Джейн Бонандер - Танцующие на снегу

– Больше я ничего не сумел придумать, – признался Натан, обнимая ее.

Глаза Сюзанны наполнились слезами. Она прижалась к груди Натана и позволила ему закружить ее в ритме вальса.

– Ты – самый чудесный человек в мире! Пока они танцевали, Сюзанна разглядела между деревьями темнеющую неподалеку хижину.

– Что там?

Натан словно невзначай коснулся ладонью ее груди.

– Все, что надо для прекрасного медового месяца.

Прильнув к нему, Сюзанна пробормотала:

– По-моему, заниматься любовью на снегу будет слишком холодно.

Натан ласково усмехнулся и прошептал ей на ухо:

– И правда, не стоит морозить нашего старого приятеля, дорогая. Но в хижине есть медвежья шкура, на которой так приятно будет лежать тебе или мне, смотря кто из нас будет сверху.

– Как думаешь, снегопад затянется до утра?

– Это я тебе обещаю.

– Вот и хорошо, – откликнулась Сюзанна, увлекая Натана к хижине. – А пока давай опробуем медвежью шкуру.

Эпилог

Весна 1871 года

Сюзанна наслаждалась игрой детей, стоя у перил недавно построенной веранды. Трехлетний сынишка Луизы и Кито Абаси, или попросту Аб, сидел в повозке, придерживая годовалую Миранду.

Кори, шестилетний миловидный мальчик, помахал матери рукой, везя маленькую повозку с детьми к дому. Он высвистывал чистые, высокие ноты, подражая щебету птиц, гнездящихся на деревьях, окружающих ранчо. Малыши искренне радовались этой музыке.

Завидев Сюзанну, Миранда весело рассмеялась и захлопала пухлыми ладошками.

– Мама, мама!

Сердце Сюзанны таяло от счастья. Солнечные лучи играли на каштановых кудряшках Миранды, зажигая в них красноватые искры. Щечки девочки раскраснелись от восторга, на них обозначились ямочки. Сюзанна сбежала по ступеням крыльца и подхватила дочь на руки. Они потерлись носами.

– Мальчики не обижали тебя, детка?

– Конечно, нет! – негодующе отозвался Кори. – Только переодень ее, мама, – от нее чем-то пахнет.

Сюзанна принюхалась.

– Действительно пахнет. – Она шутливо сморщила нос.

Аб сам выбрался из повозки и остановился перед Сюзанной, приоткрыв рот и явно собираясь что-то сказать. Мальчик был слишком крупным для своего возраста. Сюзанна без сомнений знала, что когда-нибудь он станет таким же рослым и сильным, как его отец. А от матери Аб унаследовал сообразительность и остроумие.

Усадив Миранду на одеяло, расстеленное на веранде, Сюзанна принялась переодевать ее.

– Что тебе, Аб?

– А мне подарили щенка, – заявил он, поблескивая черными глазами.

Аб научился говорить правильными предложениями еще в двухлетнем возрасте.

– Я слышала об этом. Как же ты назовешь его?

Макс обзавелся подружкой, живущей на соседнем ранчо, и недавно у них появилось шестеро щенят.

– Не знаю. Может быть, Догги.

Сюзанна рассмеялась:

– Молодец. Только не забудь в следующий раз принести Догги к нам в гости, ладно?

Аб заулыбался, обнажая крепкие белые зубы.

Благодаря наследству, доставшемуся Сюзанне после смерти Харлена, она помогла Кито и Луизе купить участок земли неподалеку от ранчо. Когда они попытались расплатиться с ней, Сюзанна заявила, что до сих пор не сделала друзьям свадебного подарка. Она хотела только одного: чтобы они жили рядом.

Подняв голову, она увидела, что Натан и Джексон возвращаются из амбара, а Макс скачет вокруг них. Как всегда, сердце Сюзанны радостно заколотилось при виде мужа. Натан и Джексон дружно замахали ей руками.

– Разве вы уже закончили работу?

Натан с сыном сооружали новый загон для свиней. Некоторые соседи выпускали свиней пастись на свободе, и те неизменно забирались в чей-нибудь огород.

– Через несколько дней закончим, – сообщил Джексон. – Папа сказал, что я смог бы справиться с работой и без него.

За три года, прошедших после возвращения Джексона домой, он совершенно изменился. Он редко рассказывал о своей жизни среди юроков, и ему не задавали лишних вопросов. В свои двенадцать лет он уже казался юношей. Время от времени у него срывался голос. Сюзанна знала, что Джексон счастлив в семье, но считала его не по годам серьезным ребенком.

– Ну, как дела у моей обожаемой жены? – спросил Натан, садясь рядом с Сюзанной.

От поцелуя по телу Сюзанны прошла обжигающая волна. Она бросила пучок сена на живот Натану.

Его глаза лукаво заискрились.

– Даю тебе час, чтобы…

– Перестань! – со смущенным смехом попросила она, незаметно кивая на детей. – Кори сообщил мне, что от твоей дочери «чем-то пахнет».

– Что я слышу! Неужели? – в притворном разочаровании воскликнул Натан. – Нет, только не от моей красотки Мэнди! – Склонившись, он пощекотал голый животик девочки, и она залилась радостным смехом, перебирая пухлыми ножками и хватая отца за волосы.

Во двор въехала повозка. Лошади остановились возле крыльца, и сидящая в повозке Луиза помахала рукой.

– Дети уже обедали?

Она привязывала свою новорожденную дочь Кайю к собственному животу с помощью широкой повязки, изготовленной Сюзанной, что очень помогало управляться с делами.

Аб заковылял к повозке и забрался в нее. Луиза крепко обняла его и поцеловала в макушку.

За годы супружеской жизни характер Луизы стал мягче, но, защищая своих детей, она превращалась в тигрицу, и в ее преданности малышам слились все качества, которые так ценила в ней Сюзанна.

Сюзанна закончила возню с подгузником Миранды и оправила на дочери платьице.

– Ты хочешь забрать их всех, Луиза?

– Сегодня ведь пятница, правда? А по пятницам они гостят у меня. И не жди, что я привезу их обратно до вечера, ясно?

Кори сам забрался в повозку. Джексон взял на руки Миранду и последовал за ним.

– Джексон! – окликнула Сюзанна и, когда мальчик обернулся, произнесла: – Если тебе не хочется ехать, можешь остаться дома. – Она знала, что мальчик колеблется между желанием поиграть с малышами и стремлением побыть в обществе взрослых.

Джексон взглянул на отца, затем на Сюзанну и понимающе улыбнулся.

– Нет, лучше я поеду с ними. Папа сказал, что загон я смогу закончить потом, да и Наб уехал навестить сестру. Кито пообещал научить меня снимать кору с дубов. Он сказал, что эту кору можно продавать кожевникам. И потом, – добавил он со смущенной улыбкой, – сегодня днем вы будете заняты.

Натан обнял Сюзанну за плечи.

– Ты смышленый мальчик, сынок. Усмехнувшись, Джексон помахал отцу и направился к повозке.

– Постарайтесь оставить в ванне хоть немного воды для нас, – напомнил он, забираясь в повозку и усаживая на колени Миранду. – Не забывайте, что пятница – банный день.

Когда повозка покатила прочь, Натан покачал головой.