Хизер Грэм - Желанная и вероломная

А Дэниел все ласкал и ласкал ее, хотя она уже едва держалась на ногах. Он, наверное, хорошо знал силу своего воздействия, потому что в тот самый момент, когда она лишилась сил от наслаждения, подхватил ее на руки и вынес на берег. В одно мгновение он сбросил с себя брюки, представив ее взору готовый к бою символ своей мужественности. Келли закрыла глаза, сгорая от страсти.

Она, похоже, едва ли сознавала, на земле все происходит или на небесах, едва ли слышала журчание ручья — и в то же время никогда еще с такой остротой не ощущала себя частичкой окружающей природы.

Спиной она чувствовала землю, в то же время всем своим существом ощущая тепло солнечных лучей и прохладу, которой веяло от воды. ;

Но вот резкое вторжение мужчины заставило ее испытать такую острую боль, что она помимо своей воли воспротивилась. Но Дэниел тотчас зашептал ей на ухо что-то ласковое и завораживающее. Она услышала только одно:

— Это из-за родов, Келли. Все скоро пройдет.

Он снова двинулся вперед, медленно, осторожно, и она вновь затрепетала от желания, а боль и вправду прошла.

К счастью, прошла, ибо его желание, по-видимому, было куда сильнее обычного голода. На сей раз он был подобен неистовому водопаду или палящим солнечным лучам. Он безумствовал, опьяняя, и дышал страстью, как сама земля. Но больше всего походил на ураган, круживший ее в водовороте желания.

Даже когда Келли, умирая от счастья, снова вернулась на землю и словно бы впала в забытье, его тело продолжало неистово содрогаться — еще, еще и еще. Она чувствовала, как напряжены его мускулы, как из него бьют жизненные соки, как он весь отдается экстатическому дурманящему танцу страсти. И долго еще потом смешивалось их горячее дыхание, а сердца звучали в унисон и длилась сладость его тепла, близости, нежности…

— Келли! — Он все еще не разжимал объятий, лежа у нее на груди.

Она услышала свое имя и смутно вспомнила, что они когда-то очень любили друг друга. Ах, если бы он только поверил ей снова!

Как назло Дэниел перекатился на спину, и ощущение тепла и нежности исчезло. Келли сразу же обдало прохладой от воды.

Она тотчас прозрела.

Он пришел к ней не потому, что поверил в ее невиновность, а потому что хотел ее. Пришел, как голодный человек, которому все равно, чем утолить голод.

Горькие слезы выступили у нее на глазах — такие же горькие, как ее несчастная любовь. Нет! Не стоит выставлять напоказ свою слабость! Поднявшись на ноги, она заторопилась к воде.

— Келли!

Дэниел тотчас бросился следом, ничуть не стесняясь своей наготы. Она сделала вид, что не слышит его, и окунулась в воду, радуясь бодрящему воздействию потока.

— Келли! — Он схватил ее за руки и одним рывком вытащил из воды. — Что, черт возьми, с тобой происходит?

— Ничего. Отойди от меня, пожалуйста.

— Куда ты бежишь от меня?

— Никуда. Я просто пытаюсь помыться.

— Пытаешься смыть мое прикосновение, да? — моментально подобравшись, спросил он.

— Лучше скажи: ты понял, что я не предупреждала янки?

Что хотя бы в этом я не виновата?

Дэниел не ответил; глаза у него вмиг потемнели, он скрипнул зубами.

— Ты пытаешься втолковать мне, что вернула меня в дом без намерения разоружить меня и позволить своему приятелю Дабни взять меня в плен?!

— Да! Я вернула тебя с дороги! Я не хотела, чтобы тебя убили. Ты не хочешь понять…

— Ошибаешься, очень хочу! И хочу понять также, почему снова появился этот Дабни, — задумчиво протянул он. Что-то в нем изменилось. Неужели он сомневается в справедливости своих обвинений? Или боится сомневаться?

Келли, расстроившись, смотрела в одну точку. Он обманул ее надежды. О, как ей хотелось толкнуть его, свалить с ног, а потом в экстазе топтать его распростертое тело ногами.

— Мерзавец! — проговорила она и, поддавшись импульсу, толкнула так, что он чуть не упал.

Одернув задравшуюся рубашку, она спокойно вышла из воды.

Камерон, схватив ее за локоть, развернул лицом к себе.

— Меня слишком часто держали на прицеле янки, миссис Майклсон. Не советую вам больше испытывать мое терпение!

— Испытывать твое терпение?! — прошипела Келли. — Испытывать терпение! Да я с радостью отхлестала бы тебя извозчичьим кнутом!

— Осторожнее! — предупредил он, прищурив глаза.

— К черту осторожность! Ты подозреваешь меня, не доверяешь мне и все-таки тащишь за собой через всю страну. Твоя ненависть существует отдельно от твоих желаний.

— Вот как? А что же ты скажешь о своей?

— Я к тебе не приставала…

— При чем тут приставания? — холодно перебил ее Дэниел. — То, что я только что сделал, едва ли можно назвать оскорблением действием или актом насилия…

Она вся вспыхнула.

— Но это была не моя идея, мятежник, стервятник ты этакий!

— Мятежник… стервятник? — повторил он насмешливым тоном, и взгляд его снова стал колючим. — Извините, — тихим голосом проговорил он. — Я вроде бы не слышал протестов.

— Ну так выслушайте сейчас, полковник Камерон! И держитесь от меня подальше.

Он внимательно посмотрел на нее и спокойно напомнил:

— Было время, миссис Майклсон, когда вы, кажется, не возражали против нашей близости. И даже не остановились перед тем, чтобы открыто соблазнить мужчину. С чего вдруг вы стали такой недотрогой?

— Что?! — от возмущения у Келли перехватило дыхание.

Дэниел издевательски усмехнулся. Если бы на голове у него была шляпа, он бы галантно приподнял ее. Но даже раздетый донага, он умудрился пройти мимо нее с вызывающе наглым видом.

— Сегодня вы выступали в роли видения в белом, миссис Майклсон. С того самого момента, как я проснулся, вы всячески .соблазняли меня в своем прозрачном одеянии, которое, словно вторая кожа, облепило ваше обнаженное тело.

— Я хотела помыться! — возмущенно воскликнула женщина.

Он прошествовал мимо. Получалось, что все произошло по ее вине, что и в тот раз, и сегодня она соблазняла его.

— О-о-о! — в бессильной ярости простонала Келли.

Дэниел и не подумал останавливаться. Зачерпнув в горсть камешков со дна ручья, она размахнулась и швырнула ему в голую спину.

От неожиданности он застыл на месте, потом круто обернулся. Келли захотелось бежать отсюда, бежать без оглядки. Однако не успела она и шага шагнуть, как он бросился на нее всем телом и свалил в воду.

Она попыталась вывернуться, но он решительно оседлал ее и, казалось, готов был выместить на ней всю свою злость.

Тяжело дыша, она на мгновение затихла и в упор уставилась на него. Дэниел рассмеялся. И она неожиданно для себя подхватила этот смех.

Но вот они разом умолкли, и снова горячая волна желания разлилась по ее телу. Взгляд Дэниела вновь загорелся страстью.