Элизабет Лоуэлл - Осенний любовник

Хантер вскочил с такой легкостью, что Элисса поняла – он цел и невредим. Гора свалилась с плеч, и у нее закружилась голова от облегчения.

– Блэки ранен в ногу, – сообщил Морган. – Мано Эрреро получил царапину на плече, Пенни сейчас его штопает, а Блэки уже вернулся к работе.

– Элисса? – быстро спросил Хантер.

– Я здесь, – прошептала она. – Я очень беспокоилась… О тебе.

Хантер длинно выдохнул.

– Я тоже. Но мне повезло. Чертовски повезло. Мы все здесь.

– Да, сэр, – сказал Морган. И его лицо снова осветилось улыбкой. – Мы все должны благодарить Бога и стать его послушными сыновьями.

Хантер довольно мрачно улыбнулся.

– Ты оказался самый везучий из всех, – сказала Элисса Хантеру. – Поразительно, как тебя пропустили бандиты.

– Меня было не так-то просто пристрелить. Я висел на боку лошади.

Но Хантер не сказал о другом – Калпепперам незачем губить хорошего коня. Банда окружила ранчо очень плотно, перекрыла все входы и выходы. Они в полной осаде.

Бандиты могли пристрелить Хантера, да и любого на Лэддер-Эс, от скуки.

– Эти калпепперовские ребята слишком ценят лошадей. Убить такого коня только ради того, чтобы прикончить Хантера, – объяснил Морган. – Если бы ты ехал на Багл-Бое, правда…

– Именно об этом я и подумал, – признался Хан-тер. – Багл-Бой слишком хорош, поэтому я сорвал с него всю амуницию и отпустил.

– А где ты нашел лошадь? – спросила Элисса. Хантер холодно улыбнулся, точно полоснул ножом, выдернутым из ножен.

– Они устроили на меня облаву в кустах, – объяснил он.

Холодок охватил Элиссу, когда она представила – за Хантером охотятся, как за загнанным зверем.

– Я вышел из прикрытия, – продолжил Хантер, – сдернул всадника и прыгнул в тень. Когда все поняли, что случилось, меня уже было не остановить.

– И что теперь? – спросил Морган.

– Раздели людей на группы, ты знаешь, как.

– Да, сэр, – сказал Морган, – конечно.

Глава 24

– Вижу огонь! – закричал Кейс. Потом через секунду снова раздался его голос:

– Хантер! Они собираются нас поджечь. Я иду на крышу.

– Микки! Открывай бочки с водой! Всем остальным – по бандитам с факелами!

Мужчины кинулись выполнять приказ Хантера, но не так быстро, как ему хотелось. Три дня бесконечного боя с Калпепперами истощили людей Лэддер-Эс до предела. Бандиты оказались в лучшем положении – их было много, и они могли спать по очереди.

А на Лэддер-Эс каждый человек на счету.

В подвальном лазарете Элисса шла вдоль ряда спящих и будила тех, кто еще мог сражаться.

– Наверх, – тихо, но настойчиво приказывала Элисса. – Приближаются бандиты с факелами.

Одетые мужчины скатывались с коек, хватали оружие, оставленное у подножия лестницы, и бежали вверх по ступенькам.

Пенни сидела на последней в ряду койке, с затуманенными от утомления глазами.

– Что там такое? – спросила она.

– Бандиты.

– Снова?

– Давай надевай эти штаны, – Элисса подала ей брюки. – Юбка будет только мешать. Может быть, нам придется уходить.

– Уходить? Но…

Пенни никто не слушал. Элисса уже бежала наверх с карабином.

Когда Элисса выскочила на первый этаж, она не обращала внимания на треск ружей, на стук ударяющейся о пол меди. Звуки боя стали привычными и не доходили до сознания.

Первым она увидела Хантера. Сердце екнуло, в животе что-то задрожало, но она отбросила эти ощущения. Она очень старалась не отвлекать внимания Хантера на себя – ну и что, если они любовники?

Хантер почти не спал с момента первой атаки. И вряд ли ел, он ходил от одного бойца к другому, проверяя, все ли есть, что надо. Если останавливался поговорить, то лишь о том, с какого угла лучше стрелять, хватает ли патронов, не надо ли сменить того, кто валится с ног.

Элисса понимала – у Хантера нет времени для передышки и уже тем более для того, чтобы унять страх девицы, с которой он спал и только.

Занавешенный фонарь слабо освещал кухню, ставшую командным пунктом Хантера. Красный свет бросал дьявольский отпечаток на все происходящее.

Элисса бросила на Хантера любящий взгляд. Черные волосы в беспорядке, кожа на скулах и на лбу натянулась, подбородок покрылся темной щетиной, под глазами черные круги. Но взгляд ясный, голос, отдающий приказы, спокойный и уверенный.

– Мэм, – сказал Сонни, – не пройдете ли вниз.

– Я так же хорошо стреляю, как большинство мужчин, которые здесь, и гораздо лучше тех, что внизу.

Сонни хотел поспорить, но резкий приказ Хантера заставил замолчать.

– Иди вниз, – велел Хантер Элиссе.

– Я полезнее здесь.

Хантер заколебался. Конечно, он хотел быть уверен, что она в безопасности, но ему нужны стрелки, особенно сейчас. Если дом подожгут, все погибнут.

– Морган, – окликнул Хантер.

– Да?

– Займи пост Кейса наверху, а Элисса – твой.

Морган забрал ружье и патроны, отсалютовал Элиссе и побежал мимо нее по лестнице.

Не говоря ни слова Хантеру, Элисса заняла место Моргана и выглянула.

Горы закрывали весь горизонт, они были сейчас чернее ночи. Элисса удивилась – еще не рассвело. Время давно потеряло для нее всякий смысл. В подвале какая разница – день или ночь на дворе.

Над головой раздались выстрелы – это Кейс выпустил пули по факелу, Элисса тоже видела огонь. Всадник летел с ним к ферме, а языки пламени трепетали и дергались.

Вдруг факел, кувыркаясь, упал на землю и остался лежать, медленно догорая.

Ружейная стрельба раздавалась со всех сторон – другие бандиты устремились к дому с факелами. Элисса стреляла в тех, кто подъезжал ближе всех к стенам, как и мужчины с обеих сторон от нее. Она не знала, чья пуля сразила всадника, но она знала главное – огонь сбит.

Эта атака огнем была первая из многих последующих. Иногда бандиты только делали вид, что собираются поджечь. Или прикрывали настоящую попытку, предпринятую с другой стороны. Одни неслись галопом, другие приближались неспешной рысью. Самые сообразительные ползли на животе с негорящими факелами и лишь после того, как подползали к самому дому, пытались зажечь. Вот тогда-то и раздалась команда насчет ведер с водой.

Элисса стреляла, перезаряжала и ни о чем больше не думала. Когда у нее кончались патроны, она просила еще, как и другие стрелки.

Подносила патроны Пенни. Каждый человек, держащийся на ногах, таскал воду или стрелял.

К рассвету Элисса так устала, что ей пришлось прислониться к ставням, чтобы не упасть.

Мышцы на руках свело, руки дрожали от напряжения.

Языки пламени с подветренной стороны лизали ранчо. Сам дом был подпален в некоторых местах, но цел. Этого нельзя было сказать о луге и сосновых рощицах. Они сгорели и стояли чернее ночи. Поднявшийся ветер разносил пепел и поднимал в небо дым.