Джо Беверли - Возвращение повесы

– Но у нас нет шеф-повара, – добавила миссис Квинси. – Мы не могли принять человека без рекомендаций, мэм. Миссис Ренишоу прекрасно управляется со слугами и с больничной палатой, но…

– Я уверена, что на некоторое время она нам подойдет.

У экономки беспокойно забегали глаза.

– А когда… когда придет время и приедет новый граф, он пожелает жить здесь?

Было ясно, что этот вопрос волнует всю прислугу.

– Это еще не обсуждалось, – ответила Дженси. Миссис Квинси вздохнула:

– Понятно, мэм, Когда вы и джентльмены пожелаете обедать? В пять часов?

Дженси кивнула, а экономка пробормотала:

– Вопрос в том, куда подавать обед, мэм. Видите ли, главная столовая находится в главном доме, но ее используют для больших приемов. А обычно все обедают в западном крыле.

«То есть там, где сейчас лежит покойник», – подумала Дженси. Она вспомнила, как они с Саймоном обедали на кухне, потому что в столовой лежало тело Исайи. В конце концов, смерть есть смерть – и для малых, и для великих. Но в данном случае кухня исключалась.

– А может быть, лорд Остри должен находиться где-то в другом месте? – спросила Дженси. – Как в таких случаях бывало раньше?

– После смерти отца графа прошло сорок два года, мэм, но я уверена, что он лежал в часовне.

– У вас есть часовня?

– О да, мэм. Рядом с большим холлом.

– Может, перенести туда покойного? Как это устроить?

Через полчаса все было готово. Саймон и его отец шли впереди, а печальный камердинер лорда Остри – позади похоронных дрог, которые несли шестеро слуг. Процессия медленно проследовала через западное крыло в маленькую облицованную серым мрамором часовню.

Дженси только заглянула в часовню, чтобы убедиться, что все в порядке, а затем вернулась обратно в дом и распорядилась, чтобы спальню хорошенько вымыли и сменили постельное белье. Разумеется, она не собиралась здесь спать – по понятной причине, – но в этом крыле находились еще две спальни, а также небольшая гостиная и столовая. Приказав подготовить для них с Саймоном другую комнату в гостевом крыле, она пошла взглянуть на Дороти. Та уже крепко спала, Дженси попыталась вспомнить, не упустила ли она чего-нибудь. Вроде бы нет, ничего не забыла…

Отыскав Саймона с отцом, Дженси спросила, готовы ли они обедать. Мужчины от обеда не отказались, и вскоре все сели за стол. За обедом говорили о предстоящих похоронах; решили, что церемония будет скромной и придут только местные жители.

Более сложными оказались финансовые вопросы. За время долгой болезни графа всем распоряжался Остри, а потом, когда и виконт заболел, его распоряжения выполняли Дороти и консультанты. Теперь она переложила все заботы на отца Саймона, но он ведь пока еще не являлся графом… В конце концов решили дождаться семейного нотариуса – тот должен был приехать на следующий день.

После обеда Дженси улучила момент поговорить с Саймоном наедине.

– Дорогой, я понимаю, как мало удовольствия тебе доставляют подобные занятия.

Он улыбнулся:

– Но со мной моя Дженси, которая меня поддерживает.

– Я уверена, что слуги графа гораздо способнее меня.

В глазах его заплясали огоньки.

– Далеко не во всем.

– Не будь таким гадким.

– Господи, да у меня же нет на это времени! – Он ласково улыбнулся ей и поцеловал.

Расставшись с мужем, Дженси позвала миссис Квинси и сказала, что хочет осмотреть дом. Они заглянули в роскошные комнаты главного дома, пропустив только одну – графскую спальню, где медленно угасал Марлоу, при котором неотлучно находились трое слуг и доктор.

После этого они прошлись по кухням и конюшням, о которых Дженси ничего не знала. В подвале главного дома располагались прачечные, кладовые, винные погреба и помещения для слуг-мужчин. Служанки же имели комнаты на чердаке – под громадным куполом. Дженси задумалась: тепло ли здесь зимой? Впрочем, ее это не касалось.

К вечеру она ужасно устала, к тому же у нее разболелась голова. Укладываясь в постель, Дженси думала о муже. «Где же он? – спрашивала она себя. – Чем сейчас занимается?» Внезапно ей пришло в голову, что вот уже пятую ночь подряд она засыпает в новой кровати, а в промежутках куда-нибудь едет. Неудивительно, что временами ей казалось, будто все кружится вокруг нее.

Наконец пришел Саймон, такой же усталый, как и она. Как только он оказался с ней рядом, они обнялись.

– Ты проявила себя замечательно, Дженси Сент-Брайд. Я понимаю, как тебе здесь неуютно.

– Порой я приходила в ужас. Но бедняжка Дороти нуждается в помощи, а управлять таким домом, оказывается, не труднее, чем Тревитт-Хаусом. Во всяком случае – ненамного труднее.

– Хотел бы я, чтобы финансовые и имущественные дела графа оказались такими же простыми, как у Исайи.

Саймон рассказал, как прошел день у него. Они с отцом кое-что осмотрели и пришли к выводу, что поместье в полном порядке и управляющим можно доверять – те свое цело знали.

– Может, так все и оставить? – спросила Дженси. – Не представляю, как ваша семья будет здесь жить.

– Видишь ли, большой дом – как корабль. Даже в хорошую погоду кто-то должен стоять у руля.

– Но здесь прекрасные слуги.

– Это ненадолго. Думаю, многие из них покинут этот дом.

Дженси вздохнула, и ей показалось, что муж вздохнул вместе с ней.

– Но разве то же самое не относится к Брайдсуэллу? – спросила она. – Он тоже не может пустовать.

– Предполагается, что я сделаю его своим основным домом.

Уловив в голосе Саймона нотки грусти, Дженси взглянула на него с удивлением:

– Ты не рад? Ты ведь очень любишь Брайдсуэлл.

Он снова вздохнул:

– Сельское хозяйство меня утомляет. Волосы Черного Адемара, понимаешь? В любом случае Брайдсуэлл будет уже не тот.

Дженси, однако, не сдавалась:

– Дети и старики могли бы остаться… – Муж промолчал, и она насторожилась. – Саймон, в чем дело? Тебя что-то беспокоит, верно?

Он провел ладонью по ее щеке.

– Ничего страшного, любимая. Зависит от того, как ты на это посмотришь. Тебе ведь здесь совсем не нравится?

– Почему ты так решил?

– Потому что вижу: тебе здесь не нравится.

Она не понимала, к чему он клонит.

– Тут очень красиво, но как-то… холодно. То есть неуютно.

– Да, согласен.

– Саймон, скажи, что тебя тревожит. Пожалуйста, скажи.

Он пристально посмотрел ей в глаза:

– Не хотелось бы что-то тебе навязывать, но… Я хочу снять этот груз с отца, пока он не надорвал ему сердце.

– Ты хочешь стать графом? Но разве ты можешь?..

– Нет, конечно. Я не об этом. Просто я могу жить здесь вместо отца. Сделаю этот дом своей основной резиденцией и возьму на себя управление поместьем. Конечно, как граф, то есть отец… он будет нас навещать, но постоянно будет жить в Брайдсуэлле. И все остальные там останутся.