Джейн Киддер - Поцелуй страсти

— А я-то думала, что после брака ты возьмешь все заботы о лошадях на себя! Ведь теперь ты законный владелец конюшни и фермы.

— Хорошего же ты обо мне мнения, — заметил Майлз. — Мне и в голову не могло прийти лишить тебя твоего любимого занятия.

Виктория опустила глаза и застенчиво улыбнулась.

— С каждым днем ты все больше меня удивляешь, Майлз.

Майлз взял ее за руку и поцеловал в ладошку.

— Это хорошо или дурно, миледи?

— Это прекрасно, — прошептала она. — От тебя я вижу одно только добро.

Их глаза встретились, и они как по команде встали из-за стола, напрочь позабыв про обед.

Майлз прихватил со стола бутылку с вином и бокалы, и молодые торопливо направились к лестнице, которая вела на второй этаж.

— По-моему, эти двое уедут отсюда, основательно похудев. Не припомню случая, чтобы они доели обед до конца, — проворчала жена хозяина гостиницы, убирая со стола.

Хозяин хохотнул и подмигнул супруге.

— Все дело в том, Клара, что они не больно-то нуждаются в пище. Живут, как говорится, одной только любовью. Ведь и у тебя, девочка, были такие денечки — помнишь?

Сорокачетырехлетняя Клара взглянула на своего пятидесятисемилетнего мужа и, улыбнувшись, кивнула.

— Конечно, помню, Уил, — сказала она. — Хотя с той поры прошло уже почти тридцать лет, женщины такого не забывают.

Уил обнял супругу за грузную талию и привлек к себе.

— В шестнадцать лет ты была прехорошенькая! Парни за тобой табуном ходили.

Клара покраснела от удовольствия и игриво пихнула своего лысого пожилого мужа в бок.

— Возвращайся к стойке, Уил Вайнсток. А то я так разомлею, что и работать не смогу.

Прежде чем отправиться к стойке, Уил запечатлел на пухлой щеке жены звучный поцелуй.

«Если эти двое наверху так же счастливы, как когда-то были счастливы мы с Кларой, — подумал он, — то им, можно сказать, здорово повезло».

Возвращение Майлза и Виктории было триумфальным. Едва они появились в самом начале подъездной аллеи, как Сет и Натан выскочили из дверей манора Уэлсли и в два голоса завопили:

— Ma, па, идите сюда скорей! Майлз и его жена едут!

Джеймс и Мери поспешили на зов мальчиков, что бы приветствовать молодых. Когда Виктория спешивалась, Мери пристально за ней наблюдала, и то, что она увидела, ей понравилось. Молодая женщина лучилась довольством, из чего можно было заключить, что ее ссора с Майлзом улажена наилучшим образом.

— Ну-с, молодые люди, где пропадали? — спросил Джеймс, когда они все вместе шли к дому.

— Мы остановились в маленькой гостинице неподалеку от деревушки Уиггинтон.

Джеймс кивнул.

— Помню, ты упоминал это название в телеграмме. А где вы еще побывали?

— Нигде. Мы в основном оставались в гостинице. Там… там было очень мило.

— Не сомневаюсь. — Глянув мельком на жену, Джеймс многозначительно ей подмигнул и получил в ответ понимающую улыбку.

— Хорошо, что вы успели к обеду, — сказала Мери, обращаясь к Виктории. — Нам с Джеймсом просто не терпится послушать ваши с Майлзом рассказы о путешествии.

Виктория натянуто улыбнулась и одарила Майлза беспомощным взглядом. Она не имела представления, как объяснить родителям мужа, что заставило их с Майлзом три недели почти безвылазно сидеть в гостиничном номере.

— Хм… Мы с женой были бы не прочь освежиться с дороги, — проговорил Майлз, положив руку на плечо Виктории. — Надеюсь, с обедом можно подождать четверть часика?

— Разумеется, — кивнул Джеймс. — Если потребуется, обед можно задержать и на полчаса, так что не спешите. Занимайтесь своими делами. Обед подождет.

Майлз кивнул и повел Викторию вверх по лестнице. Мери же наградила Джеймса дружеским тычком в ребра.

— Как только тебе не стыдно, — произнесла она, едва сдерживая смех.

— А что я такого сказал? — невинно заявил Уэлсли-старший. — Судя по всему, они три недели напролет занимались в гостинице любовью, поэтому им сейчас самое время броситься друг другу в объятия. Не забывай, дорогая, они весь день ехали верхом, а потому не имели никакой возможности предаться любимому занятию.

Мери от души рассмеялась, поскольку предположение мужа показалось ей забавным и даже невероятным. Между тем Джеймс был недалек от истины.

Едва за Викторией и Майлзом захлопнулась дверь спальни, как Майлз заключил молодую жену в объятия и запечатлел на ее губах продолжительный поцелуй.

— Майлз, что ты делаешь? Я не успела даже снять шляпку!

— Как раз шляпку тебе снимать совершенно необязательно, — с ухмылкой заметил он, обхватив ладонями ее бедра. Потом притянул женщину к себе — так крепко, что она явственно ощутила его возбуждение. — Чувствуешь, что ты со мной сделала?

— У нас слишком мало времени, — простонала Виктория, уже изнемогая от страсти.

— Ерунда, времени у нас с избытком. — Майлз ненадолго выпустил ее из рук, стащил сапоги и без особых церемоний повлек супругу к алькову, где красовалось огромное супружеское ложе под балдахином.

— Не смей! — в ужасе прошипела Виктория. — Если мы помнем покрывало, горничные догадаются, чем мы занимались перед обедом!

— Не волнуйся, не помнем, — заверил ее Майлз. — Нам и кровать-то не понадобится.

— Но что же мы будем делать?

— Опробуем новый способ.

Майлз подхватил молодую женщину под мышки, легко приподнял, прижал к стене алькова и велел:

— Обхвати меня ногами за талию, девочка!

Виктория подчинилась, хотя предложение Майлза и показалось ей чересчур экстравагантным. И в тот же миг Майлз одним движением овладел ею. Виктория уткнулась лицом в его плечо, чтобы заглушить страстные стоны, которые с каждым мгновением становились все громче.

Наконец она вся затрепетала от наслаждения и припала к Майлзу, не сразу решившись встать на ноги.

— Мне просто не верится, что у нас все получилось, — хихикнула она. — Бог мой, я оборвала драпировку!

— Подумаешь! Ее ничего не стоит повесить снова… — Вынув из жилетного кармана часы, Майлз посмотрел на них и объявил:

— Между прочим, у нас есть еще целых восемь минут, чтобы привести себя в порядок…

Обед в этот вечер вылился в поистине грандиозное мероприятие. В честь возвращения Майлза и Виктории всем шестерым юным отпрыскам рода Уэлсли было позволено остаться за столом вместе с взрослыми. По этой причине обстановка в столовой была самая непринужденная и оживленная, хотя временами и грозила превратиться в хаос.

Покой воцарился, когда молодежь, покончив с десертом, разошлась по комнатам и представители старшего поколения, прихватив с собой рюмки с ликерами и бренди, перебрались в гостиную и расположились вокруг камина.