Рексана Бекнел - Цветок страсти

Уинн с силой прикусила нижнюю губу и быстро заморгала, пытаясь справиться с переполнявшими ее эмоциями, грозившими вылиться наружу.

– Ничего не выйдет, – невнятно пробормотала она и нехотя посмотрела на влюбленных.

На Аделину, видимо, не произвело впечатления откровение Дрюса – скорее всего она ничего не поняла. Но следующая фраза девушки развеяла эту надежду.

– Я не чувствую к сэру Кливу то… что чувствуете вы. – Аделина посмотрела на Дрюса, и настала ее очередь покраснеть. – А вот к Дрюсу…

Она замолчала, но Уинн поняла. Даже, наверное, лучше, чем сама Аделина. Когда сердце ноет от желания и ему греховно вторит плоть, надежда противостоять этим двум сильным противникам невелика. Голос рассудка терпит поражение перед лицом их превосходящей мощи.

Она проглотила ком в горле и снова прокашлялась.

– Я попытаюсь урезонить сэра Клива. Но не больше, – хмуро добавила она. – Хотя мне непонятно, почему бы вам двоим не поговорить с ним.

– У тебя на него больше влияния, – сказал Дрюс.

Уинн покачала головой:

– Ты заблуждаешься, Дрюс. И вы тоже, Аделина. Ему нужно только одно – власть и земли. Земли и власть.

– Это уже две вещи, – заметила Аделина.

– Это одно и то же, – отрезала Уинн. – А теперь оставьте меня. Просто оставьте и дайте мне подумать.

Она повернулась и зашагала к реке, затем остановилась на берегу, сложив руки на груди и выпрямив спину.

– Тогда ладно. Мы уходим, Уинн. Но помни, ты согласилась. Сегодня как раз подходящий день, – добавил Дрюс.

Она бросила на него холодный взгляд:

– Если ты ждешь чуда, то лучше сходи в часовню и помолись.

– Но если отец объявит о помолвке сегодня, тогда все станет намного сложнее, – захныкала Аделина.

– А, чтоб вас обоих! – выругалась Уинн. – Аделина, в таком случае запритесь у себя в спальне. Скажитесь больной. Или еще что-нибудь. Вашему отцу вряд ли захочется объявлять хорошую новость в отсутствие невесты. А что касается жениха… – Она замолкла, пораженная мстительной мыслью, пришедшей на ум, и чуть скривила губы в горькой улыбке. – Если жених несколько переберет и не сможет присутствовать на празднике, ну что ж поделать… – Она пожала плечами и многозначительно взглянула на Дрюса.

– Что ты хочешь сказать… о-о… – Дрюс выпрямился, начав догадываться. – Ты подсыплешь ему что-нибудь?

– О нет. Не я, – возразила Уинн. – На этот раз сей подвиг совершишь ты. – Она снова отвернулась от них. – А теперь ступайте.

– Дрюс, что она замышляет? – услышала Уинн голос англичанки, когда влюбленная пара направилась к замку.

– Тебе это не нужно знать, милая. Но она все устроит. Уинн можно верить.

Резкая боль пульсировала в груди Уинн, пока она стояла одна на крутом берегу. Они считают, что ей можно верить. Ну и ну! Когда дело касается Клива Фицуэрина, она сама себе не верит. Но они все же ждут от нее, что она решит их проблемы с этим человеком. Как глупы молодые влюбленные.

А она поступила глупее всех.

Все ее усилия приведут лишь к тому, что она выиграет немного времени для этой помешанной пары. Они проведут вместе день, другой, но, в конце концов… В конце концов, Клив женится на Аделине. Это было его самое заветное желание, и никакие уговоры, мольбы и даже соблазны тут не помогут.

Уинн оставалось надеяться, что короткий роман Аделины с Дрюсом пустил не очень глубокие корни. Что касается Дрюса, то он перебрал много женщин и, безусловно, сумеет оправиться от этой потери без особых страданий. Она тоже скоро придет в себя. Что еще им остается делать?

Ровно в полдень начали звонить колокола часовни Святого Питера, созывая обитателей замка и деревенских жителей собраться на лугу, где шли спешные приготовления к ярмарке. Уинн увидела Клива издалека, но сразу свернула в другую сторону. Она пришла на праздник с единственной целью – отдать Дрюсу маленький пакетик с травой, которую тот должен будет подсыпать в вино Клива. За детьми обещал присмотреть Баррис, к которому позже присоединится Дрюс. Аделина уже лежала в кровати с компрессом на голове.

Уинн мудро держалась от лорда Уильяма подальше, когда услышала, как он сердито выругался, узнав о внезапной болезни дочери. Как же он воспримет, что его будущий зять в такой день не смог удержаться и напился до беспамятства? Он, несомненно, придет в ярость, но Уинн успокаивала себя, что гнев лорда вскоре утихнет. В конце концов, его мысли сейчас больше заняты двумя маленькими сыновьями.

Несмотря на то, что праздник был устроен впопыхах, на нем царило веселье. Начались соревнования. Бег. Борьба. Даже кто больше съест и выпьет. Самые меткие лучники лорда Уильяма боролись за приз – золотую монету. В их рядах Уинн и нашла Дрюса. Он и Баррис о чем-то говорили, а пятеро ребятишек сгрудились вокруг.

– Ты сможешь, Дрюс. Ты победишь этого…

– …старого англичанина с седой бородой.

– Седая борода не помешает ему, как следует целиться, – заметил близнецам Артур. – И все мы, по крайней мере, частично, англичане.

– Только не Дрюс и Барри, – возразила Изольда. – Они настоящие валлийцы.

– И Уинн.

– Совершенно верно, – согласилась с Бронуин Уинн и ласково притянула к себе девочку. – Рис и Мэдок, я думаю, вы не должны считать, что это турнир между англичанами и валлийцами. Здесь просто соревнуются очень хорошие стрелки.

Дрюс улыбнулся ей и щелкнул натянутой тетивой большого лука.

– Да, мы все стрелки. Но хорошо известно, что лучшие стрелки – валлийцы. И сегодня я это докажу всем и каждому.

– Особенно лорду Уильяму? – спросила Уинн, приподняв бровь.

Улыбка Дрюса несколько померкла, но он стал еще более решительным.

– Ты совершенно права, мудрая вещунья Раднора. Скажи-ка мне, каков будет исход сегодняшней битвы?

Уинн заглянула в его темные глаза. В том, что он победит в соревновании, можно было не сомневаться. Но выиграет ли он самый желанный приз – об этом она могла только догадываться, и в эту секунду чутье говорило ей, что нет.

– Держи, – сказала она, не ответив на его вопрос. – Вот пакетик с травами. Используй их для своей цели.

– Они сделают его глаз острее, а руку тверже? – поразился Баррис.

Уинн взглянула на него, удивившись, что Дрюс не доверился брату. В эту минуту к их кружку присоединился Клив, и Уинн тут же забыла о Баррисе. Итак, зверь приблизился к приманке. Но даже если он и проглотит ее, будет ли от этого какая-нибудь польза? И снова Уинн со страхом подумала, что нет.

– Лекарство Уинн помогло мне лучше целиться, когда мы охотились у вала Оффы, – сказал Клив, не отводя от нее смущающего взгляда. – Наверное, мне стоит предупредить стрелков лорда Уильяма о нечестной игре, раз ты оказываешь помощь Дрюсу.