Николь Берд - Красавица в черном

Луизе показалось, что ее сердце сейчас разорвется от счастья.

– Ох, Лукас! Во всем виновата только я одна. Я и вправду была эгоисткой. И думала только о себе… но я изменилась, правда изменилась. Я стараюсь, очень стараюсь быть более чуткой и внимательной…

Он отчаянно затряс головой.

– Нет, не только вы виноваты. Я был чересчур чувствителен и самолюбив. Мне не следовало обрушиваться на вас так сурово. Я не хочу, чтобы вы менялись, Луиза, милая. Я люблю вас такой, какая вы есть.

Она запрокинула голову, и он нагнулся к ней. Их губы встретились…

И Луизу объял восторженный трепет. Все засверкало и заискрилось. Ничего подобного она никогда не испытывала в присутствии лорда Гиллингема, ни о чем таком прежде и не догадывалась. Она прижалась к Лукасу. Их поцелуй все длился и длился, пока от непривычных ощущений у нее не закружилась голова.

Он наконец оторвался от нее, хотя она видела, каких усилий ему это стоило.

– Я попрошу у вашего дяди официально вашей руки, – выговорил он, переводя дыхание. Луиза закивала, но тут же затрясла головой.

– Только не сразу, Лукас, пожалуйста.

– Ты не выйдешь за меня замуж? – воскликнул он, широко раскрывая глаза, пожалуй, больше с недоверием, чем с негодованием. Она быстро потянулась к нему, чтобы снова его поцеловать. После этого нового поцелуя кружилась уже не только ее голова, но и все вокруг. Ей даже пришлось схватиться за его руку.

– Конечно, я за тебя выйду! Но надо подумать и о чувствах маркиза. Я еще не придумала, как сообщу ему новости. Наверное, нам не следует пока рассказывать всем о нашем решении. Я не хочу ранить его самолюбие. Прежде чём объявлять о нашей помолвке, подождем несколько месяцев. Мы просто будем знать, что помолвлены, но сохраним это пока в тайне, хорошо?

Он посмотрел на нее с неприкрытым восхищением.

– Ты так выросла, Луиза. Ты права, хотя любая отсрочка нашей свадьбы приводит меня в ярость.

– Сэр Лукас и леди Луиза… – мечтательно проговорила она, наслаждаясь звучанием этих слов.

– Не бог весть что, ведь ты могла бы стать маркизой, – напомнил он.

– Но я хочу только этого, и нужен мне лишь ты один, – сказала Луиза. – Но вот только… Лукас, может быть, мы сможем время от времени приезжать в Лондон? Я согласна жить в твоем доме в Бате, если захочешь, но…

– Не сомневайся, – заверил он ее. – В Лондоне так занятно! Вот поженимся и подыщем себе славный особнячок, чтобы каждый год приезжать на сезон.

Луиза просияла:

– Ой, Лукас, ты такой добрый! – Она прильнула к нему, и что-то царапнуло ей щеку. Подняв голову, она увидела, что к его лацкану прицепился листочек. Только сейчас ей пришло в голову спросить: – Лукас, но как ты здесь оказался?

– Прискакал верхом, – ответил он с уж слишком невинным видом.

– Но поместье окружает высокая стена. Как ты через нее перебрался?

Он усмехнулся:

– Да уж, не низкая. С первого раза не получилось. – Он поднял руку, и она увидела, что рукав у него разорван. – Пришлось сходить в деревню и купить лестницу у селян. Но лошадь не захотела тащить ее на спине, так что пришлось мне волочить ее самому. Тяжелая до черта! Я не стал бы так надрываться ради всякой, Луиза.

Она громко расхохоталась и обхватила его за шею.

Перед тем как идти переодеваться к обеду, Марианна осмотрела столовую и составила список необходимых дел. Если они останутся здесь еще какое-то время, она приведет дом маркиза в должный порядок. По крайней мере работа ее отвлекала от невеселых дум. Она вспомнила Луизины слова. Что, если ее помолвка ни к чему не приведет? Трудно было представить Луизу живущей здесь постоянно, но захочет ли она в самом деле отказаться от такой удачной партии?

Марианна приняла ванну, переоделась в простое черное вечернее платье, а когда прозвучал гонг, она спустилась в цветник, но племянницы там не нашла. На минутку задержалась, чтобы полюбоваться распускавшейся розой. В темно-красном бутоне уже и сейчас можно было видеть будущую зрелую красоту. Марианна нагнулась, чтобы вдохнуть сладкий аромат.

Вот такова и любовь: распускается постепенно, по мере того как растут доверие и привязанность. И… да, страсть! Сладостная, как эта роза. Эти мысли неизбежно вызвали образ Джона, но она поспешно затрясла головой, чтобы его прогнать. Нельзя предаваться запретным радостям.

Луизу она нашла уже в доме. Щеки у девушки так и пылали, должно быть, от долгого пребывания на свежем воздухе.

– Разве ты не брала с собой зонтик? – удивилась Марианна. – Тетя Каролина рассердится на меня, если я позволю тебе загореть, ведь загар нынче совсем не в моде.

– Ну нет, тетя Каролина не такая злая, – рассмеялась Луиза.

По крайней мере у нее улучшилось настроение. За обедом она весело болтала, но маркиз и Марианна ели молча. Еда по-прежнему оставляла желать много лучшего, но тут Марианна пока ничего не могла исправить: цыпленок жилистый, рыба сыровата. Она подцепила вилкой разваренную фасолину. И как это маркиз не зачах окончательно на такой диете?

Когда им с Луизой настала пора удалиться, она вздохнула с облегчением. Маркиз поднялся, провожая их взглядом.

В холле к ним подошел дворецкий с еще более скорбным лицом, чем обычно.

– Из Бата для вас пришло письмо, мэм. Надеюсь, что это не плохие новости.

Марианна взяла толстый пакет. Господи, что это такое? Она села, сломала печать и быстро пробежала глазами содержимое. Вероятно, у нее изменилось лицо, потому что Луиза склонилась над ее плечом и спросила в тревоге:

– С тетей Каролиной все в порядке?

– Да, – медленно ответила Марианна. – Дома все благополучно, вот только… – Она запнулась. В гостиную вошел маркиз, должно быть, слуга сообщил ему о письме из Бата. – Я написала твоему дяде о наших тревогах по поводу твоей безопасности, и он предложил решение, которое мне не приходило раньше в голову.

– Какое? Нам можно вернуться в Лондон? – нетерпеливо спросила Луиза.

– Нет, наоборот. Он считает, что нам следует уехать во Францию, – объяснила Марианна, не узнавая собственного голоса, до того он был безжизненным. – И немедленно. Он выслал все необходимые документы для поездки, ведь юристы в подобных случаях весьма предусмотрительны.

– Поехать за границу? – переспросила Луиза дрогнувшим голосом. Маркиз нахмурился и отвернулся к камину. Марианна еще раз в странном оцепенении перечитала письмо.

– Он пишет, что твоя безопасность – это главное. И пока мы не узнаем, от кого исходит угроза, а тем более как ее предотвратить, нам стоит поселиться в тихой деревушке на юге Франции.

– В деревне? Даже не в Париже, а в деревне? – Луиза закусила губу и замолчала. Маркиз тоже продолжал хранить молчание.