Джейн Киддер - Поцелуй страсти

Джеймс вынул из коробки сигару и вопросительно посмотрел на дам, дожидаясь, когда ему разрешат курить. Разрешение было получено, после чего Уэлсли-старший, чиркнув спичкой, прикурил, выпустил к потолку струйку голубоватого дыма и с умиротворенным выражением на лице откинулся на спинку кресла.

— Тут такое дело, Майлз… Мы с матерью заказали билеты на пароход на второе октября, — сказал он, повернувшись к сыну. — Хотелось бы узнать о ваших с Викторией планах — собираетесь ли вы отплыть в Штаты вместе с нами?

У Виктории от изумления округлились глаза. Устремив недоумевающий взгляд на мужа, она бросила:

— Отплыть в Штаты? В первый раз об этом слышу… Майлз нахмурился.

— Видишь ли, отец, мы с Викторией это еще не обсуждали…

Джеймс моргнул, неожиданно осознав, что ступил на чрезвычайно зыбкую и опасную почву.

— Извини, сын. Я-то думал, что вы с женой так или иначе этот вопрос решили…

— Мы еще не говорили на эту тему.

— Ну и ладно, не будем сегодня об этом, — вступила в разговор Мери. — Времени у нас достаточно.

Майлз чувствовал на себе испепеляющий взгляд Виктории, но упрямо смотрел перед собой, делая вид, что ничего особенного не происходит.

— Скажи на милость, бабушка, как обстоят дела с лошадьми?

Регина внимательно посмотрела на внука, потом перевела взгляд на его жену. Определенно, у молодых людей снова появилась причина для разногласий, которую необходимо устранить — и как можно скорее.

— Лошадки вели себя просто замечательно, дорогой. На скачках в Эскоте, которые вам с Викторией не довелось посетить, они во всех заездах, кроме двух, заняли призовые места — так что мы в выигрыше.

Лицо Майлза просветлело.

— А первое место тоже за нами? Хотя бы в одном заезде?

Регина покачала головой.

— Увы, нет. Собственно, мы на это не рассчитывали, а потому ставили всякий раз на второе и третье. Принимая во внимание, что лошади еще молоды и неопытны, результаты неплохие. Я возлагаю большие надежды на следующий год. Уверена, настоящий успех у нас впереди.

Майлз кивнул, поскольку и сам считал, что для конюшен Уэлсли следующий год будет определяющим.

— Думаю, Виктория, тебе будет небезынтересно это послушать, — вступила в разговор Мери. — На прошлой неделе я была в гостях у леди Фионы и, в частности, перемолвилась словом с вашим конюхом… жаль, не помню только, как его зовут…

— Джордж, — сказала Виктория. Голос ее звучал тускло, и в нем не чувствовалось даже проблеска интереса к обсуждавшейся теме.

— Да, да. Его зовут Джордж. Верно. Так вот, когда мы с твоей мачехой сидели в гостиной и пили чай, пришел этот самый Джордж и заявил, что кобыла по кличке Спринг Даффодил ждет жеребенка от Кингз Рэнсома. Фиона не сомневалась, что эта новость тебя обрадует…

— Я рада, — пробормотала Виктория.

— Значит, ты все-таки подпустила к Спринг Даффодил Кингз Рэнсома? — с улыбкой спросил у жены Майлз. Эта новость его, в отличие от Виктории, не оставила равнодушным.

— Да, — едва слышно ответила Виктория.

— Отлично. Стало быть, мой совет пришелся ко двору?

— Твой совет не имеет с этим ничего общего, — солгала Виктория, стараясь не встречаться с ним взглядом. — Мы с Джорджем посовещались и решили, что такая комбинация может оказаться удачной.

Довольная улыбка, появившаяся было на губах Майлза, исчезла.

— Понятно. Как бы то ни было, хорошо, что ни у тебя, ни у меня нет сомнений: спаривание Кингз Рэнсома с этой кобылой может дать неплохие результаты.

Виктория бросила на мужа не слишком любезный взгляд и поднялась с места.

— С вашего разрешения, я удаляюсь. Сегодня мне пришлось проскакать без остановки пару десятков миль, и я очень устала.

— Конечно, дорогая, — ласково отозвалась Мери. — Отправляйся в постельку и постарайся хорошо отдохнуть.

Виктория отвесила всем присутствующим короткий прощальный кивок, повернулась и вышла из гостиной.

— Извини, Майлз, что я завел разговор об Америке, — быстро проговорил Джеймс, когда его невестка удалилась. — Я ведь не знал, что ты и словом не обмолвился Виктории о предстоящем отъезде.

— Это моя вина, — сказал Майлз. — Я был просто обязан поговорить с ней. Но не поговорил. Все никак не мог выбрать для этого подходящее время.

— По большому счету, тебе вовсе незачем вести с ней такие разговоры, — поспешила вставить замечание Регина. — Не забывай, что у вас с Викторией на руках Пемброк-хаус, которым, между прочим, нужно управлять. Я уже не говорю о маноре Уэлсли. Годы идут, и скоро мне будет трудно вести дела, связанные с нашим родовым поместьем. С какой стати вам вообще ехать с Викторией в Америку? У вас и здесь забот полон рот.

— А с такой стати, что Америка — моя родина! — гаркнул Майлз. Затем, заметив, что подобное заявление, а главное — манера, в какой оно было сделано, потрясло бабушку, быстро добавил: — Между прочим, я надеялся, что мы с Викторией полгода будем жить в Англии, а полгода — в Америке. Помнишь, бабуля, мы с тобой об этом говорили? И, как мне тогда казалось, договорились.

— Неужели? — Регина сделала вид, что напрочь забыла об этом разговоре. — По мне, подобное существование недостойно порядочных людей. Такой образ жизни скорее подходит каким-нибудь бродягам…

— Матушка, — ласково сказал Джеймс, — Майлз и Виктория взрослые люди. Пусть сами решают, где им жить. Думаю, они смогут прийти к разумному компромиссу.

— Конечно же, ты прав, мой дорогой, — с иронией в голосе произнесла Регина, — только я, помня, в какую ярость пришла Виктория при одном только упоминании о поездке в Америку, сильно сомневаюсь, что Майлзу удастся заключить с ней такое соглашение. По крайней мере, в ближайшем будущем.

Майлз тяжело вздохнул. Замечание бабушки показалось ему справедливым и не лишенным основания. Кроме того, ему меньше всего на свете хотелось препираться с Викторией, обсуждая эту непростую проблему. Тем не менее разговора на эту тему не избежать — и сомневаться в этом тоже не приходилось.

— Пойду-ка я к себе и потолкую с женой, — сказал он, поднимаясь с места. — О результатах расскажу завтра — если будет, о чем рассказывать.

Майлз не успел еще прикрыть за собой дверь, как Виктория уже обрушила на него целый водопад гневных слов:

— Как ты мог строить какие-то планы о возвращении в Америку, не посоветовавшись прежде со мной? Впрочем, если ты меня не уважаешь, тогда другое дело — тебе и впрямь лучше уехать вместе с родителями в Америку. Но, предупреждаю: я останусь здесь!

— Ты права, — бросил Майлз, которому передалось раздражение Виктории. — Я и вправду разговаривал с отцом об отъезде, но хочу тебе заметить: этот разговор состоялся на следующий день после свадьбы. До гостиницы. Понимаешь?