Барбара Картланд - Заложница

— Как минимум, эти молодые люди крайне небрежны, — сквозь зубы процедил Дэйв, — но госпожа графиня так любит этих молодых красавцев, что нелепо требовать от них еще и хорошей работы!

Норина тем временем старалась припомнить, какие бумаги обычно предъявляют гувернантки, нанимаясь на работу. Впрочем, она знала, что родители предпочитали полагаться на собственную интуицию и мало обращали внимания на все эти бумажки.

Норина знала, что с тех пор, как отец женился второй раз и семья переехала в Лондон, слуги в доме стали меняться слишком часто. Особенно быстро сменялись метрдотели. Лорд Седжвин попробовал вмешаться:

— Я думаю, Виолетта, что будет лучше, если вы предоставите мне право самому выбирать прислугу.

— Ну конечно, как вы пожелаете, — заворковала в ответ Виолетта. — Вы так умны и проницательны, что, я уверена, не допустите ошибок.

Лорд Седжвин сам нашел метрдотеля, который и работал в данный момент в доме, резко отличаясь от своих предшественников мастерством и добросовестностью.

Норина подумала, что Дэйв уже обращался в агентство Хант по просьбе отца.

Она отложила ручку и стала смотреть в окно.

— Матушка, умоляю тебя, сделай так, чтобы я нашла место, где скрыться от этой злодейки, — молилась Норина. — Ведь нельзя же мне оставаться в этом доме, опасаясь каждого шороха, каждый день рискуя быть отравленной и без конца думая о том, каким еще способом она надумает от меня избавиться.

Мольба о помощи вырывалась из самой глубины ее измученной души. Страх не давал ей отвлечься ни на минуту. Норина сняла со стены миниатюрный портрет матери, с которым никогда не расставалась. Прижав его к груди, она без конца повторяла:

— Помоги мне, матушка, дорогая моя, помоги мне.

Она обращалась к матери в надежде, что где бы та ни была, она думает о ней и любит ее так же, как в своей земной жизни.

Норина была права, считая, что Дэйв уже вышел из дома. Он вышел через черный ход в тот самый момент, когда его хозяин покидал дом через главные ворота. Маунт-стрит находилась неподалеку, но Дэйв слишком торопился, чтобы идти спокойно. Он бежал бегом, не желая терять ни одной драгоценной минуты, и еле отдышался, вбежав в контору. Бюро по найму находилось на втором этаже. Он взлетел по лестнице в компании молоденьких деревенских девушек, явно приехавших в Лондон в поисках лучшей доли.

Агентство занимало узкую длинную комнату. Посетители сидели на грубых деревянных скамейках перед самой дверью. Сама же мадам Хант восседала в противоположном конце комнаты за огромным бюро. В соседней маленькой комнатке наниматели могли провести небольшие переговоры с претендентом на место. Рядом с бюро мадам Хант стояло еще одно, поменьше, и принадлежало оно ее подруге, работавшей у нее секретарем.

Мадам Хант не взглянула на вошедшего. Дэйв пересек комнату и направился прямо к ее бюро. Поняв, что кто-то стоит над ней, она захлопнула свою тетрадь.

— Ба, да ведь это старина Дэйв! — удивленно воскликнула она.

— Счастлив видеть вас, мадам Хант, вы свежи, как весенний букет! — вежливо приподняв шляпу, ответил Дэйв.

Мадам Хант, которой давно уже минуло шестьдесят, скромно потупила взор к сложила губки бантиком.

— Чем я могу вам помочь? — спросила она. — Только не говорите мне, что метрдотель, которого я нашла для вас недавно, уволен. Не говорите, потому что я не поверю вам!

— Нет, нет, с ним все в порядке, — поспешил успокоить ее Дэйв.

— Слава тебе Господи! Кстати, предыдущего вашего метрдотеля, про которого госпожа графиня говорила, что ему грош цена, мне удалось пристроить к герцогу Хастингсу, и, надо сказать, он очень доволен!

Она была явно недовольна. Она и в самом деле терпеть не могла, когда к ней вновь обращались слуги, которым она нашла хорошее место, особенно если они были уволены «за плохую работу».

Дэйв решил сразу же приступить к делу:

— Я пришел поговорить с вами по поводу одной молодой дамы. Она дальняя родственница моего хозяина. Он попросил меня помочь ей найти место компаньонки у какой-нибудь пожилой дамы. Ну или что-нибудь в этом роде…

— Господи, зачем же ей такая работа, если она действительно молодая дама в полном смысле этого слова? — забеспокоилась мадам Хант.

— Ну, тут уж можете мне поверить, даю вам честное слово, что это настоящая леди, — ответил Дэйв.

— Тогда все в порядке, только… — медленно проговорила мадам Хант после минутного раздумья, — только как раз сейчас у нас нет ни одной заявки на место компаньонки. Но уверяю вас, в ближайшие десять дней они непременно появятся, это уж точно!

Дэйв не смог скрыть своего разочарования.

— Дело в том, мадам Хант, — понизив голос, заговорил снова Дэйв, — что эта молодая дама находится в крайне стесненных обстоятельствах и совсем не может ждать.

Мадам Хант только всплеснула руками:

— Что же я могу сделать?

— Может быть, у вас еще что-нибудь найдется?

В этот момент мадемуазель Акройд, ассистентка мадам Хант, подошла к столу начальницы и быстро зашептала ей что-то на ухо.

— Думаю, что я могла бы вам помочь, — сказала мадам Хант. Несколько мгновений она внимательно рассматривала своего посетителя. — Эдит напомнила мне, что в наших книгах есть заявка на должность секретаря, бегло говорящего по-французски. Правда, речь шла о мужчине.

— Бегло говорить по-французски! — воскликнул Дэйв. — Ну конечно, дама, о которой я говорю, просто болтает на всех этих языках, которых я и не слышал-то никогда.

— У меня был только один кандидат на это место, — сказала мадам Хант, — но он вернулся ровно через час, сказав, что его знания французского языка оказались недостаточными.

Поколебавшись немного, она продолжала:

— Джентльмен, который нанимает секретаря, — слепой старик. Так, во всяком случае, я поняла, и мне кажется, вашу протеже не слишком заинтересует это место, даже если он и согласится ее принять.

Мозг Дэйва лихорадочно заработал, и он быстро ответил:

— Кажется, я напугал вас, мадам, сказав, что дама, о которой идет речь, очень молода. Это я так, для красного словца.

— Не хотите ли вы сказать, что она старуха? — удивилась мадам Хант.

— Речь идет о молодости души, мадам Хант, — сказал Дэйв, — ну… как у вас. Ведь никто же не скажет, что вы… э… старуха!

— О, достаточно, мсье Дэйв! Вы еще и льстец!

— Ну, в общем, я считаю, что дама, о которой идет речь, это как раз то, что нужно пожилому джентльмену. Тем более если он ослеп…

— Но его слуга, который приходил к нам, он, кстати, тоже француз, настаивал на том, чтобы нашли именно мужчину.