Рексанна Бекнел - Валлийская колдунья

— Что ты хочешь сказать… о-о, — Дрюс выпрямился, начав догадываться. — Ты подсыпешь ему что-нибудь?

— О нет. Не я, — возразила Уинн. — На этот раз сей подвиг совершишь ты. — Она снова отвернулась от них. — А теперь ступайте.

— Дрюс, что она замышляет? — услышала Уинн голос англичанки, когда влюбленная пара направилась к замку.

— Тебе это не нужно знать, милая. Но она все устроит. Уинн можно верить.

Резкая боль пульсировала в груди Уинн, пока она стояла одна на крутом берегу. Они считают, что ей можно верить. Ну и ну! Когда дело касается Клива Фицуэрина, она сама себе не верит. Но они все же ждут от нее, что она решит их проблемы с этим человеком. Как глупы молодые влюбленные.

А она поступила глупее всех.

Все ее усилия приведут лишь к тому, что она выиграет немного времени для этой помешанной пары. Они проведут вместе день, другой, но в конце концов… В конце концов Клив женится на Эделин. Это было его самое заветное желание, и никакие уговоры, мольбы и даже соблазны тут не помогут.

Уинн оставалось надеяться, что короткий роман Эделин с Дрюсом пустил не очень глубокие корни. Что касается Дрюса, то он перебрал много женщин и, безусловно, сумеет оправиться от этой потери без особых страданий. Она тоже скоро придет в себя. Что еще им остается делать?

Ровно в полдень начали звонить колокола часовни Святого Питера, созывая обитателей замка и деревенских жителей собраться на лугу, где шли спешные приготовления к ярмарке. Уинн увидела Клива издалека, но сразу свернула в другую сторону. Она пришла на праздник с единственной целью — отдать Дрюсу маленький пакетик с травой, которую тот должен будет подсыпать в вино Клива. За детьми обещал присмотреть Баррис, к которому позже присоединится Дрюс. Эделин уже лежала в кровати с компрессом на голове.

Уинн мудро держалась от лорда Уильяма подальше, когда услышала, как он сердито выругался, узнав о внезапной болезни дочери. Как же он воспримет, что его будущий зять в такой день не смог удержаться и напился до беспамятства? Он, несомненно, придет в ярость, но Уинн успокаивала себя, что гнев лорда вскоре утихнет. В конце концов, его мысли сейчас больше заняты двумя маленькими сыновьями.

Несмотря на то, что праздник был устроен впопыхах, на нем царило веселье. Начались соревнования. Бег. Борьба. Даже, кто больше съест и выпьет. Самые меткие лучники лорда Уильяма боролись за приз — золотую монету. В их рядах Уинн и нашла Дрюса. Он и Баррис о чем-то говорили, а пятеро ребятишек сгрудились вокруг.

— Ты сможешь, Дрюс. Ты победишь этого…

— …старого англичанина с седой бородой.

— Седая борода не помешает ему как следует целиться, — заметил близнецам Артур. — И все мы, по крайней мере частично, англичане.

— Только не Дрюс и Барри, — возразила Изольда. — Они настоящие валлийцы.

— И Уинн.

— Совершенно верно, — согласилась с Броиуэн Уинн и ласково притянула к себе девочку. — Рис и Мэдок, я думаю, вы не должны считать, что это турнир между англичанами и валлийцами. Здесь просто соревнуются очень хорошие стрелки.

Дрюс улыбнулся ей и щелкнул натянутой тетивой большого лука.

— Да, мы все стрелки. Но хорошо известно, что лучшие стрелки — валлийцы. И сегодня я это докажу всем и каждому.

— Особенно лорду Уильяму? — спросила Уинн, приподняв бровь.

Улыбка Дрюса несколько померкла, но он стал еще более решительным.

— Ты совершенно права, Мудрая Вещунья Раднора. Скажи-ка мне, каков будет исход сегодняшней битвы?

Уинн заглянула в его темные глаза. В том, что он победит в соревновании, можно было не сомневаться. Но выиграет ли он самый желанный приз — об этом она могла только догадываться, и в эту секунду чутье говорило ей, что нет.

— Держи, — сказала она, не ответив на его вопрос. — Вот пакетик с травами. Используй их для своей цели.

— Они сделают его глаз острее, а руку тверже? — поразился Баррис.

Уинн взглянула на него, удивившись, что Дрюс не доверился брату. В эту минуту к их кружку присоединился Клив, и Уинн тут же позабыла о Баррисе. Итак, зверь приблизился к приманке. Но даже если он и проглотит ее, будет ли от этого какая-нибудь польза? И снова Уинн со страхом подумала, что нет.

— Лекарство Уинн помогло мне лучше целиться, когда мы охотились у вала Оффы, — сказал Клив, не отводя от нее смущающего взгляда. — Наверное, мне стоит предупредить стрелков лорда Уильяма о нечестной игре, раз ты оказываешь помощь Дрюсу.

Уинн выпятила подбородок, не желая выдавать своих сердечных чувств. Но ее пальцы невольно сжались от усилия.

— Если соперникам Дрюса понадобится мое умение, стоит только попросить, и я помогу им.

Клив по-прежнему пристально смотрел на нее.

— Если бы я принимал участие в турнире, мне, несомненно, понадобился бы твой исключительный талант.

Вроде правильная и вежливая фраза, но Уинн поняла, что он имел в виду нечто гораздо более личное, чем обычную просьбу поделиться снадобьем. Судя по многозначительному взгляду Дрюса, он тоже понял. Уинн почувствовала облегчение, когда вперед вышел Артур и привлек к себе внимание Клива.

— Хорошо, что ты не будешь соревноваться с Дрюсом, — совершенно серьезно заявил ребенок. — Он самый лучший стрелок во всем Раднорском лесу.

— Его никому не обыграть, — хвастливо заявил Мэдок.

— Никому, — эхом вторил Рис.

Дрюс с вызовом взглянул на Клива. Уинн поняла, что сейчас творится в душе ее старого приятеля — обычное мужское стремление обставить в соревновании любого, пусть даже лучшего друга, усиливалось настоятельным желанием победить именно этого человека в борьбе за руку женщины. Но что еще хуже, Дрюс был вынужден скрывать истинную причину своего соперничества с Кливом, по крайней мере еще какое-то время. Так как Дрюс получил травы, предназначенные для винной чаши Клива, Уинн решила направить разговор в другое русло.

— Лично я готова выпить за успех Дрюса, когда он выиграет монету лорда Уильяма. А ты? — спросила она у Клива.

Он улыбнулся Дрюсу, а потом обратил все обаяние своей улыбки на Уинн, отчего у нее перехватило дыхание.

— Пусть победит сильнейший, — ответил он.

Оценив подвернувшийся шанс, Дрюс опустил руку на плечо Артура.

— Пойди наполни наши кружки, Артур. И вы тоже, — призвал он на помощь близнецов. — Если собираетесь быть рыцарями, сначала научитесь сами прислуживать. Я прав, сэр Клив?

— Вне всякого сомнения. Вот моя кружка.

Баррис и Дрюс присоединили свои, и трое мальчишек сразу умчались. Когда же взгляд Клива вновь обратился на Уинн, она забеспокоилась.

— Отведу-ка я девочек к ткачихам поучиться новому плетению. Очень хитрые петли, но получается удивительно тонкая ткань.