Джулия Куин - Блистательный маркиз

— Перестань дразнить! — шикнула на него Кэролайн.

— Это кот, — твердо сказала Элизабет.

— У вас есть кот? — поинтересовался Блейк.

— Это кот леди Дэнбери.

— Где мой кот? — спросила графиня.

— Надо же, все слышит, — пробормотала Элизабет.

— И это тоже!

Элизабет закатила глаза.

— У вас, кажется, неплохое настроение, — заметил Блейк.

— Сколько можно пребывать в расстроенных чувствах? Это слишком утомительно. Я решила извлечь максимум удовольствия из своих неприятностей, что, собственно, всегда и делала.

— Рад слышать, — вкрадчиво произнес Блейк, — потому что я видел, как подъехал Джеймс.

— Что? — Элизабет стремительно повернулась к окну. — Я никого не вижу.

— Он уже проехал.

— О чем это вы говорите? — осведомилась леди Дэнбери.

— А вы говорили, что у нее отличный слух, — вставила Кэролайн.

Леди Дэнбери повернулась к Сьюзен и сказала:

— У твоей сестры такой вид, словно ее сейчас хватит удар.

— Она так выглядит со вчерашнего вечера, — сообщила Сьюзен.

Графиня расхохоталась:

— Мне нравится твоя сестра, Элизабет. Если ты когда-нибудь выйдешь замуж, я хотела бы, чтобы она стала моей компаньонкой.

— Я не собираюсь замуж, — отозвалась Элизабет скорее по привычке, чем по какой-либо иной причине.

Оба Рейвенскрофта дружно и с явным сомнением уставились на нее.

— Не собираюсь!

В этот момент кто-то забарабанил в дверь.

Блейк вскинул бровь.

— Значит, не собираетесь? — проворковал он.

— Элизабет! — рявкнула леди Дэнбери. — Ты не считаешь, что следует открыть дверь?

— Пожалуй, не стоит, — промямлила Элизабет. Лукас и Джейн не могли выбрать лучшего момента, чтобы появиться на пороге.

— Хочешь, я открою? — предложила Джейн.

— А мы потеряли кота, — добавил Лукас. Графиня выронила чашку.

— Где мой бедный Малкольм?

— Ну, он побежал на кухню, а оттуда в сад, потом в огород мимо грядок с репой, а…

— Я могу провальсировать аж до дверной ручки, — сообщила Джейн. — Мне нужно практиковаться.

— Малкольм! — протрубила леди Дэнбери. — Иди сюда, кис-кис!

Элизабет наградила сердитым взглядом Блейка и Кэролайн, сотрясавшихся от беззвучного хохота.

Лукас со знанием дела произнес:

— Бесполезно, леди Дэнбери. Он вас отсюда не услышит.

Стук в дверь стал громче. Очевидно, Джейн решила покружиться в холле, прежде чем повернуть к двери.

Джеймс принялся выкрикивать имя Элизабет, за которым последовало раздраженное:

— Сейчас же откройте дверь!

Элизабет беспомощно осела на мягком сиденье, борясь с абсурдным желанием рассмеяться. Будь температура в комнате чуть выше, она могла бы поклясться, что попала прямиком в ад.

Джеймс Сидуэл, маркиз Ривердейл, пребывал не в лучшем настроении. Даже вежливость давалась ему с трудом. Все утро он лез на стенку и буквально приковал себя к кровати, чтобы удержаться от похода к Элизабет.

Он хотел отправиться к ней сразу же поутру, но Кэролайн и Блейк в один голос заявили, что нужно дать ей время. «Девушка перенервничала, — уверяли они, — и лучше подождать, пока она успокоится».

Поэтому Джеймс ждал. Ждал вопреки собственному мнению и, что гораздо важнее, интуиции. А когда наконец явился к Рейвенскрофтам, чтобы узнать, сколько же еще ждать, обнаружил записку Кэролайн к Блейку, в которой говорилось, что она отправилась к Хочкисам.

Затем он нашел адресованную ему записку Блейка аналогичного содержания.

И в довершение ко всему в холле Дэнбери-Хауса его перехватил дворецкий и сообщил, что графиня также отбыла в коттедж Хочкисов.

Судя по всему, из всех домочадцев только чертов котище избежал повальной тяги к путешествиям.

— Элизабет! — заорал Джеймс, молотя кулаком по добротной и на редкость прочной двери. — Сейчас же впустите меня, иначе…

Дверь внезапно распахнулась. Джеймс никого не увидел, пока не перевел взгляд ниже. На пороге стояла малышка Джейн Хочкис и лучезарно улыбалась.

— Добрый день, мистер Сидонс, — прощебетала она, протягивая руку. — Я учусь вальсировать.

Джеймс неохотно смирился с тем фактом, что нельзя проскочить мимо девятилетней девочки и жить дальше в согласии со своей совестью.

— Мисс Джейн, — отозвался он. — Приятно видеть вас снова.

Она пошевелила пальчиками. Джеймс растерянно моргнул. Джейн снова пошевелила пальцами.

— Ах да! — поспешно сказал он и нагнулся, чтобы поцеловать ей ручку. Очевидно, раз уж ты имел глупость поцеловать руку девятилетней девочке, тебе придется делать это, пока она не выйдет из детского возраста.

— Прекрасная погода, не правда ли? — произнесла Джейн, подражая взрослым интонациям.

— Да, я… — Он умолк и заглянул ей через плечо, пытаясь понять, что вызвало такой переполох в гостиной. Тетка что-то громогласно вещала, Лукас вопил, а затем через холл стремглав пронеслась Сьюзен и скрылась в кухне.

— Вот он! — раздался ее крик.

И тут, к несказанному удивлению Джеймса, из кухни выскочил пушистый комок и, протрусив по холлу, прошествовал в гостиную.

Дьявол! Даже проклятый кот умудрился его опередить!

— Джейн, — сказал он, проявив, как ему казалось, чудеса выдержки, — мне очень нужно поговорить с твоей сестрой.

— Со Сьюзен?

— Нет, с Элизабет, — четко проговорил он.

— А… Она в гостиной. Но должна вас предупредить… — Джейн игриво склонила головку набок, — что она очень занята. У нас сегодня полно гостей.

— Знаю, — буркнул Джеймс, ожидая, пока она посторонится и освободит путь в гостиную.

— Мяу!

— До чего же невоспитанный кот, — чопорно заметила Джейн, даже и не думая сходить с места теперь, когда она нашла тему для разговора. — Представляете, вот так и промяукал весь день.

Джеймс заметил, что его руки сжались в кулаки от нетерпения.

— Неужели? — поинтересовался он, проявив всю учтивость, на которую был способен. Позволь он своим чувствам проявиться в голосе, малышка бы с воплем умчалась прочь.

Только вряд ли он найдет путь к сердцу Элизабет, если доведет до слез ее сестру.

Джейн важно кивнула:

— Ужасный кот.

— Джейн, — сказал он, присев на корточки, — могу я поговорить с Элизабет прямо сейчас?

Девочка шагнула в сторону.

— Конечно. Что же вы сразу не сказали?

Джеймс воздержался от комментариев. Вместо этого он поблагодарил Джейн, еще раз поцеловал ей ручку и вошел в гостиную, где, к величайшему своему изумлению, обнаружил Элизабет на четвереньках.

— Малкольм, — прошипела Элизабет, — сейчас же вылезай из-под шкафа!

Малкольм фыркнул.