Джо Беверли - Грешная и святая

Трис говорил для тех, кто был рядом и обратил на него внимание. Теперь они знали причину его прибытия, и сам отец предоставил ему предлог поговорить с дочерью.

Небо было на его стороне.

– Сент-Рейвен! – К нему приближался лорд Гарри Монк со своей красивой женой. – Какого черта ты делаешь здесь? Ах да, ты познакомился с мисс Мэндевилл в Хэтфилде.

Трис поцеловал руку леди Гарри.

– Я имел возможность оказать ей небольшую услугу.

– Я слышал, что Крофтон убрался за границу? Скатертью дорога.

– Ужасный человек, – согласилась леди Гарри, затем улыбнулась отцу Крессиды. – Какое счастье, что вы поправились после болезни; сэр Артур. Ну же, Сент-Рейвен, – сказала она, взяв его под руку, – спаси меня, не дай мне повиснуть на муже и выглядеть провинциалкой. Потанцуем!

Он попался в ловушку и не мог отказаться. Быть может, будет лучше, если он не пойдет к Крессиде сразу. Он оглянулся и поймал ее удивленный взгляд. Не просто удивленный. Потрясенный! Молясь о том, чтобы она не разрушила все сейчас, он слегка поклонился ей и вернулся к разговору с леди Гарри.

Он повел ее на следующий танец. Там было два ряда танцующих, и он постарался, чтобы они оказались в том, в котором была Крессида. Во время танца они будут встречаться, касаться, кружиться вместе. Крошки со стола для голодного, но все же что-то. Он с трудом мог сосредоточиться на болтовне леди Гарри.

– Как ты познакомилась с Мэндевиллами? – спросил он.

– В дамском комитете поддержки приюта. Леди Мэндевилл занимается благотворительностью.

– Как трогательно, – протянул он.

Она взглянула на него:

– Бедность и страдания повсюду. Я собиралась выбить из тебя и деньги, и покровительство.

Заиграла музыка, и они заняли свои места, лицом к лицу, чтобы начать танец. Трис был в самом деле удивлен ее ответом. Возможно, среди знати было больше добрых людей, чем он думал.

Значит, Крессида сможет не так уж выделяться.

Трис взглянул туда, где она танцевала с молодым человеком в военной форме. Она ослепительно улыбалась ему, черт побери.

Крессида уделяла внимание лейтенанту Гроссторпу, но ее мысли были прикованы к Сент-Рейвену. Что он делает здесь? Неужели он собирается разрушить все в последний момент, открыв связь между ними? Она видела его со своим отцом и испугалась, что они пойдут к ней, но затем он пригласил на танец леди Гарри.

Она чуть было не сбилась с ритма и снова сконцентрировала внимание на танце. О Боже, она и Гроссторп продвигаются дальше! Через несколько секунд она подойдет к Трису. Ей придется дать ему руку и кружиться с ним, ей придется смотреть ему в глаза и улыбаться…

Черт бы побрал Триса Трегеллоуса!

Трис старался не обращать внимания на Крессиду, но он чувствовал ее присутствие – как будто она была еще одним инструментом в оркестре или ярким светом, слепящим ему глаза. Они сближались, сближались…

Затем он обнаружил, что его партнерша недоуменно смотрит на него, и заставил себя думать о танце. Он непременно встретится с Крессидой, но танец с герцогом – это незабываемое событие для многих дам здесь, даже для благоразумной здравомыслящей матери средних лет, как эта.

Он улыбнулся и заговорил с ней. Когда он перешел к юной леди с горящими глазами, он сказал ей невинный комплимент, при этом его взгляд говорил – если бы она была чуть старше… Танцуя с игривой бабушкой, он сказал в открытую, что если бы она была чуть моложе…

Она рассмеялась и назвала его плутом.

Затем он оказался рядом с Крессидой, и все слова исчезли. Они соединили руки и закружились в танце, смотря друг другу в глаза. Скоро танец закончится, а он не успел сказать ни слова.

Пробили часы, и Трис произнес:

– Полночь.

И это все, на что он способен?

Крессида удивленно посмотрела на него – что ж, у нее есть на это право.

– Что ты делаешь здесь?

– Танцую с тобой. – На этой безумной фразе их встреча закончилась.

Трис хотел завыть от смеха или слез. Он не был таким бессловесным чурбаном с шестнадцати лет!

Трис раньше не обращал внимания на образ жизни элиты, но знал, каким естественным он был для него и его круга. Сможет ли Крессида принять все эти привычки и ценности?

Она должна. Она сделает это. Он будет ее опытным проводником.

Заканчивая танец, он увидел, как вошел Тивертон, разыскивающий Крессиду. Трис подошел к нему и передал ему леди Гарри. Она не будет возражать, что ей достался молодой, красивый партнер.

Трис повернулся и увидел, что Крессида окружена тремя или четырьмя мужчинами, каждый из которых хотел пригласить ее на танец. Проклятие! Она могла отказать ему, если он пригласит ее.

Он разыскал сэра Артура.

– Увы, сэр, ваша дочь окружена толпой поклонников. Может, вы поможете мне проложить путь к ней?

– Ваш путь устелен листьями земляники, герцог, – ответил Мэндевилл, вызвав улыбки собравшихся, так как листья земляники украшали герцогскую корону. – Но если вы хотите получить отцовское благословение…

Люди стали переглядываться. Значит, подумал Трис, у отца Крессиды были идеи на этот счет, и он не против этого брака. Сэр Артур пробился поближе к дочери.

– Вы все можете расходиться. Здесь Сент-Рейвен, он настаивает на танце. Герцог есть герцог в конце концов!

Мужчины разошлись, недовольно ворча. Трис поклонился Крессиде и не смог удержаться от улыбки.

– Если вы против, мисс Мэндевилл…

Крессида посмотрела в его глаза, ее щеки залились краской. Все примут это за возбуждение, но неужели она сердится? Она опустила глаза и сделала книксен.

– Как я могу отказаться, ваша светлость?

Ее отец оставил их наедине, но среди толпы. Толпы, которая будет следить за каждым их жестом, каждым словом. Просто потому что он – это он. Трис положил ее руку на свою и повернулся, чтобы занять место в ряду танцующих.

– Мы первый раз вместе в обществе, – сказал он, глядя на нее, как будто они болтали о пустяках.

– Да. – Она справлялась со своей ролью, его бесстрашная мисс Мэндевилл. – Почему ты здесь? Это так опасно.

– Нет. Поверь мне. Я… – Он чуть было не сделал ей предложение здесь и сейчас, но в нем осталась капля здравого смысла. – Крофтон бежал из страны, – сказал он.

– Хорошо! – Но в ее взгляде промелькнуло беспокойство. – Я боюсь, что он уже успел распустить сплетни.

– После сегодняшнего вечера это будет не важно…

Заиграла музыка, сигнал к началу танца.

– Поверь мне, Крессида! – сказал он мягко, ласково, и они закружились в танце.

Это был вальс. Весь этот танец они будут кружиться в объятиях друг друга. Многие до сих пор считали вальс скандальным танцем, и теперь он понимал почему. От наслаждения у него кружилась голова.