улице, Дэйв бегом побежал к дому лорда Седжвина. Ему хотелось побыстрее увидеть Норину, до того как проснется леди Седжвин и с удивлением узнает, что ее падчерица все еще жива. Он проскользнул в дом через дверь в погреб и побежал наверх через две ступеньки.

Он постучался в комнату Норины и вошел, не дожидаясь ответа. Девушка устремилась ему навстречу.

— Ну наконец-то вы вернулись, Дэйв! — воскликнула она. — Вам удалось найти мне место?

— Да, мадемуазель Норина, но это не совсем то, что вы думаете.

— Я пойду куда угодно и к кому угодно, я буду делать все, что от меня потребуется, даже мыть полы, лишь бы не оставаться здесь больше ни одной минуты.

— Я понимаю, что вы чувствуете сейчас, мадемуазель, — понизив голос, ответил Дэйв.

Говоря это, Дэйв отходил к окну. Норина удивленно наблюдала за его передвижениями, пока наконец не догадалась, что он старается отойти как можно дальше от двери, чтобы никто не смог подслушать их разговор. Она тоже отошла к окну, Дэйв вынул из кармана открытку и с гордым видом вручил ее Норине.

— Дэйв, вы нашли мне чудесную работу! — воскликнула она.

Бросив взгляд на открытку, она удивленно спросила:

— Мадам Виндхэм?

— Ну да, вы будете вдовой, мадемуазель Норина, просто потому, что ваш будущий хозяин — пожилой джентльмен, который ищет секретаря, свободно говорящего по-французски.

— Ах вот оно что! Так это как раз то, что мне нужно! — радостно воскликнула Норина.

— Но он просил, чтобы это был мужчина!

— Мужчина! — повторила за ним Норина изменившимся голосом. — Что же мне в таком случае делать?

— Пока на это место других претендентов нет, — слал терпеливо объяснять Дэйв. — Этот пожилой господин отказался от какого-то типа, которого ему прислали вчера, из-за его плохого знания французского.

— Ну ладно. Ясно одно, что по-французски я говорю, как настоящая француженка, — сказала Норина. — Если вы помните, мадемуазель всегда говорила, что у меня отличное парижское произношение.

— Это я хорошо помню, — подтвердил Дэйв. — Но вы понимаете, мадемуазель Норина, что вам придется остаться наедине с мужчиной!

— Ну что же он может мне сделать, ведь он стар и слеп, — рассмеялась Норина.

— Я не мог этого допустить, поэтому и сказал, что вы вдова.

— Да, но что же приключилось с моим мужем?

— Я сказал мадам Хант, что он упал с лошади и сломал себе шею.

Норина снова расхохоталась.

— О Дэйв, как вам удается сохранять такое присутствие духа, чтобы продумывать такие мелочи?

— Просто потому, что я отлично понимаю, как трудно найти для вас место, именно потому, что вы слишком молоды и слишком красивы. У этого слепого старика ведь могут быть друзья, а их ведь никто не заставит держать язык за зубами.

Норина удивленно разглядывала своего собеседника:

— Не хотите же вы сказать, что со стороны этого пожилого джентльмена неприлично брать в секретари одинокую молодую девушку!

— Ну не то чтобы неприлично, мадемуазель! Но у вас могут возникнуть сложности определенного свойства… ну… я даже не знаю, как вам это объяснить.

Дэйв говорил медленно, тщательно подбирая слова, и было видно, что этот разговор для него мучителен.

Выслушав его доводы, Норина спросила:

— То есть вы считаете, что компаньонка должна обязательно носить чепец?

— Но вы же должны понять, что есть компаньонки и… компаньонки! — загадочно произнес Дэйв. — Я же сказал вам с самого начала: для вас единственный шанс найти работу — это состариться.

— Ну что ж, мне остается лишь надеяться, что этот пожилой господин не откажется принять на работу молодую вдовушку, — заключила. Норина.

Увидев напряженное выражение лица Дэйва, она добавила: